Ритмы дьявола - Сьюзен Рэй МакКлайн

* * *

Утром я провела в ванной больше времени, чем планировала, ведь никак не могла насытиться удобствами Академии. За целый год жизни в Содоме я мылась всего три раза – и то когда находила чистый водоем. И теперь обычная ванна с кусочком старого мыла и щеткой были для меня самой большой наградой. Я мылилась везде, где могла, а когда смывала пену – начинала все сначала. Возможно, я стала параноиком, но мне казалось, что кожа все еще пахнет мертвецами и выглядит не такой чистой, как должна. Отмыть волосы было сложнее всего: в них застряли подозрительные объекты, а на коже головы осела склизкая пленка, о происхождении которой я не хотела задумываться.

Кессади снова ждала меня в комнате, уминая сахарный батончик. Она по-хозяйски закинула ногу на ногу и крошила на моей кровати, задумчиво глядя в потолок.

– Сегодня практика по боевому искусству, которую будет курировать четвертый курс… Ммм, они такие красавчики!

– Ммм, ты снова здесь, – передразнила я, вытирая волосы полотенцем. На моей коже красовалось новое расписание, и в этот раз я не собиралась отлынивать от учебы. – Постой, четвертый курс? А что с преподавателем? Или его нет?

– Его зовут Саймон Брук. – Кессади смяла фантик и, приподнявшись, кинула в урну. Я мимоходом заметила, что она застелила мою кровать, прибрала на столах и даже постирала вчерашние грязные вещи. Странная Кессади определенно заслуживала находиться здесь, когда ей вздумается.

– Он жив-здоров, но будет наблюдать за нами издалека. Ты бы видела его… старый и чахлый, какие ему боевые искусства? Конечно, Брук может выбить из тебя всю дурь, но сам сломается. Поговаривают, что его хотят заменить профессором Энделом! Круто, правда?

Кажется, я проглотила язык, потому что замерла и не могла вымолвить ни слова. Кессади заметила мое удивление и ухмыльнулась.

– Если честно, давно пора. Теперь целых два предмета будет вести Эндел Эстор! Ох, он такой красивый! Вот бы однажды поцеловаться с ним!

– Дьявол, – выругалась я, отчего знакомая зашипела.

– Тс-с, а то придет!

– Уже проверяли – не придет, – огрызнулась я. Кессади была слишком озабочена Дьяволом. Она думала, что из-за любой оплошности к нам явится Сатана, чтобы разобраться со всеми. Конечно, он может это сделать, если ему наскучит отрывать головы и нанизывать предателей на колья.

– Не могу поверить, еще один предмет.

– В чем проблема? Или тебе не нравится профессор?

Во мне боролись противоречивые чувства, которые нельзя было охарактеризовать иначе как биполярное расстройство. С одной стороны, я не сомневалась в компетенциях Эндела, с другой – не хотела его видеть, потому что он принес в мое существование одну только ненависть. Впрочем, я должна была поблагодарить его за спасение, однако не сделала этого. Я готова была утонуть, но не попросить о помощи.

* * *

Сегодня у нас стояли сразу несколько пар с мистером Бруком, и я вздохнула, когда не обнаружила в расписании Защиты от Чар. Наверное, это можно было считать лучшим началом дня, если бы на живописной аллее я не увидела Эндела. Он стоял, облокотившись о рыхлый ствол, и улыбался. Черные как смерть глаза снова взирали на меня, а когда я метнула взор на его руки, моя нервная система дала трещину. Профессор держал в руках пособие по боевым искусствам, а за его спиной было несколько посохов для новичков. В то время как Кессади радостно прыгала, успевая поедать булочку, я немела от ужаса. По всей видимости, мистера Брука слили и продолжили мой кошмар.

Сегодня было больше студентов, чем вчера: это было обусловлено тем, что они легко нашли аллею напротив портала Академии, которую я возненавидела всем сердцем. Ведь именно здесь я столкнулась с чертями, едва не сточившими меня на обед. Эти кровожадные создания не нападали на толпу: они выбирали одиночек. Если несколько чертей снова пожаловали сюда, то они могли спрятаться, выжидая лучшего времени, чтобы напасть. Мерзкие гады. Прямо как Эстор.

В соответствии с темой занятия на всех учениках, включая меня, была свободная и удобная одежда. Только это не было преградой Энделу, чтобы глазеть на мое тело. Его обжигающий взгляд очерчивал мою длинную шею, линию скул и задерживался на губах с тонким намеком на поцелуй. Пока студенты копошились, мы с профессором играли в гляделки, в которых я жаждала победить. Но мой противник оказался настоящим мастером: не моргая, он продолжал пялиться, напрашиваясь на тумаки. Когда подтянулись опоздавшие Грехи, Эндел отвел глаза и встрепенулся, поправляя горлышко черной футболки.

Какой важный.

– Как и на любом занятии, вначале вас ждет скучное вступление о боевых искусствах, а потом – практика. Эта пара нужна вам для того, чтобы умело противостоять предателям Ада и Защитникам.

Я прикусила губу. Так же как и людской мир, я ни разу не видела Защитников, однако Люцифер вложил в мою голову их образ. Я знала, что у них огромные белоснежные крылья, золотые доспехи и человеческий лик. А еще они называли себя ангелами. Тысячи столетий назад Люцифер был одним из них. Он жил в Раю и прислуживал Богу, но вскоре чужое величие наскучило ему, и вместе с единомышленниками он устроил мятеж, чтобы занять место главного. На Небесах разразилась жестокая битва, в которой Люцифер потерпел крах. Бог сослал его вместе с другими предателями Рая на землю и лишил крыльев каждого, дабы они не смогли вернуться домой. Будучи на земле, Люцифер набирался сил, а когда впервые попробовал человеческую душу, понял, что может стать всевластным. И это произошло. Его мощь росла с каждой секундой, а гнев был настолько сильным, что земля под ним разверзалась и выплевывала огонь. Тогда Люцифер решил построить подземное царство и начал воплощение своей идеи с Гоморры. Он населил этот город жуткими существами, которые отражали всю его злобу и боль, доставленную Небесами. Веками Король пребывал в Гоморре, но, когда его силы достигли абсолюта, он достроил Ад и создал Грехов. По сей день ни один Защитник и даже Бог не могут сокрушить Люцифера. Его могущество растет каждую секунду, и однажды он возглавит Все. Когда Небеса падут, Ад будет везде…

Посреди вводной части Эндел сообщил, что мистер Брук ушел в отставку, и теперь пары будет вести он. Несомненно, большая часть женского скопища обрадовалась такому заявлению. На их фоне я выглядела суровым исключением, которое не велось на соблазнительную внешность или шарм. Я была глыбой льда, которую не мог растопить даже