7 дней катастрофы - Константин Николаевич Буланов

же ситуация, как с танками, — не обрадовал присутствующих на совещании высокопоставленных товарищей Павлов. — Четверть тысячи машин — это легкомоторная авиация. Учебные да связные малявки. Их я даже не учитываю в качестве боевой техники. Ещё две сотни боевых самолётов — требуют ремонта, для которого у нас нет запчастей и подменных агрегатов. При этом я и так самовольно уже отдал приказ использовать неприкосновенный запас ВВС округа, иначе количество неисправных машин было бы куда больше. Почти три сотни самолётов не имеют боеготовых пилотов или экипажей, поскольку относятся к новейшим типам и на них лётчики просто не успели переучиться. Вы же сами, товарищ Жигарев, утвердили с пару месяцев назад своим приказом, что переученным считается тот пилот строевой части, кто отлетал на новом типе самолёта не менее 160 часов. Так?

— Так, — был вынужден согласно кивнуть командующего ВВС КА, поскольку отрицать правду было глупо.

— Мы же в ЗОВО в свою очередь были вынуждены нагло нарушить этот ваш приказ и считать освоившими новую технику тех лётчиков, которые успели отлетать на ней хотя бы по 25–30 часов. На большее, увы, ни запасов высокооктанового бензина, ни ресурса моторов не хватило. В ином случае мне пришлось бы отнести к небоеспособным свыше 450 боевых машин нового типа. То есть все, что мой округ имеет на сегодняшний день, — обозначил Дмитрий Григорьевич очередную проблему. — Ну и, конечно, отдельной строкой идут те самолёты, которые в силу своего морального и технического полнейшего устаревания будут уничтожены противником в первом же вылете, сунься они в небо днём. Таких неповоротливых тихоходов у меня насчитывается чуть более 300 штук. Такая вот неприятная арифметика, — развёл руками генерал армии. — А если учесть, что первые массированные бомбоштурмовые удары противник намерен нанести по нашим аэродромам, количество которых оказалось очень сильно сокращено вследствие начала строительных работ на многих из них разом, немцы в первый же день смогут уничтожить до 50%-70% авиапарка приграничных округов. После чего уже играючи добьют в воздухе всю нашу оставшуюся авиацию и тем самым возьмут всё небо под свой контроль. И уверяю вас, товарищи, никакие железобетонные ДОТ-ы не смогут им в этом помешать.

— Семён Михайлович, у нас на границе всё действительно обстоит таким образом? — на сей раз Сталин обратился к Будённому, которому, видимо, лично доверял куда больше, нежели прочим представителям КА из числа присутствующих на совещании.

— Не могу знать, товарищ Сталин, — громко и чётко отозвался со своего места носитель шикарных усов и маршальских звёзд.

— А почему вы не знаете? — явно недовольный услышанным ответом, тут же уточнил Иосиф Виссарионович, у которого вновь прорезался заметный акцент.

— По итогам последнего перераспределения обязанностей в наркомате обороны я ведаю лишь вопросами тыла армии. Ко всему, что касается оперативных вопросов и вооружения, меня с тех пор не допускают. Этим ведают нарком и штаб! — очень так ни разу не тактично Будённый перевёл все стрелки обратно на Жукова с Тимошенко.

— Это глупо! Почему вы не сказали мне об этом раньше? — шумно втянув воздух через ноздри, секретарь ЦК ВКП(б) всё же нашёл в себе силы задать этот вопрос спокойным тоном, не переходя на повышенный тон.

— Полагал, что такая установка дана свыше, — уже не столь уверенно подал свой голос маршал.

— Неправильно полагали! — попенял тому таким тоном Сталин, что кто другой уже мог бы и сделаться бледным своим лицом. — Но даже если вы не в курсе событий последнего времени, какие предположения вы имеете насчёт противостояния угрозе?

— Во-первых, я бы привёл всю авиацию в полную боевую готовность. Как во всех пограничных округах, так и в Московском, Приволжском, Северо-Кавказском. Во-вторых, немедленно выдвинул бы войска пограничных округов на границу, с целью устройства полевой фортификации, раз уж, по словам товарища Павлова, готовность ДОТ-ов оказалось столь низкой. В-третьих, объявил бы мобилизацию в указанных мною округах.

— А вы что полагаете, товарищ Павлов? Я вижу, и тут вы с чем-то не согласны, — что-что, а сталкивать людей друг с другом Сталин умел. И даже не всегда это было плохо, ибо, как известно, в спорах рождается истина. Вот и сейчас он, пытаясь сформировать личное мнение о ситуации на основе явно противоположных точек зрения, обратился к тому, кому уже совсем скоро предстояло встречать врага первым.

— Я бы не сказал, что я не согласен с товарищем Будённым. Но желал бы дополнить озвученные им тезисы, основываясь на доступной мне информации, — очень так витиевато выразился Дмитрий Григорьевич, уж точно не желающий противопоставить себя ещё и этому маршалу.

— Мы вас внимательно слушаем, — кивнув головой, дал тому дозволение продолжить свою мысль хозяин кабинета.

— Что касается авиации, то все истребительные полки действительно необходимо срочно привести в полную боевую готовность и обязать их командиров не позднее 4:00 утра организовать постоянное дежурство над аэродромом не менее чем полной эскадрильей. Пусть даже там будут пилоты, которые не умеют летать в ночное время суток, уже спустя полчаса, а то и ранее первые лучи солнца озарят небосвод. А после, по мере выработки горючего, пусть меняют эти эскадрильи следующей. И так сменяют одну за другой, имея при этом ещё одну в готовности №1. Но это будет делом завтрашнего дня. Сегодня же в самую первую очередь я бы приказал немедленно вывести подальше во внутренние округа всю ту новую технику, которую лётчики до сих пор не освоили. Как и самих молодых лётчиков, только-только выпущенных из училищ. Всё равно уже завтра они никак не смогут пойти на ней в бой, так как пока способны лишь взлететь и после с трудом приземлиться. А впустую терять на прифронтовых аэродромах, что таких людей, на подготовку которых ушли многие годы, что такие самолёты, по факту способные играть лишь роль безмолвных мишеней, — это откровенно преступное попустительство, за которое, как мне кажется, полагается расстрел. Или кто-то из присутствующих со мной не согласен в данном вопросе? — обвёл взглядом всех собравшихся Павлов.

— Это очень правильное дополнение! Хорошо, что вы озвучили его! — дабы не позволить никому начать клевать говорящего так-то разумные вещи командующего ЗОВО, ободряюще кивнул ему Сталин. — Иначе, пребывая в уверенности о несколько ином положении дел в войсках, мы могли бы лишиться целого поколения наших молодых лётчиков и тысяч ценных новейших боевых машин! Но как лично вы видите