Из золота в свинец - Сергей Витальевич Карелин

— А ты еще откуда? В «Воронов-Фармацевтика» проблемы с кадрами, и они теперь берут на работу всякий сброд? — скривился он.

— Я, господин Листницкий, — произнес, скосив глаза на подоспевшую, зеленую от злости Марину, — лицо компании. — Марина аж поперхнулась чем-то. — Компании, которая насмерть стоит за свои интересы. И за своих партнеров, если интересы совпадают, конечно же.

— Марина, он уполномочен вести переговоры от лица компании? Или я чего-то не понимаю? — сверкнул темными глазами в сторону Хлебниковой барон, поведя плечами и пошевелив пальцами в кожаных перчатках.

Девушка покрепче обхватила папку, прижатую к груди, и глубоко вздохнула.

Да, своей выходкой я, во-первых, сломал ее план, а во-вторых, поставил в такое положение, когда ей будет неудобно признать, что я не имею права разговаривать с Листницким. Это, хоть и немного, подорвет репутацию компании и ее отдела качества. Марине придется действовать со мной заодно.

— Господин Исаев, — выдохнула девушка, встретив взгляд Листницкого, — уполномочен вести переговоры. Он наш лучший эксперт по удобрениям, несмотря на его… лицо.

— Оно и видно, что эксперт! — тут же зацепился за это Листницкий со злой усмешкой. — Такой же, как тот, что разработал эти ваши новейшие азотно-фосфорные удобрения. Вы обещали повысить скорость роста травы на пастбищах и ее питательность. Но она не должна была убивать моих коров!

Да с таким подходом к делам, они у него сами дохнут от простуды. Судя по щелям в деревянных коровниках.

— Господин Листницкий, мы очень ценим, что в свете возникших обстоятельств, вы… — начала было Марина, но я ее перебил:

— Где мертвые коровы?

— Вы ветеринар или патологоанатом? — окрысился Листницкий. — Зачем они вам?

— Ну… вы же хотите получить компенсацию за мертвых коров, верно? — Я потер друг о друга руки, чтобы согреть их, глядя на него с приподнятой бровью. Листницкий нехотя кивнул, и я продолжил: — Мы можем обойтись без обращения в страховую и всей этой бумажной волокиты. Но придется пойти нам навстречу и помочь как можно скорее разобраться. Поверьте, это не только в интересах компании, но и в ваших. Для отчета мне нужно сосчитать количество тел и провести поверхностный осмотр, чтобы убедиться, что их не убили дикие звери.

— Какие в этих местах дикие звери? Но ладно… ступайте. Петр, покажи господину Исаеву коров.

От троицы слуг отделился один, простоватого и зашуганного вида мужичок в грязных сапогах, замызганных штанах и застиранной камуфляжной куртке.

— Пойдемте, — «окая» пригласил слуга.

— Секунду. — Я повернулся к Марине, открывая сумку с колбочками для проб. — Госпожа Хлебникова, не сочтите за труд… Возьмите пробы почвы. В шести разных местах.

— По-твоему, я должна своими руками в земле рыться, Исаев? — подошла она ко мне вплотную, хлюпнув грязью под сапогами. — Моя работа — это проверить, правильно ли используют удобрения люди барона, проверить условия хранения, соблюдение всех норм и техники безопасности, а не в земле копаться! Это твоя работа!

— Я осмотрю коров, — так же шепотом отвечал я, — А ты, между делом, должна собрать пробы грунта для нашей лаборатории. В шести. Разных. Местах. И нет, не нужно делать это своими руками. Используй лопаточку. Или тебе больше по душе раздутые и смердящие трупы бедных животных? Можем поменяться, только скажи.

Хлебникова сжала губы в тонкую розовую полоску и вздернула подбородок, вырвав из моих рук пробирки с маленькой лопаточкой. Ядовито улыбнулась мне, затем сменила улыбку на более радушную и повернулась к Листницкому.

— Господин барон, не одолжите еще одного из ваших слуг? Если позволите, начнем осмотр с хранилища.

А я, радостно улыбаясь, пошел следом за Петром, хромающим на одну ногу. Подмерзшая грязь сменилась мокрой от подтаявшей росы травой, и ее шуршание под ногами ласкало слух.

Мне бы, конечно, поскорее вернуться в лабораторию, чтобы узнать результаты… как ее там… хроматографии! Любопытный прибор. Но таков уж я. Если берусь за какую-то работу, всегда выполняю ее по максимуму. Сколько бы за нее ни платили. Нытье про то, что как платят, так и работаю, — удел неудачников. Себя я к оным не причисляю. Мир падает к ногам сильных и уверенных.

А этот мир падет к моим.

К тому же я уже приметил несколько интересных полевых трав на этих пастбищах, пока мы ехали. Если удобрения их не испортили, то они мне очень скоро пригодятся.

И помимо всего этого, я очень хотел посмотреть на коров. Меня не отпускало чувство, что и там найдутся следы Порчи.

Глава 6

Поле, по которому вел меня Петр, шло лишайными пятнами выеденной коровами травы. Где-то они срезали все подчистую, до самой земли, где-то из вытоптанной коровами, унавоженной почвы уже пробивались новые травинки. Некоторые же места остались нетронутыми и пестрели луговым разнотравьем. Если бы не легкий морозец, то они выглядели бы, как весенние лужайки.

Однако причина цветения крылась в новейшем удобрении. Душица, клевер, василек и другие травы сочно зеленели. Собрать бы самые свежие цветы и стебли…

Но сначала работа!

— Петр, — позвал я провожатого, — вкратце, что случилось с коровами?

Хромой мужик на секунду замер на месте, и порыв ветра пошевелил его в беспорядке лежащие пряди темных с проседью волос. Помолчав, он бросил:

— Хозяин не велел с вами разговаривать. Да я и сам не большой охотник с городскими гутарить.

— Хозяин? — хмыкнул я, поравнявшись с Петром. Прозвучало, будто они тут рабы у Листницкого. — Если твой хозяин хочет получить компенсацию, то лучше оказать нам содействие. Чем более полный отчет мы предоставим в компании, тем меньше останется вопросов, и тем быстрее он получит деньги. «Воронов-Фармацевтика» заботится о своей репутации.

Последнее я упомянул не случайно. Компания действительно пеклась о репутации. Во всемирной сети, которая здесь называется Интернет (а в моем родном мире называлась Квазинет из-за того, что была невидима и работала на инфокристаллах, объединённых в сеть), «Воронов-Фармацевтика» имела образ идеальной компании. Благотворительность, забота о животных и тому подобное. Ни одного плохого слова я о ней найти не смог. А это значит, что-либо «Воронов-Фармацевтика» одно из чудес света, либо тщательно вычищает любой негатив о себе. С помощью денег, связей и угроз.

— Уж поверьте, знаем мы о вашей репутации поболе других, — глянул на меня искоса из-под кустистых тяжелых бровей Петр.