Несгибаемый граф-3 - Александр Яманов

вас достаточно, — согласилась Екатерина. — А вот выбор невесты — дело непростое. Знаете, я тут подумала… У вас с московским генерал-губернатором Волконским давние добрые отношения, не так ли?

— Так, Ваше Величество, — мне с трудом удалось сдержать улыбку.

К чему этот цирк? Ведь все уже знают о замыслах императрицы.

— А у князя Волконского есть дочь, Мария, — императрица продолжила вести беседу в нужном ей ключе. — Девушка образованная, воспитанная, из хорошего рода. Вам бы подошла.

— Мария Михайловна — прекрасная девушка, — продолжаю говорить в спокойном тоне. — Только я хочу сам выбрать будущую супругу. Насколько мне известно, в России это возможно.

Не удерживаюсь от шпильки, которая нашла свою цель. В глазах Екатерины на какой-то миг мелькнула злость.

— Таких законов нет, — вмешался Потёмкин с ленивой усмешкой. — Это верно. Но упрямство ваше порой переходит всякие границы. Другой бы радовался тому, что ему сватает девицу сама императрица. А вы нос воротите, Николай Петрович.

Бросаю на фаворита быстрый взгляд, но молчу. Гришка не стоит моего внимания.

— Григорий Александрович прав, — поддержала любовника Екатерина. — Вы слишком часто отказываетесь от того, что вам предлагают. Отказались покупать паи, завод увели у брата-продавца, потом не захотели обсуждать компенсацию, теперь вот брак… Люди начинают говорить.

— Пусть говорят, Ваше Величество.

Отвечаю, мысленно усмехаясь. Особенно забавно слышать намёк на Демидовых, которые терпеть друг друга не могут.

— Нехорошо так говорить, — покачала головой императрица. — Касательно сватовства: сторона невесты извещена и согласна. Ведь о свадьбе договаривалась императрица. Ваш отказ могут воспринять неоднозначно. И есть ещё щекотливый момент. Я, знаете ли, наслышана о вашей… привязанности.

Зачем играть добрую тётушку? В конце концов, Екатерина может просто приказать. Если я откажусь, то это вызов. Но если императрица заботится о благополучии своих подданных, значит, она должна делать всё полюбовно. Кто мешал сначала известить потенциального жениха?

Потёмкин снова ухмыльнулся, не сводя с меня насмешливого взгляда.

— Ваше Величество, — продолжаю сохранять ровный тон, — моя личная жизнь касается только меня.

— И вашего рода, — вдруг жёстко сказала Екатерина. — А также империи, для которой Шереметевы — не последние люди. У вас же нет наследника, что может привести к ненужным шевелениям.

— Я это помню. Заодно подумаю как о браке, так и о выборе наследника, пока у меня нет детей. Конечно, вы будете тотчас извещены о моём решении.

— Почему вы отказываетесь от блестящей партии? Мария Волконская — умница, красавица. Её отец в большом фаворе и принадлежит к разветвлённому роду. Такой брак упрочил бы ещё сильнее ваше положение, — продолжала давить Екатерина.

— Или вы считаете себя выше таких союзов? Как и добрых намерений Её Величества? — подлил масла в огонь Потёмкин.

Вот куда он лезет? Ситуация и так напоминает шапито. Я ранее не мог предположить, что императрица будет уговаривать графа жениться. Причём ей нужен именно отрицательный итог. Ещё и какая-то шавка смеет гавкать. Самое смешное, что Екатерина хотела нанести неожиданный удар, но кто-то из её наперсниц проговорился. Прямо какая-то наркомания.

Но я всё равно попробую объяснить свою позицию. Хотя это сродни метать бисер перед свиньями. Меня не поймут, потом посмеются за спиной, покрутив пальцем у виска, да ещё и извратят слова. Однако я знаю, что для этой парочки мои откровения будут сродни пощёчине. Пусть и моральной. Даже самые циничные и распущенные люди в глубине души мечтают о чём-то хорошем.

— Я считаю, что брак без любви — это сделка, — наконец нарушаю молчание. — А сделки заключаются только тогда, когда они выгодны. К тому же личная жизнь не коммерция.

— Этот союз невыгоден? — притворно удивилась Екатерина.

— Невыгоден, Ваше Величество.

Императрица нахмурилась. Она явно не ожидала такого прямого ответа.

— Объяснитесь, — потребовала она.

— Мария Михайловна — достойная девушка, спору нет, — я начал подбирать слова, ведь их сразу разнесут по столице. — Но брак с Волконской не принесёт мне ничего, чего у меня нет. У меня есть состояние и положение в обществе. Зачем мне соглашаться на брак, основываясь на выгоде? Свобода выбора — это то, чем я дорожу.

— Свобода, — насмешливо повторил Потёмкин. — Красивое слово. Только за ним, как правило, стоит обыкновенное упрямство.

— Пусть так, — решаю не спорить.

Екатерина взяла со стола перо, покрутила его в руке и положила обратно.

— А если это не просьба, Николай Петрович? Если это намёк на то, что ваше упрямство начинает утомлять?

В кабинете повисла напряжённая тишина. Понятно, что речь идёт о приказе. Только наша императрица так привыкла лавировать, что давно забыла, как говорить правду.

— Ваше Величество, — продолжаю выдерживать изначальную манеру поведения, — я верный слуга России. Мои предприятия работают на благо государства. За мой счёт осваивают новые земли, открываются школы и больницы. Я не давал повода усомниться в своей преданности. Но личная жизнь потому так и называется, что решение должно оставаться за человеком, а не за внешним влиянием.

— Никто не сомневается в вашей верности, — холодно ответила императрица.

— Тогда почему вы настаиваете на браке с Волконской?

Екатерина посмотрела на меня изучающим взглядом. Наконец-то в нём появилась искренность. Значит, маски сброшены? Или снова начнёт юлить?

— Ответ очевиден, гарф. Даже самые верные иногда забывают, что они — слуги, — наконец произнесла она. — Вы ведёте себя излишне вызывающе, граф. Только нельзя забывать, что ты живёшь в обществе и должен это учитывать. Ваше состояние и положение родились не на ровном месте, а благодаря предкам, которые понимали очевидные вещи. Но вы даже сейчас сразу ответили отказом своему монарху, не попытавшись отсрочить решение. Это уже не дерзость, а вызов, Николай Петрович. Дам вам хороший совет: не искушайте судьбу лишний раз. Ведь обычно всё возвращается сторицей.

Забавно слышать морализаторство от убийцы, узурпаторши и абсолютно аморальной персоны. Екатерина не дура и много общается с разными людьми. Судя по злому взгляду, она поняла невысказанную насмешку.

Значит, маски действительно сброшены, так даже лучше. Только мадам сама себя переиграла. Сейчас не времена Петра, и правитель не может заставить аристократа жениться. Думаю, весомая часть общества займёт мою сторону, пусть и негласно.

— Я уже ответил. Нет. Но вы можете не сомневаться в моей верности.

Потёмкин издал неопределённый звук, похожий на смешок.

— Что ж, — Екатерина не