Долгожданная - Хелен Гуда

— Это ничего не меняет! — выпалила я, стараясь говорить как можно тверже. — Ты должен был спросить. И вообще, сейчас же убирайся отсюда.

Равен медленно поднялся с кровати, не сводя с меня глаз. Он был высоким и сильным, его тело, едва прикрытое тонкой тканью рубашки, излучало силу и чувственность. В этой комнате, в полумраке утра, он казался еще более опасным и притягательным.

— Как скажешь, — прошептал он, делая шаг в мою сторону. Его голос был хриплым и тихим. — Но я обязательно вернусь, Милана. И когда это произойдет, ты сама попросишь меня остаться. Будешь умолять меня.

С этими словами он развернулся и, неспешно подойдя к двери, вышел из комнаты, оставив меня в полном смятении. Что это было? Неприкрытый флирт? Угроза? Или всего лишь глупая шутка, призванная вывести меня из равновесия? Я не знала, но чувствовала, что мое сердце колотится как бешеное, а тело горит от странного, смешанного чувства — страха и… возбуждения. Кажется, мое пребывание в замке Теней с этого момента станет намного более… "интересным". И, возможно, намного более… опасным.

Я растерянно наблюдала за тем, как Равен исчезает за дверью, ощущая себя полной идиоткой. Только что я выставила его за дверь, а ведь больше всего на свете сейчас хотела поговорить с ним, узнать, что происходит, почему я здесь. Но вместо этого я повела себя как испуганная девчонка. Ладно, еще будет шанс. Рано или поздно он должен будет объяснить мне всё.

Решив, что с Равеном я разберусь позже, я оглядела комнату, ища взглядом кота. Чертов Пушок! Именно из-за него все и произошло. Я отчетливо помнила, как он запрыгнул ко мне на кровать, как свернулся клубочком рядом, согревая своим теплом. Я даже почувствовала, как его пушистая шерсть щекочет мою щеку. Но сейчас в комнате не было ни малейшего намека на его присутствие.

Я заглянула под огромную кровать с балдахином, осторожно отодвинула тяжелые портьеры, осмотрела каждый уголок, куда мог бы забраться кот. Но Пушка нигде не было. Как сквозь землю провалился.

В этот момент дверь тихонько скрипнула, и в комнату вошла служанка. Та самая, что приносила мне ужин вчера, — тихая, сдержанная, почти бесцветная. Она двигалась так плавно и бесшумно, что казалась тенью, а не живым человеком.

— Доброе утро, госпожа, — проговорила она, слегка склонившись в учтивом поклоне. — Меня зовут Лили, я назначена вашей личной служанкой. Буду заботиться о вас и выполнять все ваши просьбы.

— Доброе утро, Лили, — ответила я, пытаясь сосредоточиться. Все еще находясь под впечатлением от утреннего визита Равена и таинственного исчезновения кота, я чувствовала себя немного дезориентированной. — У меня к тебе вопрос. Вчера вечером ко мне в комнату заходил кот. Пушистый такой с пронзительными зелеными глазами. Ты его не видела?

Лили нахмурилась, словно я сказала какую-то несусветную глупость. Ее лицо, и без того не отличавшееся выразительностью, стало еще более непроницаемым.

— Кот, госпожа? — переспросила она, словно не расслышала. — В замке нет кошек. Никогда не было. И не может быть, чтобы кот проник в вашу комнату. Здесь всегда заперты двери и окна на ночь, а охрана следит за каждым шорохом… Должно быть, вам приснилось.

Я нахмурилась, чувствуя, как раздражение нарастает внутри меня. Как это возможно, чтобы мне приснилось то, что я ощущала так явно? Я же совершенно точно помню Пушка. Я чувствовала его мягкую шерсть под рукой, слышала его тихое мурлыканье, видела, как его зеленые глаза светятся в полумраке комнаты. Неужели я схожу с ума?

— Но я же видела его, — настаивала я. — Он точно был здесь. Может, он выскочил, пока ты заходила?

Лили твердо покачала головой, ее лицо оставалось бесстрастным.

— Уверяю вас, госпожа, в замке нет кошек. И я не видела никакого кота. Если бы здесь был кот, я бы обязательно заметила. Я очень внимательна.

Холодок пробежал по моей спине, и я почувствовала, как внутри меня зарождается смутная тревога. Что это значит? Почему мне твердят, что кота не было, когда я точно знаю, что он был? Неужели я схожу с ума и мне мерещатся коты? Или в этом замке действительно происходит что-то странное, мистическое, что не поддается логическому объяснению? Чем больше я думаю об этом, тем глубже запутываюсь.

Самой большой мой страх был — это сойти с ума. Если я начну рассказывать всем подряд о коте-призраке, которого никто, кроме меня, не видел, то очень скоро меня сочтут полоумной. И тогда мои шансы узнать правду о том, что здесь происходит, упадут до нуля. Нет, поиски Пушка должны стать моим личным тайным расследованием. Операция "Найди Кота", так сказать. Я должна сама найти этого ускользающего зверя и понять, сон это был или явь, не привлекая лишнего, нежелательного внимания.

Поэтому я сделала вид, что просто забыла о ночном визитере, как о мимолетном сне. Позволила Лили увлечь меня в вихрь утренних ритуалов и забот. Она принесла завтрак — не просто тарелку овсянки, а целый поднос деликатесов, словно бы меня решили накормить как в последний раз. Затем она предложила мне на выбор несколько платьев, и после недолгих колебаний я остановилась на простом, но элегантном платье из темно-синего бархата. "Цвет ночного неба", — подумала я, вспомнив о своих тревогах. Лили помогла мне одеться, мягко расправляя складки ткани и застегивая пуговицы, словно я была хрупкой куклой. Потом она принялась за мои волосы. Ее пальцы двигались легко и уверенно, превращая непослушные локоны в сложную, замысловатую прическу. Ее прикосновения были почти гипнотическими. Пока она работала, я пристально наблюдала за ней, пытаясь уловить в ее глазах хоть какой-то намек на обман, на то, что она знает больше, чем говорит. Но ее лицо оставалось непроницаемым, словно маска, скрывающая все мысли и чувства. Она была безупречной служанкой, и это пугало меня даже больше, чем ее молчание.

Когда все утренние приготовления были закончены и я была вымыта, накормлена, одета и причесана по последней местной моде, Лили мягко и с тихой учтивостью произнесла:

— Господин Равен ждет вас в своем кабинете, госпожа. Позволите проводить?

Я кивнула, стараясь скрыть волнение, которое нарастало внутри меня, как прилив. Встреча с Равеном была неизбежна. И, несмотря на утренний инцидент и остаточное чувство раздражения от его самоуверенности, я понимала, что он — единственный человек в этом замке, кто может пролить свет на творящуюся здесь чертовщину. Единственный, кто знает, почему я здесь и чего от меня хотят. Я надеялась, что смогу держать свои эмоции под контролем, не