Милан. Том 8 - Arladaar

стало словно ватным, навалилась усталость. Тройной лутц исполнила с ошибкой на выезде. Сделав недокрут, всё-таки удержалась на ногах в очередной раз, потом прыгнула одинарный аксель вместо двойного. Нагрязнила на дорожке шагов, которую в последнее время делала очень хорошо, смазала последнее вращение в заклоне, не додержав полтора оборота в бильмане. Тем не менее, зрители награждали аплодисментами каждый, даже плохо сделанный элемент. Всё-таки понимали, что это тренировка.

Всё же Люда, несмотря на неудачный прокат, не забывала улыбаться, грустить, понимая, что её с близкого расстояния снимают камеры. Закончив вращаться в бильмане, опустила ногу, сделала пару шагов в сторону судейского корпуса и замерла в финальной позе: ноги на ширине плеч, руки сложены на груди, а радостное сияющее лицо смотрит вверх. Финиш.

Раздались громкие аплодисменты. Люда покатила к центру арены, поклонилась в четыре стороны, помахала руками зрителям и покатила к калитке, где её встречал Брон с кривой ухмылкой на лице.

— И что это было? — с недоумением спросил тренер и протянул чехлы. — Ты на соревнованиях также будешь кататься? Аря, что с тобой?

— Ничего, — спокойно ответила Людмила. — Кажется, акклиматизация накрыла. Тело как ватное, голова пустая.

— Значит, завтра перед прокатом произвольной программы сведём начальную тренировку к минимуму, — заявил Брон. — Лишь минимальная разминка. Ты сейчас куда?

— Никуда, — заявила Люда. — Посмотрю, что другие катают, потом вместе с Соней поедем в гостиницу.

— У меня такие же планы, — заявил Брон.

Тем временем на тренировку пригласили Алису Лью, которая по стартовому списку должна была выступать против Людмилы, в конце первой разминки. Было интересно посмотреть, что она будет катать, как будет разминаться, да и в целом сейчас, находясь за бортиком, Люда могла подробно посмотреть, что делают иностранки.

Разминалась американская фигуристка почти так же, как и она сама, по-видимому, это была стандартная процедура, которую практиковали абсолютно все тренеры. Алиса сначала проехалась фонариками, потом змейкой, после этого, сделав несколько пируэтов, начала исполнять перекидные прыжки. Потом подъехала к тренеру и стала с ним о чём-то совещаться. Согласно кивнула головой, разогналась, прокатила через всю арену и прыгнула тройной аксель. Вот ни фига себе заявочка!

Аксель у Алисы получился чистым, даже чистейшим. И хотя сделала его с долгой подготовкой, разгон был очень приличным, соответственно, и прыжок получился зрелищным, с высоким подъёмом и долгим пролётом, выездом в красивую арабеску, после которой Алиса сразу сделала несколько изящных пируэтов. Зрители отреагировали бурными аплодисментами, которые были намного более активными, чем те, которыми награждали невзрачные прыжки Люды.

После этого Алиса разогналась и почти у калитки, перед самой Ариной Стольниковой, прыгнула мастерский каскад тройной лутц — тройной тулуп. И прыгнула очень хорошо. Опять прыжки получились пролётные, высокие, исполненные как по учебнику и производящие очень сильное впечатление. Выехала в красивую арабеску, слегка притормозила, сделала пируэт, столкнулась взглядом с Людой, улыбнулась персонально ей, подмигнула и покатила дальше простыми перебежками, по-видимому, решив немного передохнуть.

Ясно одно: похоже, контент на короткую программу у американки максимальный для женского одиночного катания…

Глава 7

Первая тренировка на льду

Люда с большим интересом смотрела тренировки соперниц. Когда ещё выдастся шанс увидеть вживую, как разминаются и катаются те, с кем тебе совсем скоро придётся соревноваться на льду… Очень понравилась Алиса Лью. Девушка была крепкая, ладная, с хорошей физической подготовкой, каталась по-спортивному быстро, вдобавок обладала тройным акселем. Откатала короткую программу чисто, под неоклассическую музыку. Люда даже специально зашазамила эту музыку, оказалось, композиция называется «The Storm» венгерского композитора-неоклассика Балажа Хаваши. Очень грозная соперница! Впечатление на зрителей произвела колоссальное, аплодисменты долго не смолкали, когда Алиса покинула лёд.

Надев чехлы, она что-то закричала, заулыбалась и буквально упала на шею тренера, мужика лет пятидесяти в чёрном костюме и белой рубашке. Вообще, девушка она была активная, улыбчивая и, казалось, так и сочится весельем и радостью. Нашла время даже обернуться к Людмиле и послать ей воздушный поцелуй и помахать рукой. По-видимому, вместе со Стольниковой соревновались они много раз, начиная с юниорских стартов.

Корейская фигуристка Ён Су Лим, катавшаяся после неё, тоже очень понравилась Людмиле. В тренировочном костюме выглядела как хрупкая фарфоровая статуэтка. Каталась очень красиво, на глубоких плавных рёбрах, каждое движение было по-балетному отточенное и очень эффектное. В короткой программе два раза ошиблась, но тем не менее, впечатление произвела.

Почти так же откаталась японская фигуристка Рина Мацуоке. На вид ей лет 18, невысокого роста и субтильного телосложения. Тренировку провела красиво, качественно, исполнила хороший прокат короткой программы, но без тройного акселя. Впрочем, Брон говорил, что азиатские фигуристки на тренировке могут специально прыгать совсем другой контент, который планируется в заявке на короткую программу.

Немецкая фигуристка Николь Шотт, которую Люда видела на Скейт Америка вместе с тренером Михаэлем Хутом, опять не справилась не только в тренировочных прыжках, но и в прокате, упав с одного прыжка и сделав бабочку на другом. Выше своего уровня не прыгнешь…

— Ты так здесь и стоишь? — неожиданно спросила подошедшая из служебного коридора Соня. — А я там сидела, чего тут…

Она хотела ещё что-то сказать, однако словно осеклась. Люда посмотрела на подружку по команде и увидела, что она опять волнуется, причём очень сильно. У Термитовой буквально дрожали руки. Она стояла и с беспокойством смотрела по сторонам. То на трибуны, то на судей, то на окружающую обстановку, на множество спортсменов, тренеров и телеоператоров, стоявших у служебного коридора и у калитки.

— Соня, возьми себя в руки! — неожиданно сказала Люда и похлопала Термитову по плечу. — На тебе лица нет. Успокойся.

Сказала, конечно же, в шутку. Однако Термитова приняла эти слова всерьёз, неожиданно достала платок и вытерла слёзы, полившиеся градом. По счастью, этого не видел её тренер, который сейчас наблюдал, как катается Николь Шотт. Термитова почему-то подошла не к нему, а в первую очередь к Людмиле. Если бы не такое большое количество людей, Люда обняла бы Соню и успокоила её, но не решилась, тем более она замечала, что, пока фигуристки разминаются перед прокатом, телеоператоры нет-нет да показывали её, Арину Стольникову, и транслировали изображение на дисплей, что неизменно вызывало аплодисменты зрителей.

Немного постояв и привыкнув к обстановке, Термитова успокоилась. Люда уже заметила ещё по совместному старту в Екатеринбурге, что у Софьи очень подвижная, чувствительная психика, что она легко может скатиться до слёз. Однако в сухом остатке это ни о