Фаэтон: Планета аномалий 4 - Вячеслав Иванович Соколов

— Может, и хватит, — задумчиво кивает Шериф.

Глава девятая

Как мне кажется, патрульные меня ненавидят. По крайней мере, эти три экипажа, что разъезжают на тех самых машинах, что мы встретили: два грузовика типа «Урал» и один джип.

Спросите, за что такое несправедливое отношение ко мне? И я соглашусь: не виноват я. Вот как есть — не виноват. Разве что только чуть-чуть.

Но давайте по порядку. Примерно через пару часов движения караваном заехали к электрической аномалии на зарядку. И тут началось.

Прикиньте, как народ офигел, когда увидел Бизона в его новой ипостаси! Естественно, в начале его даже не признали, лишь только после заверения Шерифа о том, что это действительно Ванька, парни, прифигев, начали хлопать его по плечам и внимательно рассматривать.

Удивительна планета Фаэтон, и люди, её населяющие, сказали им, что Ваня в аномалию генетическую загремел, и никого смена внешности уже не удивляет.

Хотя не обошлось без упрёков, дескать, что за фигня, кто ему разрешил становиться таким красавчиком? Ещё и девчонки в количестве четырёх штучек, которые были экипажем того самого джипа, подлили масла в огонь.

Так, стоп. Это получается, ненавидят меня только два экипажа? Которые с грузовиков. Девчонкам-то я ничего плохого не сделал.

— Ваня, а ты везде человеком стал? — поинтересовалась симпатичная брюнетка лет эдак тридцати пяти, возможно, сорока с натяжкой.

— В смысле — везде? — недоумевает Бизон.

— Ну, я слышала, у орков там… — поигрывая бровками, женщина указывает указательным пальцем вниз, куда-то в район ремня на штанах, — ого-го дубинки. А то на мордашку похорошел, а там — упс… — стреляет глазками в нужную сторону и с улыбкой показывает пару-тройку сантиметров между указательным и большим пальцами.

Мужики тут же начинают смеяться и подначивать Бизона. Дескать, не расстраивайся, это не приговор, зато симпатичным стал… Ванька, естественно, тут же принялся махать руками и доказывать, что всё у него там нормально. Мол, как было ого-го, так ого-го и осталось.

Но куда там! Парней уже понесло. Такая радость — утопить конкурента! Стоят и радостно хихикают. Так что пришлось вмешаться, пока мой друг не устроил побоище в особо крупных масштабах.

— Бизон, а ты им покажи, — усмехаюсь во все зубы, — пусть завидуют.

— Не надо ничего тут показывать, — машет руками Елизавета Алексеевна.

— Не-не-не, — выставляет перед собой ладонь Ванька, отметая всякие возражения. — Пускай посмотрят! — и принимается расстегивать ремень.

Женский контингент патруля тут же заинтересованно уставился на него.

— А ну, отставить, я сказала! — Шериф перехватывает полурасстёгнутый ремень Ванькиных штанов.

— Вот облом, уже и поржать нельзя, — грустно произносит один из патрульных.

— А я вот что думаю, — подает голос блондинка лет двадцати. — Ванечка, ты обязан пригласить меня на свидание.

— Я? — удивляется Бизон, тыча себя пальцем в грудь.

— Ага.

— Так это… как его… — внезапно засмущался здоровяк.

— Ванечка, а ты не мучайся. Я вот сама приглашаю тебя на свидание, — отодвинув в сторону блондиночку, вперёд вылезла миленькая, рыжая девчуля лет восемнадцать-девятнадцать на вид.

В шортах, натянутых на широкие бедра, и в майке с глубоким вырезом, в котором красовались вполне достойные полушария. И если учитывать её невысокий рост и короткие мочки ушей, то она, скорее всего, гнома. Хотя нет, высоковата все же. Значит, полугнома.

— Ты куда лезешь⁈ — тут же возмутилась блондинка.

— Кто первый встал, того и тапки, — рыжая красотка, недолго думая, подскочила к Ваньке и, обхватив его руку, прижалась к ней своими достоинствами.

— Так ты же всегда говорила, что боишься его! — притопывает ногой блондиночка.

— Не боялась, а опасалась, — возражает рыжуля. — И не его, а его габаритов!

— Так он меньше-то не стал. Такой же амбал!

— Так маменька же всегда говорила, — тычет пальцем в брюнетку, — Анли, не лезь к Ване, он же полуорк. А у этих ребят такой темперамент, что порвёт тебя, семь портных не заштопают.

— В смысле порвёт? — хлопает глазами Бизон и, уже возмущенно глядя на брюнетку вопрошает: — Когда это я женщин обижал?

— Ванечка, ты не обижайся, — примирительно выставляет та перед собой ладони. — Я же про твоё ого-го, которое, по твоему заверению, ого-го и осталось. А Анли — девочка хрупкая, с цветочком не сорванным, может, и не выдержать… Хи-хи-хи… — не выдержав, мамочка начинает смеяться, прикрывая рот кулаком.

— Мама!!! — рыжуля, покраснев как спелая помидорка, притопывает ножкой от возмущения. — Ты зачем об этом говоришь?

Парни патрульные, кто как старается не заржать. Получается откровенно плохо, вокруг слышатся смешки.

— Вот и я говорю, сестрёнка, давай лучше я с Ванечкой на свидание схожу, — блондиночка пытается примоститься ко второй Ванькиной руке. Видимо, в надежде потереться об него пусть и не такими выдающимися достоинствами, как у рыжей красотки, но тоже вполне неплохими.

Но Бизон внезапно уворачивается и как бы прячется за полугномой. Это он так засмущался, или ему блондиночка не нравится? А может, наоборот, рыжая красотка парню в сердце залетела прямо с ноги?

— Лучше отвянь, — отцепившись от Ваньки, Анли преграждает сопернице путь.

— Мари, не мешай сестре, ей же всегда Ванечка нравился, — внезапно подаёт голос четвёртая женщина.

Тоже брюнетка, как и самая старшая дамочка, и весьма похожая на нее, разве что возрастом помоложе. Лет эдак тридцать плюс-минус пару лет.

Погрозив пальцем блондинке, обернулась на старшую брюнетку:

— И ты, сеструха, не лезь, девочка уже взрослая, сама разберётся!

— Это моя дочь, так что не указывай, — тут же насупилась, как я понимаю, старшая сестра.

— А вы подеритесь, горячие фаэтонские девицы, — внезапно раздаётся голос Гнары, которая наконец-то соизволила вылезти на свет божий из кунга. — Всё верно, Анли, нравится парень — забирай. Он у нас такой красавчик стал, что уже и сестрёнка твоя к нему сиськи свои подкатывает.

— А ты кто такая? — тут же набычилась старшая брюнетка.

— О-о-о! А кто это у нас тут? Августа! Как всегда, невыносимо стервозна. Подскажи мне, как у одних родителей могли получиться такие похожие друг на друга сёстры, но одна нормальная, а вторая стерва? Элеста, привет, подруга!

— Привет, — откликается младшая брюнетка. — А всё-таки ты кто?

— Вот оно как! Стоило мне сменить колер, — Гнара, шагая вперёд и покачивая бёдрами, проводит рукой по своей белой шевелюре, — как подружки узнавать перестали.

— Вообще-то ты ещё и в росте добавила, и в сиськах подросла, — устав молчать, высказывается Елизавета Алексеевна.

— Это да-а-а… подросла, — Гнара, приближаясь ко мне, слегка приподнимает руками грудь, а затем вжимается ею к моей руке по примеру Анли.

— Да лопни мои глаза, это же Ледышка! — внезапно