Фаэтон: Планета аномалий 4 - Вячеслав Иванович Соколов

Интересное явление: Волк тоже имеет растительность на лице, но только усы. В целом видный мужчина, высокий брюнет с седыми висками.

— Я смотрю, прежние владельцы любили кататься с комфортом, — усевшись в кресло возле двери в кунг и поёрзав в нём, подметила Августа.

— Не без этого, — кивает Елизавета Алексеевна. — Там, в конце салона, ещё и откидная кровать, как Гнара утверждает, всю дорогу в ней дрыхла. Кстати, Августа, а не расскажешь ли мне, чем тебе Ванечка не угодил?

— Да мне вот тоже интересно, — присоединился к вопросу Волк, примостившийся в кресле напротив женщины. — Вроде никогда не проявляла антипатии. Но ты, оказывается, вон, как дочурку свою, настраивала против парня.

— Вот не надо, — выставляет перед собой руки Августа, — нормально я к нему отношусь, хороший он парень. А теперь, когда он стал человеком, так вообще никаких претензий не имею.

— Тогда что это сейчас было? — Шериф кивает в сторону двери в кунг.

— Просто поддержала общее веселье.

— Нет, я про слова твоей дочери… Что это за наезды были? — цедит сквозь зубы Елизавета Алексеевна, видно, что её очень зацепили слова девушки.

— Он был орком, Шериф. А они ребята необузданные.

— Вообще-то, полуорком.

— Особой разницы нет, — отмахивается Августа. — Гены никуда не денешь. Им во время секса крышу сносит, ещё и у большинства из них такие приборы, что страшно сказать. А Анли у меня девочка хрупкая.

— И откуда тебе такие подробности известны? — с усмешкой интересуется бородатый крепыш. — Или ты порнушку с орками пересмотрела? Так там и у людей обычно дубины ого-го, и уж ты мне поверь, это никак не относится ко всей человеческой расе.

— Вот ты мне, Артур, глаза-то открыл, — всплескивает руками Августа. — Что ты мне, как маленькой, объясняешь? Но, есть маленький нюанс: людей туда с большими набирают, а орков, наоборот, поменьше ищут, а то, знаешь ли, актрис не напасёшься.

— Теперь и у меня возник вопрос, — приподнимает бровь Волк, — откуда такие познания?

— Да какая разница, — отмахивается Августа, — знаю и всё тут.

— Ага, — кивает Артур. — Одна дочка у тебя от человека, вторая от гнома, ты уверена, что где-нибудь дочь от орка не бегает?

— Я тебя сейчас пристрелю, — прищурив взгляд, женщина тянется к пистолету на бедре.

— Так, успокоились все, — прихлопывает ладонью по стене кунга Елизавета Алексеевна, которая, в отличие от гостей, сидела на железном ящике в углу, правда, предварительно постелив на него одеяло.

Я же в это время разместился на откидном месте спальника, как на лавке. Как это устроено? Может, кто-то сам, а кто-то в кино видел водительскую кабину в грузовике, где позади кресел находятся спальные места.

Так вот и здесь также, единственное различие в том, что здесь в машинах из кабины в кунг можно либо пройти, как в этой машине, либо пробраться через люк. Но в любом случае не будешь же протискиваться между полок да ещё и в грязной обуви через матрасы.

Вот полочка и откидывается, а когда требуется лечь спать, её возвращают на место, сверху постельное бельишко, и всё, уже можешь отдыхать. Собственно, эту самую полочку я и откинул, усевшись на неё. Ладно, что-то я отвлёкся, возвращаемся к нашим горячим фаэтонским патрульным.

— Артур, немедленно извинись, — жёстким голосом командует Шериф. — Шутки шутками, но ты перегнул палку.

— Извини, мать, — Артур прижимает правую руку к сердцу. — Что-то и правда занесло, — и тут же добавляет с улыбкой: — Если хочешь, можешь меня отшлёпать.

— Даже не мечтай, — вздернув нос, отворачивается от него Августа.

— А жаль, — вздыхает Артур.

— Ещё бы, — со смешком фыркает Волк, — половина патрульных мечтает о том, чтобы их Августа отшлёпала.

— И ты тоже? — ехидно прищуривается брюнетка.

— А я что, не мужик что ли? — делает большие глаза Волк.

— Так это… Как его… А что ж ты это… — внезапно покраснев, отводит глаза женщина.

— Опаньки, — Артур аж привстаёт со своего кресла. — А ещё взрослые люди! Да чтоб вы без меня делали! Братан, ты мне теперь пузырь должен.

— Я? — удивляется Волк. — За что?

— Капец ты тупой, — хлопает себя по лбу Артур и заваливается обратно в кресло.

— А-ха-ха-ха, — внезапно заливается смехом Елизавета Алексеевна. — Августа, видимо, такова наша женская доля. Или ты сама его за хобот возьмёшь, или он так и продолжит тупить.

— Шериф, ну что ты такое говоришь, — внезапно скромненько отводит глаза брюнетка.

— То и говорю. В общем, я так поняла, придётся мне всё объяснить, а то вы так и будете фигней страдать. Волк, вот скажи мне, тебе Августа нравится?

— Кто? — хлопает глазами седеющий брюнет.

— Вот она, — тычет пальцем в красавицу брюнетку Елизавета Алексеевна.

— Ну так это… — отводит глаза в сторону мужчина. — Так по ней половина нашего отряда сохнет, а вторая половина об Элесте.

— А ты из какой половины? — вкрадчиво продолжает интересоваться Елизавета Алексеевна.

— Я?

— Ты, ты…

— Так я это… Как его… — взгляд Волка мечется из стороны в сторону, а затем из него как будто выпускают воздух, и он, сдувшись, тихо произносит: — Из первой.

— Августа, я сделала всё, что смогла, — разводит руками Елизавета Алексеевна, с улыбкой поглядывая на покрасневшие уши мужчины.

— Да к чёрту, — рубит рукой воздух брюнетка. — У меня, похоже, дочка смелее, чем я, — и, набрав полную грудь воздуха, выпалила: — Волк, не хочешь после рейда пригласить меня выпить?

— Я? — тычет себя в грудь мужчина.

— Ты.

— Тебя?

— Меня! — хлопает себя по лицу женщина.

— Хочу, — отводит взгляд в сторону Волк.

— Августа, я же говорю. Сама! Всё, сама! — улыбается Елизавета Алексеевна.

— Да я уже поняла, — сверлит взглядом мужчину красавица, а затем, обернувшись к Артуру, произносит: — Я сама тебе пузырь поставлю.

— А вот это по-нашему! — радостно потирает руки тот и, привстав с кресла, хлопает Волка по плечу: — Поздравляю, братан!

— Меня? — делает удивлённое лицо Волк.

— Августа, ты хотела пристрелить меня? — оборачиваясь к женщине, говорит Артур. — Я согласен.

— А-ха-ха, — снова заливается смехом Шериф. — Ох и насмешили вы меня! — а затем, обернувшись ко мне, поясняет: — Вот такие пирожки с котятами, братское сердце. Волк вояка хоть куда, но что касательно женщин… — разводит руками.

— Бывает, — усмехаюсь. — Но мне вот что единственное интересно: почему у вас половина мужиков на Августу запала, а вторая на Элесту? Нет, бесспорно, они дамы просто шикарные, — показываю большой палец, — но как же Анли и Мари? Они ведь девочки весьма привлекательные.

— Сам же сказал, девочки, — потягивается Артур, — а у нас в отряде все мужики далеко за тридцать. Так что все их поклонники