Сказание об Оками 1 - Сева Сотх

— Позволь позаботиться о тебе, Сато Ичиро-кун — Фраза звучит как-то чересчур ритуально. Киваю, благодарю.

— Спасибо, Хаяси-сан.

— Тебе полагается ответить “позаботьтесь обо мне” — Подсказывает Микки. Я послушно отрабатываю скрипт, без которого у нее встроенная подпрограмма заботы о детишках запустится не может.

Сработало, обо мне начали заботиться. Угостили чистой водой, для начала. Предложили как следует обработать раны, от чего я решительно отказалась, сказала что они уже и так заживают, пообещали что покормят на привале. На ходу, видимо, нельзя, но я сейчас и не голодная, не так и давно жареного зайца сожрала.

Конечно, так просто от меня не отстали. Хитрая лиса продолжила попытки разузнать подробности, но не напрямую. Задавала наводящие вопросы. С настоящим ребёнком прокатило бы.

— Ичиро-кун, у тебя есть братья или сестры? — Я разрешила называть себя по имени, чем снова нарушила правила. Оказывается, имя без фамилии только для друзей, вот прям реально близких друзей, а не знакомых или семьи. Приняв информацию, предложила Микки дружить. Так сказать, соблюсти формальности, которых дофига больше разумного.

— Нет, Хаяси-сан, я бы не бросил младших, если бы они были. — Меня прямо корёжит от этой вежливости, ее несовпадения с внутренним монологом, в котором я такая, как есть, типа быдловатая, но умная. Но приходится держаться за маску вежливого, но постоянно ошибающегося Ичиро. Вежливость фальшивая, ошибки настоящие, и даже смущаюсь от них я по настоящему. Ну или раздражаюсь, если честнее сказать.

— А чем ты занимался дома, Ичиро-кун?

— Помогал семье заниматься семейным делом — Я важно надула щеки, пытаясь не заржать. Ни капли не соврала же, помогала, по колено в грязедерьме целыми днями стояла.

И так далее в том же духе, до самого обеда. Я устала так, как не на одной тренировке не уставала. Как энергетик, я точно знаю, что мозг это самый энергопотребляющий орган. Сейчас мне пришлось по полной его задействовать. Еще и ночь бессонная, и как бы стресс, который бьёт по неокрепшему организму. И жрать захотелось. Когда караван сделал привал, я спросила совета где мне лучше сварить рис, посетовав что котелок потерялся. Была принудительно накормлена из запасов Хаяси. Мелкая я манипуляторша! Но оно того стоило! Как же вкусно! Самая вкусная жрачка, которая только была у меня в этой жизни. Вроде как обыкновенные рисовые колобки, но соленые, со специями, со всякой начинкой от овощей и до мяса. Отбросив всякий возможный стыд, которого у меня так-то своего и нет, умяла всё что дали. Хорошие люди. Может они меня усыновят, ну, удочерят? А оно мне надо? Уже за половину дня притворства мне тошно не быть собой, манипулируя доброй женщиной, эксплуатируя ее базовые инстинкты. А я настоящая уже такого хорошего впечатления на Микки не произведу. Легко быть добренькой к хорошим детям, сложнее к бесноватой девочке, которая плевала на всякие условности наподобе манер. Так что, кормят вкусно, но дальше разбегаемся.

После обеда я трусливо сбежала от расспросов. Уснула. В деревне я постоянно недоспала, а тут под мерный скрип колёс, находясь в безопасности, после непростой ночи, по настоящему уснула. Может, даже храпела. Не знаю храплю ли я. Ублюдки Лю не жаловались. Перемежая сон с медитациями протянула время до самого утра. Мне выделили спальное место среди Хаяси и даже теплое одеялко, чью-то мохнатую шкуру, овечью вроде бы.

Утром сделала короткую разминку, чисто гимнастика и растяжка, без отработки техник и рукопашки. Привычной нагрузки не хватало, но переживу, усилю на это время работу с внутренней энергетикой, проработаю всё, что требует спокойной обстановки, которой у меня не было примерно никогда с момента осознания.

Микки позже спросила про мою зарядку.

— Папа научил, это чтобы быть сильным и уметь себя защищать — Объяснила я. Может и вовсе не стоило им ничего показывать, но и заржаветь, сидя целыми днями на месте, очень уж не хотелось.

Попутчица продолжила было донимать меня своим любопытством, но ночью я придумала на что ее переключить, да еще и с выгодой для себя.

— Хаяси Микки-сан, вы ведь грамотная? Можете научить меня чтению? — Грамотная она точно. Я ведь наблюдательная, заметила в вещах женщины книги и свитки. Интересно, кто она вообще такая? Фургон не очень богатый, без декора и прочих свистоперделок, но по меркам той же деревни уже немыслимое богатство, как и буйволы, которые в Пиндишань хозяев не имели, считались этаким общенародным достоянием. То есть староста ими распоряжался. Одежда у Микки тоже, очень добротная. Не вечернее платье, конечно, но и мы не на балу, трехцветный балахон красно-белый с желтой отстрочкой. И слушаются ее. То есть Широ-сан, которого я за ее родню приняла может быть и не родней, а слугой, к примеру. Спрашивать я постремалась как-то. Пусть сначала до столицы довезут, а там уже неудобные вопросы можно будет задать.

Микки не отказала в учебе и понеслось. Самым сложным в процессе оказалось не показывать как легко он мне дается. Оказалось, что тут входу не алфавит, а слоговая азбука. То есть закодированы символами не обычные буквы, а слоги. Не так удобно, как с нормальным алфавитом, но в чем-то даже логично. Хотя некоторые пиктограммы прямо упоротые и странные, хорошая память и как бы взрослое сознание сделали учебный процесс донельзя простым. Слишком простым. Пришлось специально тупить, делать и повторять ошибки, читать по отдельным слогам там, где я уже ухватывала содержимое всей страницы. Судя по тому, как округлялись глаза моей наставницы при любых успехах, тупизну я изображала из рук вон плохо.

— Ты очень быстро учишься грамоте, Ичиро-кун — Похвалила Микки — Раньше тебя кто уже обучал чтению?

— Это всё вы, Хаяси-сенсей, у вас талант, этот, учительский — Как сказать “педагогический” я не знала. Словарный запас у меня тут большой, как для ребёнка, но неполный. И о том, что слово сенсей принято использовать как своеобразный суффикс, мне тоже рассказала Микки. Книжка, на которой она мне показывала эти их слогобуквы, не знаю есть ли для них нормальный термин, к слову, что-то похожее на священный текст или, может быть сборник сказок, мифов. “Сказания о богине неба и земли, правительнице небесных полей”. На древнюю книженция не похожа, написана той самой слоговой азбукой, даже чернилами немного пахнет, я понюхала. Примитивные сказки для детишек и верующих. Я не то и не другое. Я, как бы, агностик, считаю что если какая-то неведомая высшая сила и правда есть, то мы, прямоходящие обезьяны, про нее никогда не