Мелодия для завтра - Дмитрий Соловей

человек, то разумно закладывать небольшие автономные точки вдоль всей линии через каждые двадцать–двадцать пять километров. С поправкой на рельеф, получается цепочка из поселений общей протяжённостью около двухсот пятидесяти километров.

Этого как раз хватало, чтобы связать горный район с месторождениями руды и прибрежную зону. Живая цепь посёлков, протянутая от условных металлов к морю. И ведь это была только половина людей, доставленных на Ауру.

Увеличив участок карты в месте впадения реки в море, я принялся изучать рельеф подробнее. Местность оказалась на удивление удачной. Никаких болот, топей или регулярно затапливаемых низин. Широкая долина, покрытая лесами и зарослями местной растительности.

Если расчистить часть территории и подготовить почву, здесь вполне можно наладить сельское хозяйство. Конечно, сперва придётся проверить, как земные культуры отреагируют на местную среду, но для этого я и тащил с собой столько семян, удобрений и лабораторного оборудования. Два или три поселения вполне можно ориентировать исключительно на выращивание продовольствия. Пусть обеспечивают овощами и фруктами всю колонию, не всю же жизнь им из молекулярного принтера питаться.

После этого я вернулся к подсчётам. Если вдоль реки разместить десять поселений по сто человек, в долине три сотни, то от первоначального числа колонистов останется примерно семьсот человек. Хотя нет, немного меньше. Человек десять или пятнадцать я собирался оставить при себе. Не в качестве прислуги, а как технический и научный персонал для собственного поселения. В отличие от остальных переселенцев, я мог позволить себе жить практически где угодно. Припланетные катера решали вопрос расстояний.

Когда понадобится соль, металл или какие-то образцы для исследований, я спокойно преодолею тысячу километров за несколько часов.

Тут я вспомнил ещё об одной проблеме, которую до сих пор откладывал на потом. На транспортнике находились не только такие люди, как Мария или Михаил, ставшие жертвами системы. Среди двух тысяч пассажиров наверняка имелись и самые настоящие преступники. Их биографии я пока не изучал. Спасибо хотя бы транспортной нейросети — доступ к личным делам заключённых она мне оставила. Просто времени на чтение этих материалов до сих пор не нашлось.

Селить всех подряд вперемешку было бы неразумно. Да, я собирался дать людям второй шанс, но превращать первую колонию в социальный эксперимент не хотелось. Поэтому часть переселенцев, вызывающих вопросы, лучше разместить отдельно. Не в тюрьме, конечно. От тюрем человечество и так не избавилось даже через сотни лет развития. Но хотя бы в некотором удалении от остальных поселений.

Снова я продолжил внимательно изучать побережье и довольно быстро нашёл подходящее место. Небольшая лагуна была почти со всех сторон окружена горами. По земным меркам они не выглядели серьёзным препятствием — максимум восемьсот или девятьсот метров высотой. Однако для пешего перехода такой рельеф всё равно создавал естественную изоляцию. При этом рядом имелась пресная вода, выход к морю и достаточно ровный участок земли для строительства. Если мои опасения насчёт некоторых пассажиров оправдаются, то лучшего места для их размещения не придумать.

Остальных переселенцев я распределил вдоль побережья моря, которое решил назвать Семейным. Название пришло совершенно неожиданно. Просто в какой-то момент я понял, что река на карте всё ещё оставалась безымянной. Недолго думая, я присвоил ей имя Марии. После этого назвать море как-то иначе уже не получилось.

Глава 7

Начать строительство поселков колонизаторов я не мог по той простой причине, что всё оборудование, будущий завод, принтеры, картриджи и вообще практически всё необходимое находилось на корабле. Пора было выгружать имущество на планету. И для начала следовало выбрать место уже для себя любимого. Ну и для моих близких, конечно.

Интересовали меня прежде всего металлы. Чем больше, тем лучше. Всё остальное было вторично. Еду выращу, оборудование напечатаю, материалы доставлю. А вот без металлов любая колония быстро упрётся в потолок развития.

Поэтому дроны вновь отправились на разведку, а я засел за изучение личных дел будущих колонистов. Впрочем, про «засел» я немного преувеличил. Как же мне надоела невесомость! Пять лет сна организм перенёс отлично. А вот несколько дней бодрствования на орбите уже начинали выводить из себя.

Постоянно казалось, что внутри меня всё находится не на своих местах. Желудок словно плавал где-то под рёбрами, кишечник жил собственной жизнью, а кровь упорно не желала стекать в ноги. Из-за этого лицо выглядело слегка опухшим.

Особенно раздражали мелочи.

Например, желание сходить в туалет. На Земле или любой другой планете организм заранее предупреждает о подобных вещах. Здесь же жидкость распределялась по телу совершенно иначе. Почки работали исправно, мочевой пузырь наполнялся, но привычного ощущения почти не возникало. Приходилось следить за показаниями медицинского браслета и дисциплинированно посещать санитарный блок каждые час-полтора.

Какой угодно предмет, который я выпускал из рук, немедленно начинал уплывать в сторону. За последние сутки я трижды ловил планшет, который система вентиляции умудрилась утащить в соседний отсек.

Про планшет я вспомнил не случайно. Именно на нём хранились многие разработки Михаила. Не те программы, которые помогли мне угнать транспортник, а совершенно другие его проекты. Одно время Мишка всерьёз увлекался подбором идеальных пар. Помните, как он когда-то подобрал мне Марию, имея на руках лишь результаты тестов и данные из открытых баз?

Отчего же сам до сих пор оставался холостяком?

Это уже его личное дело. Возможно, свою роль сыграла семья. Возможно, работа. Сам Михаил уверял, что после моего удачного брака решил не рисковать и отложить поиски спутницы жизни до лет пятидесяти.

— Женюсь, когда сделаю первую серьёзную регенерацию организма, а пока погуляю на воле, — любил повторять он.

К тому же в нашем обществе семья давно перестала быть обязательной частью жизни. Подруги у Михаила появлялись регулярно. Правда, задерживались редко. Обычно через год отношения заканчивались. Причина была простой. Стоило Мишке увлечься очередной задачей, и весь остальной мир переставал для него существовать. Он мог сутками сидеть над программным кодом, забывая поесть, поспать и ответить на сообщения. Немногие готовы мириться с подобным отношением.

Тем не менее его программа работала на удивление хорошо. Поэтому именно её я и запустил первой. Если уж мне предстоит строить новую колонию, то почему бы не воспользоваться готовым инструментом? Пусть компьютерные мозги сначала выполнят черновую работу, а я потом внесу необходимые коррективы.

Система выдала результат и окончательно меня запутала.

Нейросеть, как обычно, мыслила процентами и вероятностями. Для каждого человека она рассчитала десятки показателей совместимости, психологической устойчивости, склонности к конфликтам, лидерских качеств, профессиональных навыков и ещё чёрт знает чего.

Три возрастные группы и практически идеальное распределение