Путь домой - Джон Демидов

Мне очень не хотелось тратить время на совершенно не нужные объяснения, и я попытался отделаться малой кровью:

— Она никуда не проникала… Я вас предупреждал о ней, так что какие могут быть ко мне вопросы?

— К тебе — никаких, но она… — начал было раздраженный Роман Григорьевич, но я его тут же перебил, пытаясь вернуть того здравого и уравновешенного руководителя, каким он был буквально вчера:

— Роман Григорьевич, у нас нет времени на эти разговоры. Где порталист? Мы должны уже быть за много километров отсюда.

Однако мой собеседник настолько панически боялся всего, что связано с Сиалой, что полностью проигнорировал голос разума в моем лице, и буквально прошипел:

— Сначала я хочу знать — какого хрена здесь делает…

Устало вздохнув, я не стал слушать что он там собирался узнать, а решил перейти к более радикальным методам, хоть и надеялся, что без этого обойдется…

В следующее мгновение я поднял руку, чтобы все понимали источник возникших проблем, а потом призвал тень крушителя, который сразу же появился и занял большую часть кабинета. Его здоровенные лапы упёрлись в пол, и я почувствовал, как вибрация от этого простого движения вибрация разошлась практически по всему зданию.

Охранники весьма впечатлились новым участником событий и настороженно попятились, а один из них вообще оказался настолько впечатлительным, что с круглыми от ужаса глазами, выпустил оружие из рук, а сам рухнул на пол, потеряв сознание.

Шани же, в отличии от бравых мужиков, даже не дрогнула. Она смотрела на крушителя с лёгким любопытством во взгляде, будто видела такие представления практически каждый день.

— Убери это, — прошептал Роман Григорьевич дрожащим голосом, на что я подождал еще несколько секунд, позволяя всем присутствующим прочувствовать мощь существа, которое с легкостью могло разнести этот кабинет в щепки одним движением, а потом отозвал своего «тяжа», что вызвало вздох облегчения у всех присутствующих.

Тем временем я совершенно спокойным голосом произнес:

— Роман Григорьевич, в ваших интересах не задавать мне глупые вопросы, а поскорее показать нам порталиста, который отправит нас в Калининград, чтобы мы постарались решить ваши проблемы. Поверьте, так будет лучше для всех.

В комнате сразу воцарилась тишина. Охранники переглядывались между собой, не решаясь сделать ни шага, а тот, что упал в обморок, начал приходить в себя, издавая слабые стоны, но никто не обращал на него внимания.

Роман Григорьевич посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, в котором отражалась борьба между страхом и желанием сохранить лицо, а потом он повернулся к одному из охранников и коротко сказал:

— Действуй.

В следующее мгновение тот, к кому он обратился, снял балаклаву, явив нам бледное, испуганное лицо, а потом поднял руки, и воздух перед ним тут же начал закручиваться в знакомую спираль портального перехода.

— Спасибо, — сказал я, когда проход стабилизировался, после чего взял Шани за руку и шагнул внутрь портала, который отправил нас на далекий берег Балтийского моря…

Переход был практически мгновенным. Просто доля мгновения, и мы уже стоим не на пушистом ковре Кремлевского кабинета, а на брусчатке мостовой в центре города, напротив торгового центра «Плаза».

Как только мы переместились — я сразу же почувствовал запах дыма и гари, что было совсем не характерно для этого города, который, к слову, оказался непривычно тихим… Слишком тихим для города с полумиллионным населением около десяти утра…

— Где мы? — спросила Шани, настороженно оглядываясь по сторонам, на что я ответил очень задумчивым голосом:

— Мы с тобой там, где все начиналось… И нам нужно сделать все, чтобы оно здесь же и не закончилось…

Глава 7

Я огляделся по сторонам, и констатировал, что Калининград за время моего отсутствия очень серьезно изменился. Нет, он не вымер — я видел несколько человек, которые торопливо пересекали площади, жались к стенам домов, и постоянно оглядывались по сторонам, словно в любой момент ожидали нападения. Если в последний мой выход в город в это время суток на улицах было многолюдно, сновали туристы, работали кафе, играла веселая музыка, то сейчас у меня складывалось стойкое ощущение, что все жители Калининграда одновременно получили негласный приказ: «Сидите дома. Не выходите. Улица — это смерть».

Торговый центр «Плаза», у которого нас выбросил портал, выглядел так, будто внутри несколько дней подряд бушевал очень мощный пожар, который никто даже не пытался потушить. Когда-то прозрачные, стеклянные стены теперь были чёрными от копоти, а кое-где и вовсе обрушились, открывая взгляду выгоревшие, пустые помещения, где угадывались лишь обгоревшие каркасы витрин и груды пепла на полу.

— Теперь я понимаю, почему ты такой странный, — сказала Шани с легким удивлением в голосе, где помимо этого слышалась уже привычная насмешка. — У вас просто весь мир такой! Это что же, ваша повседневная жизнь выглядит именно так?

— Нет, — ответил я, чувствуя, как внутри меня закипает неподдельная тревога. — Такая жизнь только в этом городе… И только сейчас.

Не смотря на настроение девушки — мне было совсем не до шуток. Дело в том, что я был неприятно поражён масштабом перемен, которые произошли за какие-то две недели, и обоснованно переживал за близких мне людей: за капитана Попова и его ребят, ради которых я сюда пришел.

— Идём, — сказал я, поворачиваясь в сторону моста, который вёл к Южному вокзалу, увлекая Шани за собой. — Нас ждут.

Пока мы двигались по пустынной улице в сторону моста, я старался особо не глазеть по сторонам, чтобы не видеть того, что стало с местами, которые я когда-то знал, а вот Шани, напротив, крутила головой во все стороны, с любопытством разглядывая высотные дома, которые казались ей чем-то невероятным — ведь в Сиале не было ничего подобного, и даже в самых богатых городах, которые она видела, дома редко поднимались выше трёх-четырёх этажей.

— Удивительно, — сказала она, когда мы проходили мимо очередного девятиэтажного здания. — Как вы строите такие высокие башни? Это магия? Или какая-то особенная технология?

— Технология, — коротко ответил я, даже не собираясь вдаваться в подробности. — И очень много бетона.

Тем временем мы с девушкой уже вышли на мост, и перед нами сразу же открылся весьма живописный вид на остров Канта и на Кафедральный собор, который, к счастью, до сих пор остался цел, хотя вокруг него было достаточно много следов недавних боёв: вывороченные скамейки, поваленные деревья и чёрные пятна от взрывов на земле.

Неожиданно до нашего слуха донеслись звуки какой-то потасовки, которая происходила на острове, прямо под нами, и