По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– А когда я познакомлюсь с твоей мамой? – поинтересовалась Варя.

– Вот завтра мы с тобой и поедем! Там всё готово для встречи.

И почему Варе померещилось, что он сказал это как-то не так, странно как-то…

Потом он вышел на балкон покурить, а Варя отправилась на кухню, чтобы вымыть посуду, и там, задумавшись об этой странности, случайно опрокинула банку с чаем! Да-да, Сашиным чаем! Банка упала, раскрылась, и всё её содержимое рассыпалось по кухне.

– Ой, он же рассыпался! – Варя так испугалась, что жених расстроится, что мигом сообразила, что ей делать – тщательно смела рассыпанное, собрала в пакет и засунула его поглубже за шкаф, а в банку насыпала сушёной ромашки и содержимое распоротых пакетиков с чаем, которые хранились у неё на кухне в самом дальнем ящике с незапамятных времён – кто-то их подарил.

Через несколько минут в кухне было всё в порядке, а Варя караулила закипающий чайник.

Возможно, Александр и понял бы, что заварка пахнет как-то иначе, но после выкуренной сигареты нюх работал слабовато, так что он ничего не заподозрил.

Утром у Вари отчаянно разболелась голова – так, что, если бы не поездка к маме Саши, она бы и не встала с кровати, но расстраивать любимого не хотелось, так что она изо всех сил скрывала своё состояние.

– Паспорт, паспорт возьми обязательно! – настойчиво напоминал Александр, пока не увидел, что она сунула документ в дорожную сумку.

Варя слабо запомнила дорогу – волновалась только о том, что может не понравиться маме Саши, но переживала она напрасно – после обеда они приехали в крошечную, милейшую деревушку, словно сошедшую с картинки – жизнерадостные жители приветствовали машину Саши, словно он был их родственником, даже кланялись вслед, на миг прерывая трудолюбивое вскапывание окрестных огородов, на поле прогуливались чистенькие, красивые коровы и козы, поодаль паслись овцы.

– Мамино хозяйство, – усмехнулся Саша, – А вот и моя мама с сестрой! – кивнул он на самый большой и безусловно красивый дом, стоящий ближе всех к лесу, на крыльце которого стояла дородная женщина и такая же девушка, ненамного старше Вари.

– Сашенька, ты привёз нашу Вареньку! – радушно воскликнула будущая свекровь, раскрывая объятия. – Какая она красивая, славная! – широко улыбалась она, глядя на невзрачную серо-бурую одежду и растерянную «невесту», которая, похоже, с некоторым трудом ориентировалась в пространстве.

Глава 62. Тёплый приём

Дом внутри был чудесен – уютный, напоминающий иллюстрацию журнала о классических интерьерах, с нежными цветами на занавесках и кипенно-белым тюлем, с коврами и мягкими диванами, которые так и манили на них присесть. Все деревянные поверхности были отполированы до блеска, а стены оклеены милейшими обоями.

Из кухни плыл дивный аромат, и Саша довольно потянул носом:

– Мам, чем-то вкусненьким пахнет!

– Да, я велела Соне запечь окорок и сделать пирог со сливками – всё, как ты любишь!

– Ммм, замечательно! – промурлыкал Саша. – Варя! Ва-ряяя! Что ты там застряла? Иди сюда! Да не нога за ногу, а побыстрее! Вечно ты копаешься, как… как я не знаю что!

Варя с недоумением подняла взгляд на Сашу – он никогда не говорил с ней так резко.

– Саш…

– Чё? Ай! Мам, ты что?

– Ты как с Варенькой разговариваешь, оболтус? – Раиса гневно фыркнула на сына, дала ему лёгкий подзатыльник, а сама подошла к опешившей Варе, взяла её под руку, погладила по плечу:

– Варенька, только не обижайтесь и не обращайте на него внимания – он, когда голодный, жутко злой! Вот прямо как крокодил, пока что-то не «ам», не успокоится! – рассмеялась она.

– Да я и не обижаюсь, – пролепетала Варя, голова которой уже разболелась так, что, кажется, вот-вот отвалиться была готова.

– Вот и умница, вот и молодец – пойдём, девочка, пойдём, милая. Бросим этого грубияна прямо тут!

– Нет-нет… Сашу бросать нельзя! – едва выговорила Варя.

– Да что с ним будет-то? – рассмеялась будущая золовка, подхватывая Варю с другой стороны. – Пошли-пошли.

Саша с каким-то недовольным выражением лица передёрнул плечами и пошёл за ними.

В кухне возилась какая-то бесцветная женщина в блёклом бежевом платье, такой же косынке и белоснежном переднике.