По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– Справедливо.

– Да, я так тоже думаю. Она над ними изгалялась несколько лет. И она, и дочурка. Вот теперь обе и отрабатывают.

– Так как это она с Ярритой откровенничать стала?

– Да лисица же с ней не обязана нежничать, так что пригрозила, что расскажет всё в подробностях, что знает, а знает она многое – Аури рассказывала, что зельеварка тётку при ней подпаивала чем-то вроде зелья правды.

– А Раиса не попыталась Ярриту односельчанам сдать?

– А как же, конечно, пыталась. Только та оборотилась при ней и прилично зубами пощёлкала.

– Креативно.

– Яррите терять было нечего, кроме того, пришла она ночью, а сама Раиса не в том положении, чтобы ей хоть кто-то из соседей верил и помогал. Короче, Раиса её теперь до обморока боится, и, когда Яррита приходит, а приходит она по ночам, всё рассказывает, что знает!

– Видимо, явление лисы было эффектным! – хмыкнул Соколовский.

– Думаю, что да, – ухмыльнулся Уртян, который как никто понимал, насколько опасными могут быть лисы.

– Так, а почему тогда Яррита не может узнать данные по этой несчастной невесте?

– Раиса в принципе мало что про неё знала – сын просто сказал, что девицу надо сделать полностью покорной, а ещё изолировать от её родных. Где невеста живёт, какими квартирами владеет, как их найти – он изначально и не рассказывал. Как я понял, Раиса и не выспрашивала, чтобы не насторожить сына – она-то хотела сама руки погреть – одну квартиру дочери, другую – себе, а третью, так уж и быть – сыну. В результате Раиса знает только один адрес – там, где сын жил с девушкой, да и то потому, что потом помогала сынку собирать вышвырнутые на площадку вещи. Там много всего было, вот он и позвал мать на помощь.

– Это когда же Яррита тебе всё рассказала? – удивился Филипп.

– Сразу, как добралась до Раисы и вытрясла из неё информацию – зельеварка же ко мне с докладами приходит время от времени. Но вначале она надеялась, что сможет сама найти какие-то следы несостоявшейся невесты – она даже пыталась в лесу что-то разведать, но, конечно, никаких следов давным-давно не осталось.

– А по адресу, откуда вещи были выкинуты, никаких следов девушки, конечно, нет?

– Само собой!

– Ладно, давай адрес, мои детективы пробьют, кому принадлежит квартира, да и так… порыскают, – велел Соколовский, которому вообще-то не было никакого дела до этой неизвестной девицы, но…

– Кто сам на себе приворот ощутил, никогда не пожелает этого кому-то другому. Да, её не совсем этим опоили, но, судя по всему, тоже гадость несусветная! – думал он, отдавая распоряжение детективам и запуская поиск пропавшей «невесты».

***

За несколько месяцев до того

Варя никогда в жизни не чувствовала себя так хорошо – она просто порхала по жизни, купаясь во внимании и любви Саши!

– Мам, он самый лучший, – рассказывала она матери по телефону. – Пап, ты даже не представляешь себе, какой он замечательный!

– Конечно, не представляю, – ворчал отец. – Ты же нас не знакомишь! Вот приедем мы из отпуска, и ты опять прятать его станешь!

Варвара бы и рада – ей казалось, что стоит только её родителям познакомиться с Сашей, они тут же поймут, насколько он прекрасен и как ей повезло, но…

Но Александр с самого начала почему-то не хотел знакомиться.

– Пока! Пока не хочу! – добавлял он. – Понимаешь, сейчас мне не хочется тебя с кем-то делить, слушать истории о том времени, когда меня с тобой не было. Это смешно, конечно, но, Кроличек, давай мы не будет торопиться. Поверь, всё будет, просто чуть позже!

«Кроличек» свято верила во все слова своего Сашеньки, и вот это его «всё будет» наполняло её уверенностью в том, что впереди их ждёт только счастье.

Правда, этому счастью всё время что-то мешало – то Варины знакомые, то её лучшая подруга, которой Александр почему-то яростно не нравился, потом – Варина одежда…

– Кроличек, ну зачем тебе эти скучные и нелепые люди? – лениво осведомлялся Александр, и Варвара никак не могла понять, как же она сама-то не увидела, не разглядела, что они действительно скучные и нелепые? – Ты же теперь не пойдёшь с ними?

– Нет-нет, конечно,