Хранители Тории: Город запретных желаний - Дарья Верескова

— выходя из здания метро, отправила я сообщение Оскару и дополнила его сердечком, прямо как в старые времена. Наш долгий разговор вчера и то, как он приготовил мне кофе с утра, напомнили о том, сколько хорошего всё-таки было в наших отношениях…

Я работала недалеко от станции Нэдзу, в пешей доступности от Университета Токио, национального музея и красивейшего пруда Синобадзу, но в последнее время не выбиралась туда даже на обед — жарко, да и времени вечно не хватает, мы работали даже в обеденный перерыв. Дорога до офиса заняла десять минут, но Оскар не прочитал моё сообщение и не ответил, хотя совершенно точно в это время был дома — их не заставляли приходить заранее.

Точно так же он не ответил до самого вечера, когда я вернулась домой.

После того, как мне официально вручили уведомление о сокращении.

Оскар был дома и вновь в зале, но в этот раз он работал, а не просто сидел в телефоне под шум телевизора. В его ушах виднелись маленькие наушники — именно поэтому он не слышал, как я вошла. Прислонившись к косяку двери, я наблюдала за тем, как он быстро что-то печатает, часто кликает мышкой, а потом откликается на вибрацию и свет экрана телефона.

И с улыбкой отвечает.

Писала ли ему кто-то из его женщин?

Впервые в жизни мне захотелось заглянуть в телефон любимого человека, и я одёрнула себя, вновь чувствуя просыпающуюся ненависть… к себе. Никогда не думала, что опущусь до таких мыслей. Всегда считала это полнейшей глупостью — если в отношениях есть доверие, то и проблем не будет.

У нас с Оскаром оно было. Он и не скрывал, что спит с другими. Но почему-то даже сильнее этого меня ранило его равнодушие.

Как же низко опустилась моя планка…

Душ, быстрая еда и сон — всё, чего я сейчас хотела.

— Ну, как прошло на работе? — он заметил меня, только когда я решилась что-то приготовить, и вытащил наушники из ушей. — Ты рано.

— Меня сократили, — голос звучал… почти спокойно.

Но в горле собирался комок. Он был первым, кому я рассказала, моим самым близким человеком.

— Что?! — он даже привстал, со скрипом отодвигая стул. Этот звук отозвался во мне головной болью, и я поморщилась. — Что значит — сократили?

— Плановое сокращение, как и везде. В «Вертексе» тоже уволили тысячу людей месяц назад. Начальник Сато давно составил лист, и раз моя зарплата выше остальных, её легче убрать — так он мне это объяснил. Сказали, что если бы моя модель со вчерашнего дня оказалась готова, я бы сохранила место, но тот клиент ушёл к конкуренту.

Говорила я почти без эмоций, у меня был целый день, чтобы принять это. Мне даже щедро дали четыре недели, чтобы найти что-то новое.

— Это брехня! — Оскар выглядел так, будто готов был взорваться от злости. Я редко видела его настолько эмоциональным. — Они сделали это потому, что ты пошла на то собеседование с Коджи. Ты спросила их, почему сокращают тебя, а не его?

— И как бы я это сделала? Когда Коджи не произнёс ни слова? Когда никто не упрекал меня в поисках другой работы? Наоборот, повторяли эту их чушь из отдела кадров, как тяжело им далось это решение, что прибыль падает, что решение было подписано советом директоров. Даже дали месяц на поиски. И да, выплатили неустойку.

— Как же не вовремя… — Оскар сжал виски. — Но ты же всё ещё поедешь с нами в Хакубу?

Как он себе это представляет?!

— Моя мама в больнице, — сглотнув, произнесла я. — Я потеряла работу и не знаю, сколько времени уйдёт на поиски новой.

— Ты сможешь найти её быстро. Просто рассылай резюме каждый день, подайся на сотни вакансий, рано или поздно кто-то откликнется. Твоей неустойки хватит на три месяца.

Не то… Это всё совсем не то.

Мне просто хотелось поддержки — возможности расплакаться, быть слабой, знать, что я не пропаду. Но сейчас, находясь рядом с Оскаром, я чувствовала лишь давление и ещё большую тревогу за будущее. Интересно, как бы вообще выглядела наша семья?

— Я напишу для тебя план действий…

— Не сегодня. Я просто хочу побыть одна, — когда я сказала это, он сразу вскинул руки, будто показывая, что всего лишь пытался помочь, и на его лице промелькнула обида.

Диван прогнулся под моим весом, но телевизор включать не стала. Оскар продолжал работать, более не отвлекаясь на телефон, я же, наоборот, подняла свой. Рассказывать о сложившейся ситуации кому-либо не хотелось, но сердце отчаянно желало поддержки.

Может, я просто старею. Хочу семьи, близости.

«Меня сократили, девочки», — написала я в групповой чат.

Зачем-то закрыла его и открыла переписку с Оскаром, где на моём утреннем сообщении «Всё, я вхожу. Пожелай мне удачи» теперь стояли две галочки — он открыл его уже после того, как я вернулась домой.

Телефон зажужжал — на моё признание пришли ответы.

Шокированные эмодзи ото всех, а следом вопрос «ты серьёзно?». Канна прислала серию сообщений, выспрашивая, дадут ли мне четыре недели или уволили в один день, какой у меня план, и главное…

«Как ты?» — от Акеми, Канны и Саори.

Именно эти слова я мечтала услышать весь день от Оскара, да и от кого угодно, если честно.

«Не знаю. Буду искать новую работу, конечно. Если знаете кого-нибудь, кто нанимает — дайте знать. А пока буду беречь деньги, у остальных на поиски уходит где-то по полгода. Ещё и зарплату обычно находят ниже».

«Это всё ИИ», — тут же отозвалась Канна.

«Это не ИИ, экономика в рецессии, просто на ИИ всё сваливают», — встряла Акеми, действительно работающая в сфере технологий и, в отличие от остальных, разбирающаяся в вопросе.

«Ой, девочки, хватит про ИИ, как всегда. Смотрите, какой мне букет подарил сегодня хирург. Мы с ним идём в Токио Тораномон, у нас забронировано место с видом на Токийскую башню».

Фотографии и букета, и красивого заведения прилагались, и мне почему-то показалось, что мы с Наоми живём на разных планетах. Видимо, их «конфликт» с варёной морковью всё-таки разрешился? Я поставила сердечко — на большее сил не хватило.

— Ты расскажешь им? — Оскар подошёл ко мне как раз тогда, когда я открыла профессиональную сеть и, видимо из вредности, принялась искать тех, с кем проводила собеседование в правительственном квартале в Адзабу.

В принципе, если кто-то из них подпишет новый контракт, значит, на их прежних местах освободится вакансия.

Логично? Логично!

— Кому?

— Аяно и Риоте?