Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

Вот пускай продолжают ставить шлагбаум, красить бордюры и прибираться на территории КПП. Не знаю насчёт безопасности, а уборщики из них вроде неплохие. Петрович, по крайней мере, выглядел довольным, когда мы выезжали с территории.

— Если я покажусь в доме у Рыжова, — пробурчал Аскольд, — то могу оттуда выйти далеко не свободным человеком.

— А тебе есть за что быть несвободным человеком? — серьёзно спросил я его. — Помимо прошлого.

Аскольд заглянул мне в глаза, несколько секунд раздумывал над ответом, потом пожал плечами и отвернулся.

— Ничего, что можно было бы доказать.

— Ну так, может, мне тебя прямиком не к Рыжову, а в отдел отвезти? — разозлился я.

Не хотелось помогать бандиту. Если б не Антон, разговор с графом Свиридовым у меня был бы короткий.

— Я с сыном хочу помириться, Серёга, — искренне произнёс Аскольд.

В его голосе звучали боль, надежда и даже лёгкое отчаяние. Думаю, он и явился в полном вооружении на территорию академии только из-за этого самого отчаяния. Особенно если учитывать, что он знал — я нахожусь в академии и спуску не дам.

— Что случилось? — спросил я.

— В смысле? — нахмурился Аскольд.

— Ты поменял охрану. Вдруг решил вернуть Антона, хотя до этого он, напомню, не прошёл ваш обряд инициации.

— Прошёл он всё, — буркнул Аскольд. — Точнее, прошёл бы. Просто он упёртый, вредный, хмурый, — Аскольд задумчиво улыбнулся. — Он прямо как я. Отказываться от своего не собирается, а это я уважаю. Вот и я…

Аскольд нахмурился, стиснул зубы, заиграл желваками. Видно было, как ему тяжело даётся откровенный разговор. Наверное, он больше привык запутывать следствие или фильтровать базар, чтобы свои же дружки очередную войнушку не объявили. А тут…

— Короче, рискнул я, Серёга! — выдохнул Аскольд. — Я ведь глава рода, но сам знаешь, у нас род тесно связан с братками. Надоело мне всё это. Я хочу дела на чистую вывести, в легальное поле. Налоги там, шмалоги, вот это вот. Понимаешь?

— Угу, — кивнул я. — Верю.

— Не веришь, значит, — угадал мой тон Аскольд. — Я ведь правду говорю. Рыжову, кстати, тоже говорил. Он мне тоже не поверил. И совет рода не верит. Ну, точнее, они не верят в мою идею. Привыкли цепляться за прошлые связи, боятся нынешних друзей, которые очень быстро станут нашими врагами. Короче, не мог я Тоху официально признать. Приходилось балансировать между интересами рода и своими собственными хотелками. К тому же у меня есть и другие дети помимо Антона. И их матери — те ещё змеи, умеют капать на мозги!

— Так что же изменилось? — спросил я.

Надо переводить разговор к сути, а то он мне всю свою Санта-Барбару поведает. А я и сериал-то не смотрел, так что мне это на фиг не надо.

— Что изменилось… — задумчиво протянул Аскольд. Затем он вдруг усмехнулся, повернулся ко мне и с искорками во взгляде поделился: — Антон изменился! Хрен знает, что ты с ним сделал, но он бросил мне вызов. В открытую! А потом ещё и на хрен послал, засранец мелкий, хех. И в сообщениях, и в лицо. Чтобы бастард так нагло вёл себя с главой рода, а! Немыслимо! Вот я и подумал, если мой сын такой храбрый и смелый…

— И наглый, — добавил я.

— И наглый, да, — кивнул Аскольд. — Так чего же я сиськи мну? Пора действовать!

Я притормозил, повернул руль и остановил фургон напротив ворот.

— Ну, приехали, — хмыкнул я. — Вот сейчас и будешь действовать.

Провернул ключи зажигания и заглушил мотор. Затем раздался тихий протяжный вздох Аскольда. Взволнованный, как я понимаю.

— Никак не могу привыкнуть, что полковник Рыжов живёт в такой халупе, — поделился он.

Действительно, поместье Рыжовых не оправдывало своё название. Да и не было это никаким поместьем. Просто небольшой коттедж.

Двухэтажный домик на довольно просторном участке с высоким забором. Конечно, и халупой его тоже не назовёшь, но, скажем так, аристократы привыкли к несколько другим условиям. Даже обедневшие, они очень редко теряли свои родовые поместья — как правило, большие особняки. Даже если большую их часть обслуживать они были не в состоянии и потому закрывали на консервацию.

У Рыжова тоже был такой особняк, но полковник предпочитал жить здесь.

Мы вышли и встали возле калитки. Я нажал на звонок.

— Сергей Викторович? — раздался голос Руслана из динамика. — Добрый день…

— Здравствуйте, господин Рыжов, — поприветствовал я. — Да, вы правы. Но я не один, — и подтолкнул под камеру Аскольда.

Затем из динамиков раздалось… молчание. А граф Свиридов будто буравил взглядом линзу видеокамеры. Не знаю, играли ли они во что-то, может быть, в гляделки. Но если так, то видно, победил Свиридов. Потому что вскоре замок щёлкнул, и калитка отворилась. За ней перед нами предстал…

— Ну привет, полковник, — хмуро пробурчал Аскольд.

— И тебе не хворать — ХРУМС! — задумчиво произнёс Рыжов, хрумкнув морковкой.

Он стоял в шлёпанцах на босу ногу, в садовых широких бриджах и в свободной рубахе. Да к тому же — ХРУМС! — жевал морковку.

От аристократа его отличало, ну, пожалуй… всё?

— Проходите, коль пришли, — вздохнул Рыжов и отступил, пропуская нас вперёд.

Мы вошли в уютное подворье. Слева раскинулись огороды и теплицы со всяким разным садово-огородным. Справа — ровный газончик, лужайки с качелями. И бассейн, вырытый в земле недалеко от — опа! — от баньки! Я опытным взглядом оценил, что от баньки к бассейну идёт прямая натоптанная дорожка.

На террасе двухэтажного дома нас уже ожидала Антонина Михайловна. Она вольготно расположилась на кресле-качалке и наслаждалась каким-то коктейлем из трубочки.

— Ой, Сергей Викторович! — подскочила она с места. — Рада вас… — тут она заметила Аскольда. — Рада вас видеть, — закончила она уже более сдержанно. — Обоих, конечно же. Здравствуйте, Аскольд Леонидович.

— Здравствуйте, — почтительно кивнул Свиридов.

— А у вас прям лето на дворе! — улыбнулся я Рыжовым. — Огурчики, капуста, укропчик… Морковка.

ХРУМС!

— Магия, — пожал плечами Руслан. — И я люблю свежие овощи со своего огорода.

Для переговоров мы собрались в беседке. Я с Аскольдом по одну сторону стола, а Антонина с Русланом по другую. Начало разговора