Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

сидели на корме у самого транца, и душегубка красиво задрала переднюю часть корпуса над частой гофрой водной поверхности. Следующие гости пожаловали, уже ясно, что стрелять эти не будут.

Буду разговаривать. Работа у меня такая.

Глава 11

Северный завоз

РДО «ПДП Дудинка» — «Каравану»:

Производственно-диспетчерский пункт подтверждает накопление необходимого вам количества каменного угля категории СС Каейрканского месторождения КУР-2, как и готовность к его погрузке. Дизельное топливо марки А в наличии, как производства Дудинского НПЗ, так и газоконденсатного, для аккумулирования потребного количества бензина марок АИ-82 и АИ-95 потребуется ещё два дня. Доставка груза мороженого мяса ДСО, нельмы и чира к грузовым причалам порта не осуществлялась для предотвращения возможного дефростирования продукции, и будет произведена оперативно для скорейшего помещения в рефрижераторы каравана.

Выделение двадцати ящиков винтовочных патронов калибра 7,62х54R в ассортименте подтверждаю. Согласно вашей вчерашней заявке собраны комплекты радиосвязи на базе трансиверов Yaesu FT-2000D — 1 шт., Yaesu FT DX-1200 — 2 шт., Kenwood TS-2000 — 2 шт. с сопутствующим оборудованием и наборами антенн.

К сожалению, вопрос лоцманской проводки от Игарки пока не решён ввиду острой нехватки кадрового состава вольных рейдеров, принимаем срочные меры по решению, в Потапово встретим обязательно. Подпись. Начальник производственно-диспетчерского пункта Звягин.

Обед был в самом разгаре.

Майя уже торжественно внесла пельмени, ребята вовсю сгребали их на тарелки, а я всё сидел с зажатой в руке вертикально вилкой и смотрел в иллюминатор кают-компании, следя за приближающимся к дебаркадеру маленьким буксиром РБИ ярко-красного цвета, который упрямо бодал носом волну, увозя странноватого старосту Туруханска и двух непутёвых нарушителей спокойствия.

У дебаркадера почему-то никого не швартовался, а на фалинях и вынесенных якорях стояли два баркаса и разъездной катер. На берегу в ожидании начальства стоял белый «Рейнджровер», рядом с ним на гальке распласталось камуфляжной расцветки судно на воздушной подушке. Над крутым обрывом виднелось узнаваемое низкое здание, принадлежащее Туруханскому Свято-Троицкому мужскому монастырю, самой северной православной обители — сохранившийся с XVIII века соборный храм с северным приделом. Большая часть монастырской территории — пустырь, лишь с западной стороны растут деревья, посаженные монахами. Правее, на небольшом причале замерла грузовая машина, работал судовой кран небольшого сухогруза, суетились трое. Наверняка, сухогруз пойдёт в Туру. Что же, здесь есть жизнь. Вдали простиралось бесконечное море тайги с характерным для этих мест редколесьем...

Пельмени, надо сказать, правильные.

Размером — ещё немного, и в рот уже с натягом. А вот такие после надкуса сразу во рту оставляют весь сок. Его, сока много, свинина с лосятиной. Питание в экспедиции качественное, никакого сушняка, всё из свежих продуктов, с пылу, с жару, основанное на всём многообразии великой русской кухни от книги Молоховец до последних веяний. Качество отчасти подкрепляется конкуренцией. Мне, как человеку, не обременённому солидарностью конкретной судовой роли, позволительно обедать хоть здесь, на «Аверсе» у Кофмана, хоть на «Провокаторе», где на камбузе при помощи кухрабочей Глебовой совершенно волшебно стряпает несравненная Элеонора Викторовна, жена шкипера Петлякова. Сами женщины всегда едят у себя дома.

— Товарищ начальник экспедиции, да кушайте вы уже! — проворковала она и, бросив взгляд на огромную тарелку, с которой Мозолевский стягивал предпоследние, добавила: — Новые закипают, сейчас принесу!

Я, взяв бинокль, опять повернулся было к иллюминатору, но девушка, остановившись у дверей, неожиданно обернулась и выдала:

— Папа вообще вчера сказал, что вам по должности положено спецпитание, отдельное время приёма пищи и серебряные приборы!

Крякнув, я неодобрительно посмотрел на капитана «Аверса», на капитана «Аверса», который, совершенно не отвлекаясь на размышления о кошерности, метал пельмени с отменным прилежанием. Уверяет, что в дальней экспедиции можно.

— Майя, — нехотя оторвался от тарелки Кофман. Сок последнего пельменя поплыл я края губы по бороде. — Я ж шутковал!

— Конечно, шутковал, — иронично согласился голосок-флейта. — А ещё сказал, что товарища начальника экспедиции положено свежей осетриной кормить, с хреном. Осетрина-то, она ведь похлеще «Виагры» будет, каждый на реке знает. Потому и запрещали власти холопам её добывать да кушать, не дай Бог, ещё порасплодятся, как мухи…

— Майя! Какая «Виагра»? — второй раз окликнул дочь капитан, уже жёстче. — Что это за разговоры такие фривольные?

— Ах да! — словно опомнилась колкая чертовка, легонько хлопая себя по лбу, — мне же мультфильмы про смешариков пора смотреть! И рукоделье.

Двери закрылись, мужики загыгыкали.

— Хорошо, что твоя Екатерина не слышит, — заметил Мозолевский.

— Убила бы меня, — поддакнул я.

На длинной деревянной лестнице, по которой пассажиры поднимались от дебаркадера к посёлку, прямо посередине стоял какой-то дед, разглядывающий нас в бинокль. Над ним на заборе красовалось кривое граффити, выгоревшее, полустёртое.

— Как вернёмся в Подтёсово, так сразу жениха буду ей искать, хватит уже мне мучиться! — громогласно решил Кофман, решительно потянувшись за полотенцем. Сегодня он был не в крошечной кипе, а в шикарном стетсоне с золотистой кокардой из двух скрещённых винчестеров.— А где пельмени?

— Совесть имей! — возмутился я, — съел ты уже свои пельмени.

— А ты не спи. Будто буксира РБТ не видел.

Караван ещё не проснулся после ночной якорной стоянки возле Туруханска. Регламент давно отработан: стоим все вместе, борт к борту, не растягиваясь, так легче нести парные вахты. Суда встали рядом, не подходя к самому дебаркадеру, и так судовой ход сложный, кривой, составу придётся разворачиваться, а высадка не планировалась… Была и ещё одна причина, возникшая после первого раунда переговоров, из-за которой решил не швартоваться у берега.

И правильно сделал, как выяснилось утром.

Нижняя Тунгуска. Троицкая Тунгуска, Мангазейская Тунгуска, а с подачи писателя Шишкова, который участвовал в составлении первой лоции Нижней Тунгуски, ещё и Угрюм-река.

Суда прибыли к её устью с опозданием на одни сутки против расчётного графика. Енисей-Батюшка с каждым десятком километров подхода к Туруханску становился всё шире и шире, домишек по берегам встречалось всё меньше, и каравану приходилось проплывать по несколько часов, прежде чем встретить на берегах хоть какую-нибудь текущую жизнь или признаки былой. Зато уже чувствовалось, что мы движемся на север — начались белые ночи. В полночь солнце, хоть и уходило за горизонт, заставляя небо играть яркими красками, но и тогда его лучей было достаточно, чтобы небосклон достаточно долго оставался светлым. Не успеешь оглянуться, стоя на вахте, как закат плавно переходит в рассвет, и светило снова поднимается на западе, здравствуй, новый день…

Это ещё что,