Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

И все наши взгляды устремились на группу стражей, которые волокли сопротивляющихся торов. Стирг ругался и пытался вырваться, Хрюм же молчал, но попытки вырваться, кажется, у него были яростней и отчаянней, чем у бывшего главаря, на несколько секунд мы встретились с ним взглядом, и я вздрогнула от того ужаса, что плясал в его глазах. 

Я растерялась. Ненависть к нему смешалась с жалостью, и мне вдруг показалось, что нельзя так поступать с живым существом, пока тихий вздох не раздался рядом. Это был Тай. Побледневший, напряженный как струна. В его сердце не было злорадства, в нем царил страх. Страх, что Хрюм вырвется, что он вновь придет к нему, вновь будет пить его энергию. И жалость к Хрюму ушла. Ушла бесследно. Без сожалений и откликов на цивилизацию и моральность.

Злости не было. Было только ожидание. Ожидание решения Владыки по поводу судьбы тех, кто был обозначен моими врагами. Я легонько коснулась плеча младшего брата и предложила доесть остатки каши, тот покачал головой, а вот Вал, наоборот, вырвал у меня котелок и с упоением начал доедать, тихо комментируя, как бы он расправился с Хрюмом и Стиргом. Отрывание конечностей и наматывание их внутренностей на ближайшие деревья, кажется, были самыми безобидными предложениями. Я скривилась и тут же увидела такое же выражение у Тая, мы переглянулись и Тай подмигнул.

-Иногда брат очень увлекается в кровожадности, -пояснил он, Вал спохватился, оглядел нас, что-то для себя решил и высказал:

-Ну бошки бы я им точно поотрывал, – и недовольно сопя, отвернулся к пленным. 

Тех уже поставили на колени перед поднявшимся на ноги Владыкой. Тот подошел к ним, коснулся лба Стирга пальцами, словно что-то стирая, и щелкнул этими пальцами. Несколько искорок сорвалось с рук, и словно спутники завертелись вокруг пальцев. Сначала ярко-красные, они с каждым оборотом темнели и потом рассыпались черным пеплом. Стирг замолчал. Кажется, не только он, но и все жители лагеря замерли на своих местах, смотря как дракон подходит к Хрюму и повторяет процедуру. У помощника главаря красных искорок было только несколько, а все остальные сразу были изначально черными и даже, не успев сделать и оборота вокруг пальцев, рассыпались, красные потемнели тоже очень быстро.

Как только рассыпалась последняя, торк дико взревел, одновременно бросаясь на Владыку, но едва коснувшись его, был тут же охвачен ярким пламенем. Оно было белым с разноцветными сполохами, которые опутали торка и просто расщепили его в пыль. Ни крови, ни запаха, ни пепла. Через остаточную связь с Мирхом я поняла, что дракон сжег того своим магическим огнем. Несколько секунд и огромного торка не стало. Я поразилась той печали, что испытал Мирх. Это был один из его жителей. И смерть для него в любом варианте была печальным исходом. Мной же овладели странные чувства. И радость, и удовлетворение. И спокойствие. Теперь мой брат может спать спокойно.

-Стирга будут убивать медленно, - вдруг обронил Вал – среди его жертв были дети, и дракон перед смертью даст ему испытать все то, что испытывали они в его руках.

-Я бы тоже хотела, чтоб он это пережил, - заметила я.

-А смысл, - вдруг спросил Тай, – после этого он умрет, как и те дети. Так к чему эти муки?

-К тому, что, когда кто-нибудь еще вздумает поступить также, он поймет, что просто сдохнуть в своей постели ему никто не позволит. –мрачно перебил брата, подошедший с сыном мастер Мьюрем. 

Дальше он на эту тему говорить ничего не стал, уточнил поели ли мы и, получив утвердительный ответ, нашел нам всем работу. Братьев отправил на помощь в разборе схронов, так как в большинстве они знали, что там находится, и могли составлять опись и перетаскивать вещи, а меня отправили на кухню. Так как я девочка и тяжести мне таскать нечего.

Угу, тяжести мне таскать нечего, а гору тарелок и котелков таскать, значит, нормально? Так как первым заданием повара было пройтись по всему лагерю и собрать грязную посуду. Кухня представляла собой небольшую палатку, в которой хранились припасы, стол под открытым небом и огромный котел, в котором уже что-то готовилось явно на обед. Под котлом, вальяжно раскинувшись, лежал огромный огненный кот, который внимательно следил за своим союзником, и тот время от времени со смешком подкидывал кошаку пару поленьев, которые кот ловил и, разодрав когтями в щепки, быстро их поджигал. Кот, как и подопечный мастера Мьюрема, был элементалем и привлек к себе мое внимание. Особенно его место нахождения. Оказалось, он регулировал жар от костра, который поступал к котлу, и не давал пищи пригореть. Долго мне разглядывать элементаля не дали и вот уже через пару минут, прихватив еще неимоверное количество котелков поменьше и тарелок, меня отправили к речке заняться мытьем посуды. По довольным ухмылкам дежурящих на кухне стражей я поняла, что мне досталась самая нелюбимая их работа. Ну и что, я вот дома любила мыть посуду. Тем более с водой мы были союзниками. Самая сложность была дотащить все так, чтоб не рассыпалось и не потерялось по дороге. Но с помощью Мирха, который меня предупреждал о потери ложки или тарелки, я все же добралась до речки, и там началось мое веселье.

Да-да, именно веселье. Что и говорить, посуда была грязная. И котелки были все в гари и потеках, некоторые тарелки вообще неделю не мылись и, сделав при помощи воды огромный шар, я запихнула туда всю посуду, добавила песка со дна речки и запустила такую своеобразную посудомоечную машинку.  Все веселье состояло в том, что время от времени какой-нибудь котелок, тарелка или ложка пытались сбежать, и мне приходилось их ловить и закидывать обратно. Вдобавок, я озадачилась тем, что тащить обратно все это мне вот вообще не хочется, и Мирх предложил обратиться за помощью к земле. Я обратилась, впрочем, не рассчитывая на многое, но каково же было мое удивление и потрясение, когда из леса, передвигая корнями как змея, выползло небольшое деревце. Это был лесовик. Дух леса, который ответил на зов земли и приполз мне помочь. Прополоскав от остатков песка посуду, я с огромным удовольствием развешивала котелки на ветви лесовика и складывала в них ложки и тарелки, и сам лесовик предлагал мне тот или иной сук для очередного котелка и был,