Технарь - Константин Николаевич Муравьев

нашем присутствии и о том, что мы были тут, и так рано или поздно станет известии, так что устроенное мною происшествие не сыграет особой роли. Но зато это даст нам необходимое время, чтобы совершить разгон, и у нас появится шанс, чтобы уйти из этого сектора в слепой прыжок.

— А почему слепой? — удивился Гаал.

— Он самый быстрый, — пожав плечами, ответил я, — и по нему нас не смогут отследить.

— Понятно, — кивнул троглодит и сказал: — Ну тогда давай действовать. Тем более, как я понимаю, это лишь вариант развития на самый крайний случай.

Я усмехнулся.

— Мой опыт подсказывает, что это именно то, что и случится, как раз поэтому вы сейчас здесь. Я доверяю своей интуиции.

Троглодит кивнул. Я подошел к их погрузчику и выбрал один из бластеров.

— Входим по одному и сразу запираем за собою дверь. За пределы склада ничего не должно попасть или вырваться.

— Что? — удивленно взглянул на меня Гаал. — Так там может бы что-то живое?

— Мне это не известно, — ответил я, — это лишь мера предосторожности, как и все прочее.

Троглодит подозрительно посмотрел на меня.

— Да, — решил я все-таки сказать то, о чем предположил, направляясь сюда, — там может быть очень необычная форма жизни. Я что-то подобное встречал однажды. Но я в этом не уверен.

Вот теперь Гаал поглядел на меня уже более спокойно.

— Хорошо, мы готовы, — и весь отряд выстроился за мной.

— О’кей, — кивнул я и разблокировал двери.

Один из троглодитов распахнул ее и мы быстро по очереди заскочили в находившееся перед нами помещение. Как только последний троглодит оказался внутри, мы закрыли двери и я заблокировал ее обратно.

— И чего нам ожидать? — спросил у меня кто-то из парней.

— Пока не знаю, — честно ответил я и сделал несколько шагов вперед.

Фон, тот самый фон. Эмоции, сильнейшие эмоции окружали меня. Нейтральные, отголосок которых я почувствовал в тех самых дроидах, встреченных мною впервые. Теперь я понял, что то был лишь остаточный след, слабое подобие того фона, что я почувствовал сейчас. Но это было еще не все. К этому нейтральному эмоциональному посылу примешивалось и еще что-то.

Сильнейший фон боли, злости и жажды смерти, убийства, уничтожения. И он сильно выделялся неравномерной эмоциональной составляющей всего остального, что я чувствовал тут. Шел он сразу из нескольких мест.

"Три", — определил я примерное направление.

И передал по нейросети:

"Контролируйте первого, четвертого и восьмого дроидов, если считать с нашей стороны".

Троглодиты кивнули мне в ответ и споро распределили между собой цели. Я же стал ожидать нападения. Теперь было понятно, что это оборудование приобрело какое-то подобие псевдо жизни. Но это существование служило только одной цели — оно должно было убивать и уничтожать.

"Как я их мог спутать с кораблями сполотов, не знаю, — поразился я. — Это нечто иное".

И вгляделся в ближайшего дроида. Если бы я был верующим, то решил бы, что все эти дроиды одержимы демонами. Только вот одним достались какие-то сонные мухи, а другим — машины для убийства. И три из них сейчас находились тут. Теперь я понял, что это за адаптация. На этом концентрированном фоне было особенно хорошо заметно, насколько он быстро растворяется в обычном пространстве. И если это оборудование простоит тут день или два, то от его одержимости не останется и следа. Но вот сейчас оно практически на самом пике своей концентрации.

"Нам не уйти, — передал я по нейросети, — нас не отпустят. Они чего-то ждут, но предлагаю не дожидаться того же, а ударить первыми". - и обозначил цели.

Не знаю, почему эта смерть, вселившаяся в дроидов, сразу не напала на нас, но искать ответа на этот вопрос мне не хотелось. Если его смог уничтожить истребитель, то это сможем сделать и мы, хоть и не так быстро.

"Огонь, цель один", — передал я и первым выстрелил в систему управления замершего и казавшегося отключенным дроида. И как только мы прозвучал первый выстрел, окружающая нас обстановка изменилась. Теперь я знал, чего ждали эти машины. Нас окружала какая-то непонятная сеть, сплетенная из деталей одного из разбитых дроидов, того, что должен был быть уничтоженным. Видимо его не оставили в космосе, а собрали и доставили сюда. Слабый эмоциональный фон по сравнении со всем остальными прекрасно маскировал его, и именно поэтому я не заметил этого ползущего гада, теперь летящего в нашу сторону со скоростью неплохого снаряда.

— Держите их, я разберусь с ловушкой! — быстро крикнул я, разворачиваясь и открывая беглую стрельбу. Нужно было сжечь связки, в которых я теперь отчетливо чувствовал хоть и слабое, но явно присутствующее там ощущение жизни… вернее, смерти.

Выстрел. Два.

Сеть разваливается на ходу, но все еще несется в мою сторону. Четыре. Парням ничего не угрожает, но ко мне летит последний участок. Выстрел. Еще и еще. Когда сетка уже практически достигла меня, последний выстрел делаю в упор, направив дуло бластера на летящее необычное переплетение деталей. Оно разлетается.

— Черт, очень жжет. — непроизвольно потрогал рассеченную щеку. На руке кровь. Несколько деталей все-таки достали до меня, но это так, инерция, к тому моменту я сжег все основные участки, в которых чувствовал хоть какие-то эмоции, и понятно, выбивать нужно именно те участки, в которых я ощущаю хоть какое-то присутствие этой странной жизни. Я быстро разворачиваюсь в сторону отстреливающихся парней.

— Ну ни черта себе, — пораженно смотрю я.

И как это я посчитал этих дроидов совершенно безопасными, даже не знаю. Были ли они такими изначально, или приобрели они такое свойство подвергшись этому непонятному воздействию, но теперь дроиды могли менять свою форму и создавать, вернее, формировать из нее любые связанные с ними предметы. Гаал уже был рамен в руку, его помощник лежал у стены с окровавленной грудью, остальные были пока целы, но это лишь потому, что они вовремя успели отскочить за какой-то ящик, не позволяя дроидам приблизиться к себе.

"Хорошо, что вы так скучковались", — и я начал комментировать.

— Первый. Правый верхний угол и середина туловища. — И сам, собственным примером показал, что необходимо делать. Выстрел, а потом второй. Троглодиты сразу догадались, о чем я сейчас говорю, и тоже открыли огонь по тому дроиду, которого я выбрал первой целью.

— Добить по вашей стороне нижней ходовой платформы, мне ее не видно. Бейте ближе к левому краю.

Дроид обычной болванкой падает вниз. Зато два вторых обращают на меня внимание.

— Второй. Верхняя задняя полусфера. — Это была единственная видимая им часть.

Я же выстрелил по тем зонам, что