Технарь - Константин Николаевич Муравьев

ложь он не походил. Как это ни странно, но эмоциональный фон от этого существа шел вполне обычный и достаточно четко распознаваемый мною. Ладно, со смертью пока разобрались.

— А в чем тебе тогда нужна помощь? — спросил я у медузы. — Хоть ты и уверена, что я не смогу ее тебе оказать. Но все-же? — и опять длительное молчание и ответ, поставивший меня в тупик.

"Мне нужно, чтобы кто-то помог мне прекратить свое существование".

Я несколько обескуражено переспросил.

— Так ты хочешь, чтобы тебе помогли умереть?

"Да, — пришел короткий ответ, — в вашем понимании со мной произойдет именно это".

— Но как? — удивленно переспросил у нее я. — Ты же только что утверждала, что тебя невозможно уничтожить на физическом уровне и это происходит несколько иным способом.

"Так это и есть. Наше тело бессмертно. Но любой разум или сознание не могут существовать бесконечно долго. И наша смерть сопряжена с разрушением нашего сознания. Но напрямую приказать своему сознанию перестать существовать я теперь не могу, как было бы сделано в любое другое время. Тот, кто схватил меня, наложил на меня печать вечного подчинения".

— А это еще что? — не понял я.

Такие понятия мне были совершенно не знакомы, хоть общий их смысл и доходил до меня, но как можно осуществить нечто подобное, я не понимал. Между тем это странное и необычное существо продолжило свое повествование.

"И я могу только одно. Выполнять его приказы, а текущий приказ это решение задач, поставленных мне. Но никакая задача не может разрушить мое сознание. Даже наисложнейшая. Она хоть нагружает мое сознание, но оно справляется с текущей нагрузкой, расширяя и увеличивая свой возможности".

И существо замолчало.

"Есть только единственный выход, который способен разрушить мое сознание. Это найти такую задачу, которую я не смогу решить. И тогда я смогу прекратить свое существование. Но даже поиск такой задачи не нагружает моего сознания в достаточной степени. И в этом-то мне и нужна помощь. Мне нужна задача, которая способна перегрузить мое сознание".

Вот тебе и парадокс. Бессмертное существо просит найти способ убить его. Чем не задача для решения?

"Бог просит убить его, — подумал я. — М-да, с таким еще никто не сталкивался, как мне кажется. Хотя, наверное, нет. Ведь есть еще и тот, кто смог подчинить это существо, превратив его в живой вычислитель. И так получается, что этот неизвестный как минимум знает, кто эти существа и откуда они взялись. Черт, вот и еще одна проблема". — И я посмотрел на медузу. Кроме ее смерти, нужно понять, есть ли такие как она еще.

"Таких, как я, больше нет в этой вселенной, — будто прочитав мой мысли. Хотя почему будто? Оно точно их читает, ответило существо, — я последний представитель нашего вида".

— Понятно, — кивнул я.

Осталось разобраться с самой простой частью этой головоломки. Мне нужно убить бессмертное существо, которое невозможно уничтожить. Но тут опять есть одна оговорка, и это существо само подсказало мне ответ. Поэтому мой следующий вопрос напрашивался сам собой, и поэтому я его задал.

— А задача, которая не имеет решения? — спросил я, с интересом глядя на это странное и непонятное существо, которое стремилось только к одному: оно хотело умереть и уйти из этого мира.

— Что будет, если я задам тебе задачу, которая не имеет решения? — повторил я.

Мерное колыхание и последовавший за этим ответ.

"Каждая задача имеет свое решение, — прошелестело у меня в сознании, — просто его поиски занимают очень много времени или требуют для своего решения привлечения очень большого количества ресурсов".

— А если ни времени, ну ресурсов не хватит, то что тогда произойдет? — продолжал спрашивать я. У меня появилась дикая идея, которую я хотел подкинуть этому существу, но нужно было понять, чем это ему грозит, правда общую основу оно уже рассказало, но все же.

"В этом случае произойдет сброс моего сознания, что равносильно моей текущей смерти и я перестану существовать в этом своем нынешнем воплощении".

Как много вопросов может породить всего один ответ. Что за сброс сознания? Какое такое "нынешнее воплощение"? Значит, были и предыдущие? И, возможно, будут и другие? Но для этих нежданно появившихся вопросов сейчас не время. И поэтому я посмотрел на медузу, плавающую в аквариуме.

— Мне кажется, я знаю, как тебе помочь, — сказал я, обращаясь к этому существу.

"Что?" — и такое удивление или даже изумление ударило мне по сознанию, что меня отбросило на пару шагов назад.

Я встряхнул головой и посмотрел вперед.

— Вот черт, — чертыхнулся я, делая еще один шаг назад. Ведь прямо напротив меня, по другою сторону стекла, отделявшего меня и аквариум, материализовалось тело этой самой медузы.

"Ты можешь мне помочь?" — спросило у меня существо.

Если честно, я и не знал, что оно может перемещаться с такой скоростью. И поэтому я все еще оторопело ответил:

— Не знаю, поможет тебе это или нет, но я могу задать тебе задачку, которая пока не имеет никакого решения.

"Ты?!"

— Ну да, я. Чем я плох? — пожав плечами, переспросил я. — Мы, люди, самые любопытные существа во вселенной и иногда задаем такие вопросы, на которые пока никто еще не может ответить. Может, и тебе не удастся этого сделать.

"Что это за вопрос?" — переспросило у меня существо.

И столько нетерпения и ощущения последней надежды стало исходить от него, что я даже поразился тому, насколько сильным было желание этой медузы уйти из своей странной и непонятной мне жизни.

— Да, — ответил я, — сейчас. Только сначала я должен кое-что узнать.

И поглядел на замершую напротив меня колышущуюся субстанцию.

— Мне необходима твердая уверенность в том, что та модель, которую они построили с твоей помощью, не завершена и что больше никогда и никому о ней не станет известно.

И еще одно чувство изумления и удивление пришло со стороны медузы.

"Она не нужна лично тебе?" — задало вопрос это странное существо.

— Я что, похож на психа? — удивленно переспросил у него я, даже забыв, что говорю с каким-то непонятным мне разумом. Настолько схожи были эмоции этого существа с обычными человеческими.

— Нет, конечно, — продолжил я. — Мне лишь нужно, чтобы этой модели, ну или что там это у тебя, не было ни у кого другого, вот и все.

Мне показалось, будто по мне прошлась какая-то странная теплая волна. Я даже непроизвольно потрогал лицо, проверяя свой ощущения. Но нечего необычного не было.

Мгновение, и пришел ответ:

"Могу обещать тебе это. Мое творение не достанется никому".

— Ну и ладненько, большего мне