Клан Волка - Анна Кондакова

Через несколько минут мы летели над одним из районов уже на отшибе столицы. В этот момент к нашему полёту присоединились ещё четыре верхолёта. Они сели мне на хвост, но держались на приличном расстоянии.

— Вас тут только не хватало, — прошептал я, хотя понимал, что когда-то это должно было случиться.

Событие было слишком очевидным, а преследователи — слишком узнаваемыми: синие кузова, особая форма иллюминаторов, гербы с мечами и императорской короной.

Военные Измаила.

Они начали нагонять меня, окружая с двух сторон, но я лишь прибавил скорости. Впереди всё так же маячил верхолёт Хамады, испускающий шлейф дыма.

Я быстро вытащил из ушей клейковину и сунул в карман пальто. Теперь временная глухота никак меня не защищала: появился риск пропустить что-то важное.

Вот как сейчас.

Из ближайшего верхолёта военных проорали в громкоговоритель:

— Курьерский верхолёт номер сто три пять три! Немедленно приземлитесь! Курьерский верхолёт номер сто три пять три! Немедленно приземлитесь!

Я дожал скорости, хотя и так летел почти на пределе.

Маленький юркий верхолёт был прилично легче машин военных, и пока мне удавалось их опережать. Сегодня я нарушил слишком много правил, чтобы останавливаться на полпути.

Погоня продолжалась.

— Курьерский верхолёт номер сто три пять три! Немедленно приземлитесь!

Я мчался вперёд, выжимая из несчастной машины всё, на что та была способна. Салон дребезжал. Штурвал стал липким от моих вспотевших ладоней.

— Курьерский верхолёт номер сто три пять три! Немедленно приземлитесь! Курьерский верхолёт...

Внезапно Хамада накренил свою машину и начал уходить в пике, прямо к земле.

Мы летели уже за городом, а там, впереди, маячили сады, огромная территория. Похоже, туда-то и направился Жрец. Уже перед самой землёй лопасти его верхолёта сверкнули снопом синих молний, машина резко остановилась, будто кто-то ухватил её невидимой рукой, а потом рухнула на деревья.

Ну нет!

Только попробуй сдохнуть раньше времени, скотина!

Я спикировал к месту крушения. За мной устремились военные. Никто уже не орал в громкоговоритель и не требовал остановиться.

Тем временем Хамада вышиб дверь раскуроченной машины, вывалился на землю и, прихватив с собой ящик, грузно побежал в кусты.

А вот хрен! Всё равно не уйдёшь!

Пока я приземлялся и выскакивал из машины, военные окружали сады с воздуха. Их урчащие верхолёты зависли над деревьями по всему периметру. Одна из машин начала спускаться к земле, но на военных я уже не смотрел.

Мне нужен был Ючи Хамада.

Счет пошёл на минуты. Я рванул в те же кусты, где скрылся Жрец. Ветки хлестали по лицу, в темноте ноги то и дело спотыкались о поливочные трубы, вокруг урчали машины военных, лучи прожекторов мелькали по саду, но я всё бежал и бежал.

А тот, кто от меня скрывался, нёсся впереди — я слышал его.

Хруст веток, бормотанье, тяжёлое свистящее дыхание.

Всё ближе и ближе.

Хамада был ранен, к тому же, он нёс ещё и ящик — а это замедляло его бег. И даже спасаясь от смерти, он не бросил свою ношу.

Это же насколько она ценная?..

И вот, когда в тёмных кустах мелькнула ускользающая спина Хамады, я задрал рукав пальто, остановился, расставил ноги шире и размахнулся щитом.

Вперёд отправилась волна из двух Сфер — Тверди и Боли. Стена желтоватого света ринулась от моей руки и смяла кусты, что попались ей на пути. А в тех самых кустах Хамаду нашла уже Сфера Боли.

Наслаждайся, сволочь. Можешь создать хоть десяток иллюзий — до тебя мой пинок всё равно долетит.

Будто подтверждая мои мысли, из переломанных зарослей донёсся стон невыносимой боли. Я рванул на звук и через несколько секунд добрался до Хамады.

Хрипло дыша, тот лежал на боку. Для него всё оказалось непросто: при крушении верхолёта он повредил голову. Его правое ухо было сильно обожжено, а из раны выше виска обильно сочилась кровь.

Хамада не мог даже встать, но всё равно цеплялся за свой ящик.

Не церемонясь, я отправил в Жреца новую порцию Боли, уже без размашистого жеста. Хамада был совсем не прост, чтобы расслабляться раньше времени — даже при смерти он мог атаковать и наслать на меня какой-нибудь жреческий мор.

Он снова завыл от боли, потом перекатился на спину и запрокинул голову, уставившись в ночное небо. Сбежать бы он уже не смог — это понимали мы оба.

— Догнал всё-таки... настырный урод... — прохрипел Хамада, еле переведя дыхание.

Я вынул из кармана желейный шар оков, размял в руке и склонился над парнем. Сейчас я не видел в нем того человека, с кем сражался в Котлованах плечом к плечу. Теперь это был лишь тот, кто заставил меня усомниться в моих друзьях, тот, кто втёрся ко мне в доверие. Предатель и убийца.

— Поговорим, пока военные нас не нашли? — Я постарался, чтобы мой голос не показался ему слишком угрожающим.

Он медленно моргнул и перевёл взгляд на меня.

— И тогда ты меня отпустишь?

Наклонившись к нему ниже, я тихо ответил:

— Это смотря насколько много ты знаешь...

Эпизод 2

Времени на разговор совсем не осталось.

Военные уже оцепили сады по периметру, лучи верхолётов беспрестанно резали ночь и мелькали по кустам. Промозглый ветер холодил кожу, проникал в распахнутое пальто и под пиджак, но я почти не замечал озноба.

При виде раненого Хамады меня всё больше охватывал гнев. Парень умирал, но никакой жалости к нему я не испытывал.

Он смотрел на меня, чуть дрожал, а сам не выпускал ящик, обхватив его рукой, будто собирался забрать его с собой, в мир иной.

— Говори. Ну! — процедил я сквозь зубы, видя, что он никак не может решиться, чтобы рассказать правду.

Показав ему клейкие оковы, я добавил:

— И если попытаешься наслать на меня молитву или ещё что, я залеплю тебе рожу вот этой штукой. И ты задохнёшься. Я понятно сказал?

— Да куда уж понятнее... — поморщился Хамада.

Смерти он не боялся. Казалось, он с ней уже смирился.

— Итак, — я начал задавать вопросы сам. — Что в твоём ящике и в тех, других, что загружали в верхолёты со склада?

— А ты подумай.

Догадка тут могла быть одна.

— Фагнум?

Жрец кивнул.

— Куда вы собирались его доставить?

— В Котлованы. Через своих людей на границе.

— Свои люди — это Жрецы или кто? Через какое княжество вы собирались лететь? И откуда вы сами этот фагнум взяли?

— Я мало что знаю. Меня первый раз послали на задание. Знаю, что фагнум