Фантастика 2026-95 - Павел Шимуро

ты правда думаешь, что соседи будут против? — я аж улыбнулся, представив, как какая-нибудь противная бабка снизу высовывает морду из окна и орет мне, что пепел падает ей на бегонию, а дым тянет именно ей в квартиру. А я такой — хоба, и прицел на нее… Ух, всю жизнь мечтал увидеть, как такая грымза с испуганным воплем падает назад, круша горшки со своими гребаными цветами. Сколько они у меня крови попили еще в столице, самые умные старые кошелки со своими тупыми правилами.

Подняв себе настроение такой прекрасной картиной, я вышел на балкон, с наслаждением распахнул окно и закурил. После затхлой квартиры с покойниками, пропахшей кровью и лекарствами, после нервного подъема на этаж это было то, что надо. Сейчас бы еще пивка дернуть, и полежать часиков шесть. Но чего нет, того нет. Более того — диван и пиво мне не светят еще очень долго. Поход в Анину квартиру — это даже не половина дела. Это вообще только подготовка. А самое сложное впереди — нужно свалить из города, объехать соседний, добраться до села, где живет Вовин отец, и…там уже по обстоятельствам.

Так что курим, пускаем дым в небо и наслаждаемся карканьем ворон, грязью во дворе и лысыми деревьями возле арки. Пять минут расслабона, и вперед, к новым свершениям.

Вот только когда я посмотрел на арку еще раз, кроме побегов плюща на стене я заметил кое-что еще. То, чего мне бы не хотелось видеть вообще. Прямо за ней полностью скрытый для тех, кто находится во дворе, торчал здоровенный черный «Мерс». Из выхлопной трубы валил дым, а в его открытом окне виднелись рожи, которые я легко опознал даже с такой дистанции. Рожи носатые такие, чернявые.

Пока я глазел, по улице к «Мерсу» подкатила уже знакомая нам «заниженная» пузотерка, из которой, пригибаясь и смешно перебирая ногами, выбралось трое в спортивных костюмах и с оружием. Причем на этот раз все было очень серьезно. У «воронов» в руках были «Калаши». У двоих классические короткие ментовские «ублюдки», а у третьего архаично выглядящий деревянный семьдесят четвертый.

И это было чертовски плохо. Если дробь наши тачки вполне были в состоянии задержать, как и пистолетные пули, то вот автоматные «пятерка» и тем более «семерка» нас превратят в дуршлаг. Так, надо что-то срочно думать.

Почему я сказал «нас превратят»? А потому что у меня не было никаких сомнений, что эти товарищи прибыли по наши души. Будь я чуть наивнее, может и попытался бы сам себя убедить, что это просто совпадение, и что эти бойцы прибыли не по наши души. Но наивным я не был, и в совпадения не верил.

Так, раз я уже принял проблему, то как ее решать? Выездов из двора ровно один. Легко держать, еще легче блокировать. Если они не пожалеют свою тачку, то мы отсюда только пешком вырваться можем. Массы даже моего «Чероки» не хватит, чтобы сдвинуть «Мерс». Да и пузотерку не получится подвинуть — просто нет разгона. Если попытаюсь оттолкнуть… Нет, не вариант — пока толкать буду, нас расстреляют, как в тире.

О Вовкиной «кореянке» вообще нечего говорить — мало того, что не сможет протаранить ничего, так еще и не разгонится — там вон, на выезде со двора «лежачий полицейский» установлен. Мне то похрен, а он добьет свой мост, который на ладан дышит.

Вот же лажа, а? И что делать?

Глава 17

Погоня

Хм… А почему я зациклен именно на дороге? Нет, для обычной тачки вроде Вовиной тут и впрямь одна только асфальтированная дорога и все. Но у меня-то не обычное городское дерьмо, а полноценный внедорожник. Интересно…вон там вон, те деревца за высоким бордюром, а за ними будто бы просвет.

— А-а-а-ань! За деревьями во дворе ведь есть выход, да?

— Ну как…там детская площадка, а за ней парк небольшой. Собачники наши там ходят. А что?

— А за парком что?

— Жилые дома, есть магазинчик круглосуточный в подвальчике. А тебе что надо то?

— Дорога где идет? Перед парком или после?

— Дорога? После… А почему ты спрашиваешь?

— Надо. Ань, прости, но со сборами придется завязывать прямо сейчас. У тебя минута.

— Чего? Да какая минута, ты совсем, что ли? Мы же только зашли, — возмутилась Аня, — я ничего еще не собрала!

Вот только спора нам не хватало.

— Аня, мы выходим через минуту. Все, что ты не соберешь, мы бросаем. И ты идешь, не споря со мной, иначе мы все покойники. Понятно, нет?

— А если…

— «Если» у тебя нет. Я сказал, ты сделала. Все, время пошло! — не дослушивая ее возражения, я демонстративно запустил таймер на мобиле и достал из кармана рацию. Вот только придется использовать Глоссию…черт, надеюсь, Вова внимательно читал те книжки, которые я ему подсовывал…

— Джей Бобу. Прием!

— На связи! — голос у Вовки озабоченный. Явно удивился, что я его вызвал.

— Помнишь, зачем я ПЦП покупал?

— Ну да, — с некоторой заминкой ответил он.

Еще не включился в разговор, не понимает, что я перешел на Глоссию. А суть этого проста — намеками и, казалось бы, сторонними событиями и вещами, которые понимают только общающиеся, донести некую информацию, которую не поймет никто посторонний. Эдакие шифры в открытом канале. Напрямую говорить я опасался — у двоих в той тачке из карманов точно торчали радейки, и кто знает, вдруг они умеют сканировать эфир. Если слышат нас, поймут, что я говорю — полезут вперед, и придется стреляться с ними прямо во дворе. И какими бы мы с Вовой крутыми стрелками ни были, у противника численное превосходство, да и вообще…

— Так вот, — меж тем сказал я, — они вернулись.

— Кто «они»?

— Те, для кого ПЦП я и купил. И теперь они на символе Рима, который себе Наполеон поставил. Понял, нет?

Вова замолчал, а потом до него явно дошло. ПЦП — это пневматика такая, если что, на воздухе высокого давления, а покупал я ее для того, чтобы развлекаться краукиллингом или по-простому отстрелом ворон. Символ Рима — волчица на триумфальной арке, арку же и Наполеон поставил. Так что, используя банальную логику, догадаться, что я имею в виду, было несложно. Хотя на это требуется время. Вова, похоже, уже все «перевел» и понял.

Ага, вон,