Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин

обладателей солидного состояния, скончавшихся «по естественным причинам», и писателя Дикона Шарля. Итого с Морелем семь трупов за три года. Интересная статистика, верно? – я молча кивнула. Мне стало не по себе. – Да и к тому же в двух статьях упоминается небогатая невеста. И ни разу – её имя.

– Вы думаете, что… – начала я, но Эллис только досадливо от меня отмахнулся:

– Я пока ничего не думаю, Виржиния. Посудите сами – если человек молод и богат, наверняка у него будет невеста. А что до остального… Принесите-ка мне кофе, если не сложно. Нужно хорошенько поразмыслить.

– Я вам не служанка, Эллис.

– Разумеется. У какой служанки такая прямая спина и глаза такие сердитые? Ну-ну, успокойтесь. Взгляд – что ведро ледяной воды за шиворот, – подкупающе улыбнулся Эллис. – Просто мне нужно, чтобы вы отошли ненадолго. Я тут вижу, как мнётся перед дверьми мистер Калле. Судя по всему, он боится именно вас. Чем вы его вчера так напугали, интересно…

Я вспомнила о злосчастном парике и как можно равнодушнее пожала плечами.

– Ничем, Эллис. Спросите лучше у него.

– Спрошу непременно, – пообещал детектив, и улыбка у него стала лукавой. – А вам очень идёт румянец, Виржиния… И Лайзо позовите, будьте любезны – он мне задолжал рассказ! – крикнул Эллис уже мне в спину.

Кофе в зал, разумеется, отнесла Мадлен. Причём не горький, как любил детектив, а приторный, с тремя ложками сахара и большим количеством молока. Вряд ли это можно было бы назвать даже маленькой победой над Эллисом, но я почувствовала себя частично отмщённой за минуту смущения.

Впрочем, чувство это улетучилось, стоило мне пройти в зал и увидеть, как детектив поит переслащённым кофе Эрвина Калле, а сам нетерпеливо посматривает на двери кухни.

– Д-добрый вечер, леди Виржиния, – подскочил художник, слегка заикаясь, и машинально коснулся кончиками пальцев густой шапки волос – теперь, как я знала, ненастоящих. – Рад видеть вас. П-простите, ради всех святых, за вчерашнее. Я просто был несколько обескуражен, и…

– За что? – нахмурила я брови в притворной задумчивости, а затем виновато улыбнулась, опуская взгляд. – Честно говоря, мистер Калле, вчера у меня так болела голова, что я совершенно не помню, чем закончился вечер. Смутно вспоминается мне ссора между мисс Макнайт и мистером Палмером, да ещё то, как вы говорили о своём визите в апартаменты невесты Патрика Мореля… Кажется, вы обнаружили там нечто необычное?

Слушая меня, Эрвин Калле сначала просветлел лицом, а потом вновь помрачнел.

– Да, можно сказать и так. – Он зябко натянул на костяшки пальцев слишком длинные рукава лилового сюртука. Тонкие, испятнанные краской пальцы нервно поджались. – Знаете, это одна из тех аккуратных маленьких квартир, которые снимают за солидные деньги, приплачивая за спокойное место и отсутствие лишних глаз. Я таких много повидал. Обычно хозяева у них строгие и тщательно следят за соблюдением чистоты. А тут я словно в притон попал. Всё перевернуто кверху дном, ящики валяются посреди комнаты, воздух затхлый, вещи разбросаны, чулки висят на люстре… – Эрвин осёкся, неуверенно посмотрел на меня, покусывая бледные губы, и продолжил неохотно: – А на полу множество тёмно-коричневых пятен. Мне кажется, это кровь, – добавил он совсем тихо.

– Вы обращались в Управление спокойствия? – жёстко спросил Эллис. Художник втянул голову в плечи.

– Нет. Не успел. Я был настолько шокирован… только и сумел, что закрыть за собою дверь и отправиться домой. К тому же вечером нужно было идти в кофейню…

– Хорошо, – перебил его детектив. – Даже просто замечательно. Завтра… нет, сегодня ночью пойдём и навестим жилище этой загадочной особы. Я тогда точно скажу вам, кровь это или просто тёмные пятна от чая. Нужно только заскочить ко мне домой и взять кое-какие инструменты и реактивы… Виржиния, вы мне не одолжите своего водителя?

Сердце мне кольнуло что-то похожее на ревность. Лайзо мой водитель и работает на меня, а не на Управление! Но спустя всего один вздох я усмирила гордыню. В конце концов, это нужно для дела, а не Эллису лично.

– Хорошо, забирайте. Если Мадлен сумеет его добудиться, разумеется, – едко добавила я, не удержавшись от шпильки. – Видите ли, он вчера так устал, что сегодня просто с ног падает.

– Это Лайзо-то? – недоверчиво переспросил Эллис. – Быть такого не может. Он может по три ночи бодрствовать и цвести, как майская роза. У Зельды все сыновья двужильные, а Лайзо так и вообще трехжильный. Он повыносливей меня будет… – Детектив озадаченно нахмурился. – Разве что он вчера хватил лишку. Кажется, Лайзо говорил что-то насчёт того, что ему пришлось пропустить стакан-другой виски с Палмером, чтобы разговорить его. Но стакан или даже два, пусть и самого крепкого напитка…

– Не стакан, а добрую бутылку, – раздался от дверей хрипловатый баритон Лайзо. Вид у моего водителя по-прежнему был бледный, несмотря на послеобеденный сон в апартаментах наверху. – Или две… Ну, и горазд пить этот актёришка! Да и наблюдательный, что алманский шпион. С таким не выплеснешь потихоньку стакан под стол. Ну, я и не таких перепивал.

– Не лучший повод для хвастовства, – прохладно заметила я. Жалость к Лайзо тут же улетучилась. Если он выпил лишнего, то это был исключительно его выбор. – Что такое у вас в руках, мистер Маноле? Извольте пояснить.

– Кофе и пирожные, – блёкло улыбнулся он и шагнул ближе, демонстрируя поднос. – Мистер Белкрафт велел передать. Он, кажется, недоволен тем, что вы пропускаете обед.

– Глупости, – отмахнулась я. – Георг мне не опекун… впрочем, ставьте сюда. От пирожного я не откажусь. Надеюсь, откровения Палмера не относятся к тем, от которых может стать дурно за едой?

– Нет. – Улыбка его стала чуть шире. – Напротив. Это одна из тех историй, которые любят обсудить за чашкой кофе… Эсмонд Палмер – величайший сплетник из всех, кого я когда-либо видел.

Эллис в предвкушении подался вперед, едва ли не ложась грудью на стол.

– И о чём же он говорил?

– О Мореле и только о нём. – Лайзо переступил с ноги на ногу, быстро посмотрел на меня и отвел глаза, словно благовоспитанный юноша из хорошей семьи. Я вздохнула, но жестом разрешила ему присесть за наш стол. Конечно, Лайзо всего лишь слуга, но в расследовании он принимает