"Фантастика 2026-114". Компиляция. Книги 1-30 - Екатерина Владимировна Скибинских

как можно быстрее наполнять ёмкости жидкостью, которая испарялась прямо на глазах. Все доспехи Странника покрылись кровавой плёнкой, пока он одну за другой наполнил десяток пробирок тягучей жидкостью, плотно закрывая их такими же стеклянными крышками. Наполнил и стал отходить к нам спиной вперёд, не поворачиваясь ей к древнему богу. Его можно было понять, хоть внешне металлическая плёнка и не сдвинулась ни на миллиметр, отражения внутри неё словно взбесились, мечась из стороны в сторону или бросаясь вперёд с кулаками или ударяя рогами о её внутреннюю поверхность, словно пытаясь вырваться наружу. Мы не стали ждать, когда это у них получится быстро отходя назад.

Отошли, и почти сразу я стал возвращаться назад. Не знаю, что стукнуло мне в голову, но половина мензурок ещё оставалась пустыми, я почему-то подумал, что было бы неплохо наполнить их частичками металлического бога. Скорее всего эту мысль внушили мне откуда-то свыше, так как не прошёл я и двух шагов, как остался во всём мире один, даже мир исчез, сменившись беспроглядным серым куполом, внутри которого остался только я и начавший шевелиться Великий Перворожденный Дракон. Хотя нет, его тело осталось неподвижным, а от него отделилась душа не душа, призрак не призрак, слепок почти прозрачный и столь же серый, как раскинувшийся вокруг мир. Мощная шея изогнулась, титаническая голова приблизилась ко мне боком, застыв на расстоянии вытянутой руки. Закрытая мембранной ноздря раздулась, открываясь, втягивая в себя пару цистерн серого воздуха. Будь дракон во плоти, меня бы тут же в неё и засосало, а так ничего, меня даже не пошатнуло, разве только от сердечного приступа, который со мной произошёл в этот самый момент.

Дракон вдохнул мой запах ещё пару раз, а затем отстранился, прожигая меня взглядом серых глаз:

— Смертный… И одновременно бессмертный… Чужак, живущий в этом мире как дома, — донесся до меня грозный скрежещущий голос, — кто ты?

Глава 5

Голос призрачного дракона накатывал словно лавина, подавляя, дробя и сминая моё сознание, будто пытаясь выбить душу из тела. Под таким напором было тяжело не просто думать, а даже устоять на ногах и всё же я собрал всю волю в кулак, пытаясь провернуть в голове застывшие мысли. Что ответить? Человек, игрок, ездок на бочках? Чёрт, из каких глубин подсознания вылезло эта дурацкое название?

— Я враг твоих врагов, — осторожно начал я, — и, надеюсь, друг твоих друзей.

— У нас нет друзей… и всё же высказанное тобой есть истина. Я зрю в твоей душе видения смерти одного из них и жестокой борьбы с другим. К тому же именно твои деяния привели к тому, что все наши враги ослабли, став наравне практически с обычными смертными. И ты не соврал про дружбу с такими как мы. Ты спас моего собрата по свободному ветру, чья участь должна была стать гораздо прискорбнее моей. Единственный из нас, кто так и не стал тем, кем должен был стать и, по иронии судьбы, он же сохранил своей силы, продолжая путешествовать в небесах, когда как мы, потерпевшие поражение от наших врагов, обречены на медленное угасание, погребённые под завалами времени. Он же свободен и даже нашёл способ дать себе продолжение, и вы плотно связали судьбы с одним из его потомков. Я завидую ему и одновременно счастлив за него. Иногда я улавливаю идущие от него эманации, и они зарождают во мне надежду… Надежду вновь почувствовать вольный ветер под моими крылами.

— Может я как-то могу с этим помочь? Ваша рана… И существо терзающее её…

Мой голос сошёл на нет, я замолчал, не зная как продолжить дальше. Слава моей грудастой богине, мне и не пришлось, так как дракон, слегка отпрянув, закачал головой:

— Нет, нет, ты уже сделал всё что требовалось. Ты ослабил эту тварь и теперь она угасает. Угасает гораздо быстрее, чем я и не пройдёт и сотни лет, как я буду от неё свободен.

— Хорошо, может тогда какая-нибудь другая помощь требуется?

— Поговорим об этом позже, сейчас же наступил момент награждать за то, что уже сделано. И сделано немало, вряд ли можно было ожидать, что кто-то похожий на тебя сделает больше. Начну с небольшого предупреждения и совета: один из них повсюду следует за тобой. Сам он жалок и беспомощен, и не годен ни на что кроме слежки, зато в этом ему нету равных, а что знает он, знают и все они. В этом мире почти нет мест, куда бы он не смог проникнуть. Мне сейчас приходится тратить множество сил, чтобы отгородиться от него, не дать подслушать наш разговор. Это предупреждение, а вот и совет: избавься от него.

— Я пробовал, ничего не получается, скользкая тварь, хотя я и не думал, что это один из древних богов.

На это дракон ничего не ответил, вместо этого перед глазами побежали логи.

Поздравляем! Изучено заклинание Громовая клеть.

Ранг заклинания: внеранговое.

Магия воздуха.

Может заключить в себя одно существо.

Цена заклинания: 0 очков сила духа.

Кулдаун: одни сутки.

Время заключения: одна вечность.

Ограничение: игрок Броневой. Передача другим существам заклинания невозможно.

— Это поможет тебе справиться с ним, — вновь зарокотал дракон, — когда он попадёт в мою клеть, обратно из нее уже не выберется. Вдобавок к этому, все заклинания, которыми ты владеешь и где используются моя родная стихия, приобретают особый ранг, доступный только нам, первым жителям этих земель. Будь осторожен используя их, они слишком тяжелы для смертного и всё же могут быть полезны. Такова моя награда за сделанное тобой. Однако это не всё. Будет ещё предупреждение и совет: достичь нашей общей цели, можно лишь пройдя по определённому пути. Надо добраться до логова наших врагов и уничтожить его. Лишь так можно будет окончательно победить. У вашего народа его называют Путь Силы, я его зову путём Конечной Смерти. Если ты умрёшь на этом пути, возвратиться туда уже не получится. Если же ты сгинешь в самом логове, ты исчезнешь навсегда, и уже никогда не сможешь больше вернуться в этот мир. А вот и мой совет: перестань ждать, когда они сами явятся по твою душу, подготовься на совесть, найди верных товарищей, которые помогут превозмочь этот путь, пройди его, не умирай и уничтожь там всех… Силы мои на исходе… Прощай, враг моего врага и друг моих собратьев. Больше мы никогда не увидимся. В дар, за