Фантастика 2026-78 - Денис Арзамасов

— Зря ты так думаешь, деточка, — вздыхает бабуля. — Феям этого на два укуса. Они же спать спокойно не смогут, если в доме лифани не съедены.

Смеюсь и с пониманием киваю бабульке. Очень ей верю в этом вопросе. Фео трясущимися руками достаёт мешочек с золотыми. Быстро отсчитываю двадцать монет и отдаю старушке.

— Держите двадцать золотых, как и договаривались, — подтверждаю.

Бабуля протягивает залатанный тканевый мешок, чтобы я высыпал туда деньги.

— Хорошее дело! — старушка взвешивает мешочек на руке и, не пересчитывая, высыпает под прилавок. — Забирайте!

Торговка кивает на небольшой деревянный ящик. Поднимаю его, и вместе с феями отходим в сторонку.

— Надо переложить их в твою сумку, — обращаюсь к Феофану.

Тот смотрит на ящик стеклянными глазами. Василиса стоит рядом с такими же.

— Открывай крышку, Витя. С ума сойти, целый ящик. Кому расскажу — не поверят, — очарованно шепчет фей.

Снимаю неплотно закрепленную крышку и вижу вполне аппетитные, но совершенно обычные на вид булочки. Феофан тут же вгрызается в одну из них. Василиса следует его примеру. Оба самозабвенно едят.

Беру себе одну булочку и откусываю. Нежнейшее тесто тает на языке. Начинка воздушная, сочетает в себе и кислинку, и сладость. Магия внутри меня оживает и пробегает мурашками по телу. На угощение откликается мой внутренний огонь. Интересно. Думаю, что не просто так лифани будут на празднике в Академии.

Понятно, почему феи так трясутся.

Когда Фео заканчивает с булочкой, он кидает хищный взгляд на коробку.

— Нет-нет, — останавливаю напарника. — Это всё в сумку. Не всё сразу.

Феофан трясет головой и приходит в себя. Грустно перекладывает булочки в поясную сумку и поглядывает на меня.

— Вот не зря я говорил, что нам нужен стазисный шкаф. Двадцать штук! Кхм, уже семнадцать, но это же можно по одной в месяц есть, и ещё останутся до следующего урожая, — восторженно бормочет Фео.

— А стазис? — спрашивает Вася и тоже не сводит восторженный взгляд с лифаней.

— Стазис Витя зарядит, — уверенно заявляет фей и заканчивает с первым рядом коробки.

— А мне больше не достанется? — робко спрашивает Вася.

— Ну хорошо, по половинке. На двоих будет нормально, и всё равно хватит до следующего урожая. Представляешь? — щедро делится Феофан.

— Да! — во весь рот улыбается фейка.

Не перестаю удивляться реакции феев на эти лифани.

— Витя, вроде все убрал, а запах все равно остался, — тревожно осматривается фей.

— Руки надо помыть, — говорю не сдерживая смех.

— Нет-нет, — отрицательно машет головой Феофан. — Тут второй ряд в ящике!

Фей ловко вытаскивает досточки и смотрит на ящик неверящим взглядом.

— Витя, Витя! Я сошел с ума, вызывай Маришку! — кричит он не своим голосом.

Подхожу ближе и вижу, как нижний ряд полностью закрывают небольшие круглые фрукты золотистого цвета.

— Что случилось? — обращаюсь к фею. — Обычная большая ягода. Ты чего?

— Ты не понимаешь! — кричит на меня фей. — Это же лифани!

Точно с ума сошел, еще и орет на своего мага.

— Так, успокойся, лифани ты уже съел, — говорю ему.

— Нет, Витя, мы ели пирожки с лифанями, а это настоящие фрукты! — фей расплывается в улыбке. — Кусты лифы растут далеко-далеко и плодоносят редко-редко. Первый урожай совсем маленький. Сами фрукты до нас никогда не доезжают. Чем ты так подкупил старушку? Витя, поверить не могу!

Оборачиваю к ларьку, где только что сидела милая бабуля. От него уже не осталось и следа. Вполне возможно, как только торговка распродала все угощения, сразу же свернула продажи. Отблагодарить не успели.

Фей жадно кусает большую золотую ягоду. На его лице читается блаженство. Скромная Василиса едва держит себя в руках.

— Налетай, — говорю фейке с нескрываемой улыбкой.

Та не медлит ни секунды и с похожим выражением лица вгрызается в ягоду. Что ж, беру один золотой плод на пробу. Откусываю. Вязкий и кислый вкус забирается ко мне в рот и хочется срочно выплюнуть эту гадость. Что я и делаю.

— Витя! Что ты творишь? Вам же такое нельзя есть! — опомнившись, кричит Феофан. — Без обработки нельзя. Для магов выпечку и придумали. Да и мы довольствуемся тем, что есть. Плоды лифы — хитрая вещь, она словно специально для фей. С каждым съеденным плодом появляется шанс нащупать свой нераскрытый талант!

Феофан аккуратно забирает у меня из рук остаток ягоды и с упоением доедает.

— Чего ж ты не предупредил сразу? — удивляюсь.

— Когда бы? Тут такое! — оправдывается фей.

— Ладно, теперь мне нужно нормально перекусить и чем-нибудь запить эту гадость, — смеюсь.

Феи кидают на меня нисколько не поддерживающие взгляды. Феофан перекладывает фрукты в поясную сумку, Василиса помогает ему.

— Пойдем сначала в ювелирку, потом будем смотреть, что у нас есть по снаряжению, лечебным амулетам и эликсирам, — предлагаю план действий.

Постепенно, после того как Феофан получил лифани, он становится совершенно довольным жизнью. Его лицо расслабляется, а рот сам растягивается в улыбке. Выдвигаемся к ближайшему ларьку со съестным.

— Амулет «Зуб дракона»! Один взгляд — и соседи заикаться начнут! — сверкает золотыми зубами широкоплечий мужчина.

Торговцы пришли на аллею, где собирается больше всего народа и подходят к каждому, чтобы зазвать к себе в палатку.

— Эликсир «Жёнушка-ласковая» — подмешай в суп, и снова влюбится, как в первый раз! — подмигивает лысый толстяк с пузырьками разных цветов.

— Зелье трезвости! Для утреннего раскаяния — действует до второго бокала! — хихикает девчонка, звеня склянками.

Трое торговцев подходят к нам с разных сторон, но не видят никакой реакции и двигаются дальше.

— Да уж, веселые они, — смеюсь.

Довольно быстро находим местный перекус. Мясо в лепёшке вприкуску со свежими овощами. Фей ест с таким аппетитом, что аж за ушами трещит. Будто никаких лифаней и подавно не было. Василиса вежливо отказывается и от мяса и от лепешки, ей вполне хватает овощей.

Идём немного в стороне от толпы. Надо сказать, что чем глубже мы заходим в палаточный городок, тем менее раздраженной становится толпа. Людей меньше, чем на центральных улицах, можно спокойно идти и есть, не боясь запачкаться или кого-то задеть. Сворачиваем на линию, где я недавно присмотрел ювелирную лавку.

Здесь, конечно, глаза разбегаются, потому что гномы — настоящие мастера. Настолько ажурные