Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

занесла её совершеннейшая глупая обида на весь мир – здесь, посреди тёмного незнакомого леса горячность прошла. Сегодня она ещё не съела ни крошки, и не выпила ни капли воды, жажда и голод мучали её одновременно. Лошадь, споткнувшись на неровной лесной дороге, сломала ногу, уронив и придавив собой девушку, а потому тело принцессы, покрытое синяками и ссадинами, нещадно болело, и она брела куда-то, почти не понимая куда, скорее по наитию – останавливаться было нельзя.

Но это был предел.

Ноги Лилианны подкосились, и она упала на колени в мокрую густую траву. Сейчас ей так хотелось закутаться в тёплое одеяло и выпить чашку горячего чая, или хотя бы просто воды… кипятка, чтобы согреться, чтобы просто перестать чувствовать эту дрожь, сотрясающую всё её тело.

Но принцесса прозябала здесь, в лесу, и никто, похоже, не спешил ей на помощь… Нет, наверняка её ищут… Папа… Он не бросит её, свою девочку, на растерзание диких животных… Он спасёт её…

Сумерки медленно превращались в ночь. Далёкие звёзды равнодушно взирали на страдания несчастной девушки, заблудившейся в почерневшем с приходом этого времени суток лесу.

Лилианна была готова сдаться, уснуть, но сила характера тревожно сигналила в мозгу последним маячком и не давала ей сомкнуть глаз. Однако затуманившееся сознание готово было пощадить девушку и дать ей желанный покой.

… Вначале ей послышались голоса, и Лилли подумала, что это ей снится или мерещится, но сквозь густую листву и частые стволы деревьев промелькнули отблески света – фонарей или факелов.

-Помогите! – Силилась закричать Лилианна, но рот её не слушался, парализованный слабостью.

Даже слёзы не потекли вслед за бессилием, и девушка вновь стала безвольной тряпичной куклой, потерявшейся в лесу.

Но вскоре, где-то совсем близко, затрещали ветки, и неподалёку принцесса смогла разглядеть тёмный силуэт мужчины. Послышался звук, характерный для мочеиспускания – видимо, тот уединился, чтобы «отлить».

-Помогите… - Попыталась как можно громче выдавить из себя принцесса, и на этот раз её услышали.

Мужчина испуганно выругался, но, не решаясь подойти, начал истошно кого-то звать:

-Граф! Граф, скорее сюда!

На шум подоспело много людей – все мужчины, но в темноте невозможно было разглядеть не их лиц, ни возраста, ни социального положения, да Лилли и не пыталась.

Свет от фонарей только мешал, но когда кто-то приблизился к ней, принцесса всё же смогла разглядеть его лицо – красивое, светлое, молодое…

-Кто вы и что с вами произошло? – Произнёс взволнованный приятный голос, как в тумане, сквозь забитые ватой уши.

Но Лилианна не успела ответить, проваливаясь в мягкую долгожданную перину небытия. Крепкие руки легко подхватили её хрупкое, озябшее тело, прижав к себе, согревая живым теплом. Всё тот же далёкий приятный голос давал чёткие распоряжения насчёт врача и кареты, тёплой одежды – Лилианна почти уже не слышала этого.

Она спала.

***

Молодой граф стоял перед дверью в гостевые залы, в своём собственном замке, и робел даже перед тем, чтобы просто постучать в неё. Но и уйти он не мог – во-первых, это было не вежливо, и он лично должен был убедиться, что с его случайной гостью всё в порядке. А во-вторых, он страстно жаждал увидеть её при свете дня, потому что даже вчерашней ночью, грязная и израненная, в порванной одежде, она показалась ему красивейшим ангелом, спустившемся ради него на грешную землю…

Поначалу граф понятия не имел, кто эта прекрасная незнакомка, но по прибытии в замок ему тут же доложили новости: потерялась Её Высочество Лилианна Элсон, самовольно покинувшая Королевский Дворец без эскорта охраны.

Не медля ни секунды после этого, как только принцесса оказалась в надёжных руках врачей, граф отправил ответное послание Правителю с точным описанием внешности девушки, и там вскоре подтвердили: это она.

Ошибки быть не могло. Графа поблагодарили за спасение Её Высочества, и сообщили, что утром за ней прибудет отец – граф Анедо…

…Ладонь, сложенная в кулак, сама коснулась тяжёлой двери – ровно три раза, чуть слышно.

-Войдите. – Раздался женский голос за ней, от которого по всему телу побежали мурашки.

Он вошёл, чувствуя, что робеет ещё больше.

-Доброе утро, Ваше Высочество…

Лилианна улыбнулась ему белоснежной улыбкой - боги, как же она была прекрасна! Смуглая кожа, тёмно-каштановые волосы, спускающиеся длинными крупными кудрями, тёплые карие глаза, окаймлённые чёрными густыми ресницами, прямой точёный носик…

-Я вижу, вы уже многое обо мне разузнали. – С нескрываемой грустью выговорила принцесса.

Она полулёжа сидела на огромной кровати с балдахином, прикрытая одним только одеялом, которое словно невзначай сползло с аккуратного смуглого плечика - да так, что скромные глаза графа то и дело возвращались к нему с робкой застенчивостью.

-Я должна попросить у вас прощения. – Скорбно произнесла Лилли, опуская глаза. – И сказать спасибо за своё спасение – увы, возможно, без вас я бы не пережила эту ночь…

-О, не стоит, это честь для меня! – Запинаясь, пробормотал граф, краснея ещё больше. – Ваше Высочество, я только боюсь, что недостаточно постарался для вас…

-Прошу вас, просто Лилианна… - Мило улыбаясь, попросила принцесса.

-Несказанно рад знакомству! – Воскликнул молодой граф. – Адриан.

Пауза.

-Ваше Высочество… Лилианна. – Вновь заговорил Адриан. – Ваш отец уже в пути. Уверен, скоро он будет здесь…

-Мой отец. – Тень печали омрачило прекрасное лицо девушки. – Должно быть, мне придётся несладко… Вам сказали, граф, как я оказалась в лесу, одна?

-Без лишних подробностей. – Адриан пытался быть учтивым и вежливым. – Но я думаю, что в свете последних событий, ваш отец будет только счастлив увидеть дочь живой и невредимой.

-Вы так думаете? – Живая мимика, сверкнувшие заинтересованные глаза девушки, всё более пленили графа, он страшно волновался, и всё же…

-Несомненно.

Вновь пауза.

Какое-то время они смотрели друг на друга чуть пристальней, чем осмелились бы в начале, но вскоре Адриан, чувствуя некую неловкость, не выдержал и продолжил:

-Я распорядился принести вам несколько платьев на выбор… Простите, но я не знаю ваш вкус. А ваша одежда, увы, безнадёжно испорчена.

Он говорил невпопад и Лилианне нравилось, как розовеют его белые щёки при каждом неловком слове. Адриан был ей симпатичен, весьма симпатичен…

-Благодарю вас, Адриан. И ещё раз прошу прощения…

-Для меня это несказанное удовольствие, Ваше Высочество! – На этот раз молодой граф даже перебил её, едва осознав это. – Прошу, мой дом – ваш дом. Я приглашу горничную, она поможет вам переодеться и привести себя