Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

И тут воздух в кабинете сгустился.

Высокий, крепкий черноволосый мужчина, сложив руки на груди, появился в центре кабинета. И если бы не тысячелетия холодной выдержки и королевского достоинства, Майрион бы вздрогнул.

Это был Анбейр, Правитель Истинных драконов. Тот, кто почти не вмешивался в дела Хранителей, но его слово было решающим, почти непререкаемым.

Майрион узнал его сразу, хоть до этого они виделись лишь однажды — где-то десять тысяч лет назад. Тогда интересы Хранителей и Наблюдателей сошлись в одном мире, и Майрион с Анбейром случайно встретились.

Черноволосый, со строгими чертами лица, смуглый, но крепче, как будто основательнее других Истинных драконов в человеческой ипостаси. У Майриона в голове пронеслась мысль, как же они все похожи… Если не знать, как на самом деле, этот дракон, что они казнили, и Правитель Анбейр могли показаться родственниками. Выглядел Анбейр лет на сорок пять по меркам стандартной человеческой расы. А на самом деле его возраст достигал пятидесяти тысяч коралийских лет — старше самого Майриона. И со смуглого лица на Правителя бессмертных смотрели мудрые, спокойные и строгие янтарные глаза.

Два Правителя молча кивнули друг другу — формальные торжественные приветствия были им ни к чему. И повисло молчание.

— Хочешь войны, дракон? — с горечью спросил Майрион наконец, когда тишина стала гнетущей. Увиливать, делать вид, что не понимает, почему пришел Правитель Истинных, было глупо, бесполезно… Вступи они в ментальный поединок сознания и воли — и Майрион проиграет, он понимал это.

— Нет, — жестко усмехнулся Анбейр. А Майрион с раздражением подумал, что все эти Истинные драконы часто усмехаются — жестко, цинично. Так, словно знают нечто ему, уалеолеа, не доступное. Словно внутри у них есть козырь, благодаря которому они всегда переиграют противника. Вот и Аргоах усмехался… даже перед смертью. Сгорал на медленном огне, тлел в магии уалеолеа и усмехался.

— Нет, — снова усмехнулся Анбейр. — Я всего лишь пришел попрощаться. Истинные драконы покидают эту Вселенную. Мы подали запрос наверх и получили позволение уйти туда, где мы будем нужнее.

На мгновение Майриону показалось, что ему дали пощечину. Все что угодно… Он ожидал конфликта, может быть, даже войны. Но не этого. Они всего лишь уходят… Они?! Уходят?! А как же баланс, как же целостность Вселенной, о которой они так пекутся?!

— Почему именно это? — спросил он, стараясь сохранить в голосе достоинство и холод.

Анбейр внимательно посмотрел на него.

— Помнишь, Наблюдатель, как мы пришли в эту Вселенную? — спокойно, но жестко ответил Анбейр. — Да, понимаю, ты не можешь помнить этого сам. Ты еще слишком молод. Я тоже не помню. Это произошло около двух сотен тысяч ваших лет назад, когда я еще не родился. Но Истинные драконы хорошо хранят память, как и уалеолеа, — еще одна тонкая усмешка скривила губы Правителя драконов. — Уж среди вас то должны были остаться если не те, кто присутствовал при этом, то те, кому предки передали прямое знание.

И Майрион не выдержал, опустил глаза. Да, Анбейр прав…

— Тогда, — продолжил Анбейр, не отпуская его взглядом, — вы, посланные в материальные миры, молили Высших помощи в сохранении баланса. Вы наблюдали, следили за законами, но, как назойливые мухи, вам все время мешали колебания, что возникали тут и там и сдвигали баланс. И вы просили избавить вас от этого. И Высшие ответили — договорились, и мы явились из другой Вселенной вам на помощь. Помнишь легенды? Как вы встретили нас?

Майрион покачал головой. Конечно, он не помнил. Но знал, о чем рассказывали ему предки и старейшие из уалеолеа.

— Вы были безмерно благодарны, вы с распростертыми объятиями встретили наш народ, что пришел вам на помощь, — жестко сказал Анбейр. — И вы не вмешивались в дела Хранителей, вы дали нам особые привилегии, ведь сохранение баланса может иной раз войти в противоречие с вашими законами. А что теперь? — Правитель драконов пристально смотрел на Майриона, словно давил взглядом. — Вы засудили одного из нас за то, что он выполнил свой долг! За то, что он восстановил пошатнувшееся равновесие! Именно засудили, ведь можно оспорить даже насколько он нарушил законы! Впрочем, — Анбейр усмехнулся, — мне не до этого. Не до того, чтобы копаться в ваших законах и принципах их исполнения. Вы подвергли его самой унизительной и мучительной смерти!

— Аргоах и сам признал свою вину и позволил свершиться правосудию, — сказал Майрион, но каждое слово дракона жгло его внутри, как раскаленным железом. Как то пламя, что сожгло его дочь. Или жар, разъевший огромное тело Аргоаха.

— Признал, чтобы свершилось должное, — ответил Анбейр. — Вы казнили, возможно, лучшего из нас… Того, чьи замыслы не понимал даже я — пока не пришло время осмыслить его смерть. Я знаю, ради чего он умер. Ты знаешь это, уалеолеа?

Майрион отрицательно покачал головой.

— Он умер, чтобы однажды наша Вселенная миновала ту точку общего дисбаланса, что все мы видим на Кольце, — грустно усмехнулся Анбейр. — Мы все ее видели. Но лишь он понял, в чем причина грядущего хаоса… И только он разгадал, как его предотвратить. Ради этого теперь уйдем и мы. А если он был не прав, что ж, мы уходим хотя бы, чтобы выполнить его последний, величайший замысел. А ты, — Анбейр покровительственно улыбнулся Майриону, — можешь считать, что мы обиделись и ушли в другую Вселенную. Нам с вами и верно слишком тесно в одной…

— Предпочитаю знать истину, — Майрион нашел в себе силы ответить прямым и пристальным взглядом. — Анбейр, послушай… — Майрион впервые назвал Правителя Истинных по имени. — Еще все можно изменить… Вы можете остаться… — гордость и антипатия к драконам как будто волной отхлынула из души. Правитель бессмертных был готов просить. Нет, он готов был умолять!

— Нет, — одним краем губ улыбнулся Анбейр. — Мы уходим туда, где нужнее. Где мы принесем пользы больше, чем вреда. А вы останетесь нести свое новое бремя, пока Высшие не сочтут, что вышел срок. Прощай, Майрион, — в строгом непроницаемом лице дракона появилось нечто отдаленно похожее на тепло. — А когда выйдет срок, приходите к нам. Возможно, иная Вселенная окажется достаточно большой, чтоб вместить и нас, и вас…

«Это значит — приходите мириться», — подумалось Майриону, и он устало вздохнул. Сколько унижения, сколько мук совести и боли он еще может вместить?! Он устал, просто устал от осознания всего. Теперь он готов принять что угодно. Ведь это не последний гость в его замке —