Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

думайте! — прикрикнул Управляющий. Кулаки его сжимались, постукивали по коленям. — Остальные ведь только с Накопителями работают. Закинули особь в растопку — ж-жух — и подзарядились. У меня же задача совершенно другая. Вывести новый вид Защитников! Это вам не шуточки. Я более тонко изменился, чем остальные. Можно сказать, я почти к Отцам приблизился! Представляете?

Голос его снова стих.

— Когда меня нашел т-импульс Отцов, я влачил свои дни в одном из департаментов при министерстве. Никчемный клерк, не в силах даже накопить на приличный дом. Да… С женой-неумехой, без детей. Полный ноль, если быть откровенным. Признаться, это меня немного смущало, но я всегда чувствовал, что могу достичь невероятных высот, недоступных обычному смертному. И, не поверите, достиг. Всего-то надо было иметь определенный набор хромосом! Хоп — запустилось ген-изменение. А дальше все как по маслу. Опустим всякие мелочи вроде оптимизации мыслей и физиологического моделирования. Главное — это подсоединение к Системе! Сегодня вам на краткий миг удастся почувствовать, что это такое. Вы ведь не возражаете?

Бельгийка возражала изо всех сил. Еще больше требовалось, чтобы не сдвинуться с места.

— А хотите, я вам покажу, что вас ждет? — спросил Управляющий, сверля Мари пламенным взглядом. Ответа, конечно же, не получил.

Что сделал старик, девушка не поняла. Но каменная полусфера на потолке вдруг стала прозрачной. К ней из головы и солнечного сплетения Управляющего потянулись тонкие лиловые дымки. Вместе с тем комната стремительно расширилась до размеров футбольного поля, мимо пролетели контуры стен и десятки комнат-ячеек, где находились призрачные тени. Мари показалось, что ее сознание взрывается мелкими осколками и становится ничтожной частичкой чего-то… невозможного, бездушного, но живого… Бункера, действительно оказавшегося пирамидой. Мозг не воспринимал визуальную картинку, он словно стал вдруг всевидящим и всезнающим в пределах этой пирамиды. Время потеряло свой счет, девушка даже перестала дышать. Она потонула в величии и мощи комплекса, назначение которого оставалось для нее загадкой. Кажется, вскрикнула от неожиданности, но вряд ли была услышана — старик всецело отдался контакту с полусферой. Его лицо буквально излучало восторг, губы расползлись в знакомой уже идиотской ухмылке. Противясь, хотя и не зная чему, Мари невольно осознала, что также дрожит от счастья.

Истинные размеры Бункера угнетали воображение. Даже один его уровень, отделенный от остальных иссиня-черными пятнами какого-то вещества, оказался невероятно большим. За гранями пирамиды шевелилось бесцветное пламя. Оно пахло — не выглядело и не воспринималось, а именно пахло — влажной после дождя сиренью. От него тянуло бесконечностью и молчаливой угрозой — наверняка система защиты. Пространство вне было совершенно черным, никаких светильников. Однако в нем проступали скопления разноцветных точек (некоторые двигались), расположенные идеальным кругом. От них к Бункеру текли мириады паутинок, завивались в более плотные нити, растворялись в стенах. Здесь, между каменными блоками, ползла цветастая ткань, образованная паутинками и нитями. Она обволакивала грани пирамиды, бежала вверх, к острой вершине, где свивалась в плотный кокон с центром в красной сфере.

С ленцой пришла мысль о чем-то важном. Мари некоторое время не понимала, где находится и что происходит. Затем кое-как припомнила слова Конвоира. А ранее что-то говорил Давид…

Растворяться сознанием в утробе каменного исполина было необычайно приятно. Где-то вдалеке осталась физическая оболочка, теперь ненужная. Словно лезвием гильотины отрубило все проблемы и страхи. Стало уютно, как у мамы под сердцем. Как в те дни, когда еще не родилась. В теплом чреве, досыта накормленная пуповиной…

Мари соединялась с Бункером, становилась его частью. А он становился ею — бездумный гигант, направленный вершиной куда-то в вечность. Маленькая испуганная девушка, заблудившаяся в темноте среди злых мужчин. Живая плоть и камень. Незримый сгусток энергии, танцующий в граните.

Серая тень в одной из комнат-ячеек вдруг потянулась к ней. Хлестнула колкая молния. Иди сюда — я тебя съем! Что-то потащило девушку вниз. Там было очень страшно: вместо парения и теплоты из камня оскалилось небытие. Тень призывала ее к себе. И в планах тени были явно недружественные отношения.

Мари могла бы закричать, если бы имела тело. Заметалась в ужасе, осознав, что бесплотна и превратилась в одну из резвых паутинок. Обреченно подумала, что умирает. И в тот же момент, перед смертью, вспомнила.

Я должна понять, что здесь происходит. «Ищи большую красную сферу». Вокруг творится странное. «Мне больно говорить об этом, но человечество погибло…» Надо сделать так, чтобы Система Инкубатора не смогла работать…

— Жаль, что вы не в силах оценить этой красоты, — сказал Управляющий. В похожем на кресло образовании прямых линий полулежала его тень противной серой окраски. Несло от него как из помойной ямы: подлостью, похотью и смертью. — Очень жаль, милочка. Наверное, видите только черноту, отчего вам искренне соболезную. Вы не изменились до конца. Вас потому и отобрали — благодаря генетическим мутациям особи из Четвертого сектора частично невосприимчивы к колебаниям т-энергии. Ах, знали бы вы, как это прекрасно — чувствовать единение с Системой! Забываешь обо всем, даже атрофированные остатки человека в тебе умолкают. А хотите посмотреть, насколько прекрасен процесс инкубации?

Сознание стремглав полетело сквозь пространство. Комнаты-ячейки, тени в них, паутинки и разноцветные точки снаружи слились в беспорядочно разбросанный калейдоскоп. В его хаотической неправильности действительно было что-то завораживающее. Но в самом полете было мало приятного. Мари твердила себе: «Выбраться отсюда! Сфера! Выбраться отсюда…» — и за те крошечные отрезки секунды, пока Управляющий тащил ее куда-то на экскурсию, уже в который раз пожалела о своем решении забраться в Бункер. Она уже рассталась с надеждами осознать себя в физическом теле и возносила молитвы к Богу, в которого не верила, чтобы все поскорей разрешилось.

— Замечательно — мы успели! Как раз заканчивается первый этап, — прокомментировал Управляющий. — Некоторые называют его фаршировкой.

Внизу, в одной из комнат-ячеек, на каменном столе находилось размытое ярко-желтое пятно, очень теплое. С выпуклого потолка к нему тянулись разноцветные паутинки. Тоненькие, они утолщались, перевиваясь там, где у пятна были напоминающие руки, ноги и голову отростки. Чуть выше соединения отростков-ног кружился мелкий красный шар.

— Вам повезло, милочка, — промурлыкал Управляющий. — Вы станете свидетельницей зачатия новой жизни.

К пятну приблизилось другое — темно-синее. Крупное, с более массивными отростками. Мари ощутила, что веет от него как от старика — похотью и злостью. Вместо красного шара оно обладало ядовито-зеленым треугольником.

— Замечательно! — заметил Управляющий, когда темно-синий силуэт навалился на желтое пятно.

Мари с отвращением поняла, что там, внизу, бесстыже раскинув ноги, лежит неподвижная Лиза. И делит каменный стол с нею кто-то из тех, кого программировали в Комнате Развлечений.