Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

Романов. — На этом все. Людмила, девушка, которую ты мог видеть сидящей за столом возле входной двери в мой кабинет, проведет тебя к твоему рабочему месту и введет тебя в курс дел, которые требуют твоего непосредственного внимания, — сделал он акцент на этих словах, бросив косой взгляд на замершую за моей спиной Ирэн. В глазах самой девушки, несмотря на всё, плясали бесенята, готовые в любой момент выпрыгнуть. Она ярко показывала то, что оказалась права насчёт того, что я не «обычный граф». — Желаю удачи в новой должности, — он широко улыбнулся и протянул мне руку.

— Ага, спасибо. И тебе. В старой… — буркнул я, отвечая на рукопожатие. Будучи уже возле дверей, я обернулся и сказал: — Доклад Волконского, если он все же решится к тебе явиться сегодня, не принимай. Придержи его до совета министров, Миша.

— Почему? — удивился венценосный моей просьбе.

— Потому что так сказал Канцлер Российской империи, — хмыкнул я и вышел из рабочего кабинета главы государства под ошалевший взгляд последнего.

Глава 13

— Господин Канцлер, на следующей неделе у вас встречи с представителями иностранных государств, — на ходу рапортовала Людмила, пока вела нас с Ирэн в рабочий кабинет моего предшественника.

— Отмени, — отмахнулся я.

— Э… — подвисла девушка, отчего слегка сбилась с шага. — Ладно, — она что-то пометила в своем планшете, который удерживала в своих руках. — Там…

— А я здесь, — перебил ее.

— Просто…

— Если просто, тогда сами.

— А будет…

— Не будет ни минуты свободного времени, — хмыкнул я, чувствуя, как девушка-гвардеец Романовых начинает закипать.

— Как вы можете так халатно относиться к своим обязанностям⁈ — встав на месте, Людмила топнула ножкой. — Вы же Канцлер! Второе лицо Российской империи после Его Императорского Величества!

— Поэтому и могу, дорогуша, — открыто улыбнулся я. — У меня слишком много дел, чтобы распыляться на что-то незначительное.

— Вы считаете встречу с послами иностранных государств незначительной? — искренне удивилась девушка.

— В данный момент времени — да, — легко ответил я. — Сейчас необходимо разобраться с проблемами внутри нашей необъятной страны, а не думать о том, как угодить кому-то из-за рубежа. К тому же эти вопросы способен решить министр иностранных дел, князь Волконский. Пусть поработает на благо империи. Пока может…

— Вы собираетесь снять его с должности? — любопытство Людмилы начало меня утомлять.

— Проведите меня в мой кабинет, дорогуша, — наиболее нейтральным тоном голоса попросил я, оставив вопрос девушки без ответа.

Девушка-гвардеец фыркнула и двинулась дальше. Переглянувшись с Ирэн, мы последовали за ней. Людмила мчала по витиеватым коридорам императорского дворца, проносясь как ураган через встречающиеся нам залы.

В коридорах было довольно-таки многолюдно. Слуги, гвардейцы, клерки и аристократы — практически все слои общества встречались у нас на пути. Любопытно, что многие из них предпочитали либо убраться с дороги, скрывшись в одном из ответвлений коридора, либо обозначить поклон, приветствуя меня.

В какой-то момент мы вышли в небольшой холл с единственной массивной дверью в его конце. Рядом с ней стоял «Г»-образный стол с компьютером на нем. Людмила подошла к нему и, повернувшись ко мне лицом, проговорила:

— Мы на месте, Ваше Сиятельство, — бесстрастно буркнула девушка. — Ваш кабинет за моей спиной, — она села в кресло за столом возле двери и добавила: — Дайте знать, если вам что-то понадобится.

— Разве вы не вернётесь к рабочему кабинету Михаила? — подняв бровь, спросил я.

— Нет, Ваше Сиятельство, — широко улыбнулась Людмила, понимая, что ей удалось меня удивить. — Император назначил меня вашим секретарем.

Я нахмурился. Вслед за мной нахмурилась Ирэн. Наши хмурые лица отчего-то не понравились секретарше, и она отшатнулась, но было уже поздно. Рядом с Людмилой появилась Кей и заглянула ей в глаза. Секунда, и девятихвостая лиса выносит свой вердикт:

— Она чиста, но это не помешает ей сливать информацию о наших темных делишках Мишке или его мамочке, — фыркнула кицунэ, теряя интерес к подопытной. — С колечком все в порядке, — она бросила в меня перстень Канцлера и с хлопком исчезла.

Надев аксессуар на мизинец правой руки, я недобро взглянул на Людмилу, вжавшуюся в спинку рабочего кресла. Сейчас она походила на нашкодившего котенка, которого будут наказывать. Но она ведь еще ничего не совершила, верно?

— Так как тебя моим секретарем назначил император, снять тебя с этой должности может лишь он, — мой тон был холоден как лед, присущий вышеупомянутому Романову. — Однако тебе, дорогуша, следует уяснить один момент: никто из императорской семьи не должен знать о моих делах ничего до того момента, пока я не решу иначе.

— Со всем уважением, я Слуга Рода Романовых! — девушка вскочила со своего кресла и гордо выпятила свою скромных размеров грудь. — Я не могу идти против воли своих господ.

— Главой Рода сейчас является Михаил. Я поговорю с ним, чтобы он не донимал тебя по поводу моих успехов на должности Канцлера, — твердо заявил я. — Если иной представитель императорской семьи будет давить на тебя, интересуясь моими делами, то ты заявляешь, что Михаил запретил тебе распространяться, после чего докладываешь об этом мне. Поняла?

— Поняла, Ваше Сиятельство, — Людмила смиренно усадила свою пятую точку обратно в рабочее кресло. — В таком случае…

— В таком случае я не стану делать акцента на том, что мой фамильяр считал твою волю за считанные мгновения, — слуга Романовых, побледнев, поджала губы. — Ещё есть что-то сказать?

— Есть, — затравленно бросила девушка, после чего взяла со стола папку с документами и сунула ее мне в руки. — Это краткие сведения по кандидатам, которые отобраны на должность министра здравоохранения и лекарского дела. Вам предстоит определиться с тем, кто займет этот пост, отсеяв остальных.

— А разве не император лично назначает министров? — удивился я.

— Еще до вашего приезда он сообщил, что вы сами выберете наиболее подходящего человека на эту должность, — пожала плечами Людмила, не поднимая глаз.

Судя по всему, Михаил решил полностью положиться в кадровых вопросах высокого уровня на меня. Если взять в учет тот факт, что ему необходимо, дабы я нашел предателей и потенциальных заговорщиков, становится очевидным, что венценосный сам не знает, кому можно доверять.