Фантастика 2025-51 - Антон Лагутин

я и села за столик, придержав юбки из лёгкой голубой ткани. – Занятно. Летом этот напиток пользуется большим спросом, но постоянный поклонник у него только один. Мистер Калле, слышали ли вы о таком художнике?

– Вот так совпадение! – неподдельно удивился мистер Юстин, и его мышиные глаза-бусины заинтересованно заблестели. – Знаете, леди Виржиния, я ведь хотел с вами именно о нем поговорить, да. Тут слухи такие ходят, будто бы с этим мистером Калле дружбу водите?

– На что вы намекаете, мистер Юстин? – Я продемонстрировала фамильный «ледяной» взгляд Валтеров, хотя про себя посмеивалась. Дёрганный, говорливый гость действительно был презабавен – неудивительно, что даже Мадлен не смогла злиться на него долго.

– Ох, боже правый! Ничего такого, клянусь… э-э… памятью моей матери!

Тут я нахмурилась уже вполне искренне.

– Кажется, ваша достопочтенная мать ещё жива, мистер Юстин. Или я ошибаюсь?

– Нет-нет, живехонька. Только память у нее один день есть, другой нету, так что для меня она дороже всех сокровищ.

– То есть, то нет… Вы часто клянетесь и редко держите клятвы? – строго произнесла я и, отметив, что мистер Юстин наконец-то смутился, улыбнулась: – Это была шутка.

– И жестокая, леди Виржиния, – нервно рассмеялся он. – Ну, так что со слухами – врут или нет?

– Не врут. – Я и бровью не повела. – Мистер Калле – давний клиент «Старого гнезда» и мой добрый друг. А почему вы спрашиваете?

– У меня к нему дело есть. Надеюсь вот, что вы поспособствуете, так сказать, – откровенно признался мистер Юстин. – У сэра Харрингтона свадьба скоро. А он у нас везунчик, каких мало – выигрыш за выигрышем, каждый третий – точно его. Но все деньги он, видите ли, клубу отдает, – хитро улыбнулся председатель. – Так что мы тут посоветовались и решили ему подарить кое-что, что за деньги вроде как не купишь.

– И что же это?

– Да художника вашего, – заговорщически подмигнул Юстин. – Генри всё мечтает свою невесту увековечить на портрете, а этот самый Эрвин Калле ищет себе модель благородную. Так почему бы их не свести?

Я с деланным сомнением покачала головой:

– Не могу обещать, что портрет потом достанется сэру Харрингтону. Многие картины мистер Калле оставляет в своей галерее, другие выкупаются на традиционных аукционах. Без очереди может приобрести картину лишь Королевский музей.

– В том-то и вся соль, леди Виржиния! – азартно откликнулся Юстин. – Мы подарим ему то, что подарить невозможно – картину самого Эрвина Калле. Так вы поможете нам, а? – подался он вперед. – Замолвите словечко перед художником?

Согласиться сразу? Пожалуй, нет. Да и разговор с Георгом навел меня на некоторые мысли… Я опустила взгляд и кокетливо улыбнулась.

– Мистер Юстин, в газетах пишут, что вы заинтересовались океаническими перевозками с Нового Континента?

– Предположим, – насторожился он.

– А я весьма заинтересована в редких сортах кофе и специй и как раз ищу компанию по перевозкам… – я многозначительно умолкла. Некрасивое лицо мистера Юстина озарилось светом понимания. Такой разговор был уже понятней.

– Соглашение, ведущее к взаимной выгоде для сторон? – довольно ухмыльнулся делец. Облик его словно окутался волшебной вуалью Гармонии, как в старинных мифах. Вот что значит оказаться в привычных условиях! – Что ж, обсудим подробности…

–…обменявшись деловыми письмами, – улыбнулась я. – Позднее. В этой кофейне не принято говорить о делах. А мне нужно теперь написать мистеру Калле и обрадовать его новостью о том, что модель для его картины наконец-то нашлась.

Только произнеся это, я осознала внезапно, что не знаю, сумел ли Эллис уговорить художника. Мистер Калле мог и заупрямиться. Всё свободное от расследования время он пропадал в мастерской. Мои обороненные невзначай слова о портрете Патрика Мореля упали в благодатную почву. Эрвин сделал уже множество набросков, а неделю тому назад обрадовал меня новостью о том, что приступает уже к картине.

Захочет ли он прервать эту работу, чтобы увековечить на холсте ту, которая, возможно, стала причиной смерти его друга?

–…леди Виржиния?

– О, простите, я, кажется, немного задумалась, – беспечно улыбнулась я озадаченному мистеру Юстину. – Не могли бы вы повторить?

Многие собеседники растерялись бы от такого поворота, но только не Юстин.

– Э-э… Вы вроде театром интересуетесь, леди Виржиния, – просто ответил он. – А у меня, вот совпадение, ложа в театре выкуплена. Очень удобная, представьте себе. Сцену замечательно видно. Может, как-нибудь… э-э… соизволите посетить?

Мне стало смешно. Это что, попытка назначить свидание мне?

– Я бы с удовольствием, мистер Юстин, но у маркиза Рокпорта тоже есть своя ложа в Королевском театре, – с видимым сожалением покачала я головой. – Боюсь, он будет огорчен, если я не воспользуюсь ею, когда мне вздумается почтить вниманием новую пьесу.

– А кто этот маркиз Рокпорт? Ваш заботливый дядюшка? – Чёрные глаза подозрительно заблестели. – По правде сказать, я во всяких хитросплетениях – пень пнём, леди Виржиния.

– Нет, мы не родственники. Он мой жених. Однако прошу меня простить, – одарила я растерянного дельца виноватой улыбкой. – Сэр Корнуэлл с супругой почтили своим присутствием «Старое гнездо». Мне следует поприветствовать их.

– Э… Конечно. Значит, в театр вы не пойдёте? – сделал последнюю попытку мистер Юстин.

– Нет. – Улыбка моя стала сладкой. – Жду от вас делового письма по поводу поставок с Нового Континента.

С четой Корнуэлл я заговорила, пребывая в самом прекрасном настроении. Давненько мне не случалось так развлекаться!

О том, что беседа между сэром Харрингтоном и Эрвином Калле прошла удачно, я узнала из третьих уст, от леди Клэймор. Она поблагодарила меня за содействие и выразила удивление тем, как заинтересовался мною мистер Юстин. Я отшутилась, но подумала, что мне стоит на несколько дней уехать из Бромли на случай, если удачливому дельцу вздумается вновь посетить кофейню в ближайшие дни. Весьма кстати подвернулось сообщение управляющего. Он уведомил меня, что в отделке загородного особняка появилась небольшая заминка и требуется моё личное присутствие. Поэтому в понедельник я приказала Магде собрать вещи в дорогу, Лайзо – готовить автомобиль и, оставив кофейню на Георга, ранним утром вторника отправилась в путь. Все равно присутствие моё в городе не требовалось. Эллис так и не появлялся, увлеченный тайной леди Тайны – хорошенький каламбур! Мистер Калле приступил к работе над портретом будущей леди Харрингтон. В