Очень рождественский матч-пойнт - Анастасия Уайт

Анастасия Уайт

Очень рождественский матч-пойнт

Тропы:

Рождественская новелла

Спортивный романс

Игроки хоккея теннисистка

Снежная ловушка (герои оказываются запертыми вместе из-за снегопада)

Вынужденная близость

Острота

Зачем выбирать? (Обратный гарем)

Для тех, кто хочет пропустить особо пикантные сцены,

или для тех, кто хочет сразу перейти к ним.

Как вам будет угодно.

Здесь свободная зона от судей...

Глава 5.

Глава 8.

Глава 10.

Глава 12.

Глава 14.

Бонусная глава 2.

Для тех, кто научился беречь своё сердце, но всё равно чувствует глубоко и выбирает любовь, даже когда она пугает.

И для читателей, которые (тайно или нет) мечтают быть обожаемыми, боготворимыми и безвозвратно покорёнными двумя горячими хоккеистами… я написала эту книгу для вас.

Любоў прыходзіць рэдка, але назаўжды*.

*Любовь приходит редко, но остаётся навсегда.

Глава 1

Не хоккеистов

Яна

— Как только Роузи сказала мне, что видела здесь парней из «Калифорнийских Громов», я поняла, что мы должны это попробовать, — говорит Хлоя, толкая пассажирскую дверь.

— Я всё ещё не понимаю, что в этом такого привлекательного, — бормочу я, выбираясь из машины.

Скривив губы, она сужает на меня свои карие глаза с зеленоватыми вкраплениями.

— Разве ты не знаешь одного парня из команды? Роуэна?

— Романа, — поправляю я её.

— Семантика. Важно здесь то, что ты знаешь одного из них. Если нам повезёт, и они будут здесь сегодня, ты сможешь меня представить. — Подмигнув, она закидывает прядь тёмно-каштановых волос за ухо. — Готова идти?

— Ага. — Я выдавливаю небольшую улыбку и окидываю взглядом переполненную парковку.

— Отлично.

Я обхожу машину и направляюсь к стейк-хаусу. Гирлянды из мерцающих рождественских огоньков, протянутые между пальмами, освещают улицу — праздничное настроение по-калифорнийски.

Хлоя берёт меня под руку, болтая о деталях, которые её коллега рассказала ей об этом новом месте. Я слушаю вполуха, наслаждаясь лёгким морозцем зимнего воздуха. Декабрьский ветерок пробирается под мой незастёгнутый чёрный запашной плащ и бежевый кашемировый свитер, напоминая о приближающихся праздниках.

Я навещала семью в Беларуси несколько лет назад на Рождество, и хотя там было холоднее, чем здесь, зато хотя бы был снег.

Ох, как же я жду свою одиночную поездку на озеро Тахо. Провести несколько дней в домике в лесу, наслаждаясь свежим снегом. Это именно то, что мне нужно, прежде чем я уеду в Австралию.

Хлоя упоминает свою маму и о том, как та помогала ей готовиться к ужину по FaceTime, но мои мысли далеко. Они всегда далеко в последнее время. Но я не говорю об этом с ней. Я не говорю об этом ни с кем, кроме моей команды и родителей. Проще держать все свои проблемы взаперти внутри.

Я должна была быть в Дохе в ноябре, выходя на корт на Итоговом турнире WTA. Одна из восьми лучших теннисисток мира. Мечта, ради которой я работала всю жизнь. Но я снялась с турнира.

Официально моя команда сослалась на тендинит.

И моё запястье действительно было в ужасном состоянии.

Но и я сама была в ужасном состоянии. Выгоревшая, опустошённая, в состоянии спада. И никто кроме моей команды этого не заметил. Мои подруги продолжали зацикливаться на вечеринках, нарядах и парнях, которыми они увлекались в тот или иной момент. В обычное время я бы ценила такое отвлечение от постоянных тренировок, игр и соревнований.

Но после того, как я снялась с турнира в Дохе, я замкнулась в себе. И всё же только моя семья спросила, что происходит.

Моим ответом стало отстранение. Это первый раз, когда я куда-то выхожу с тех пор, и, учитывая, как легко я раздражаюсь, боюсь, что совершила ошибку.

Стыдно признать, но спустя шесть месяцев после расставания я всё ещё не могу смириться с ним. Мне двадцать четыре. Пора взрослеть и двигаться дальше. Хотя, возможно, я не могу отпустить это из-за того, как всё произошло. Быть обманутой в своей собственной квартире — в своей собственной постели — это унизительный опыт.

— Ты меня вообще слушаешь? — спрашивает Хлоя, и её тон настолько внезапен, что я даже пошатываюсь.

Я трясу головой и сосредотачиваюсь на ней.

— Извини. На минуту зависла.

Она останавливается в нескольких шагах от входа в ресторан, на её лице застыла лёгкая гримаса недовольства, а глаза пристально смотрят на меня.

— С тобой всё в порядке? Я не хотела донимать тебя вопросами, пока была в Сингапуре, но сейчас жалею, что не спросила, почему ты снялась с турнира WTA.

Я выдавливаю улыбку, мои губы дрожат. Была причина, по которой я согласилась на её приглашение поужинать. Изо всех моих близких друзей в США я больше всего ценю общество Хлои. К тому же, она напоминает мне мою лучшую подругу детства Карину, которая до сих пор живёт в Беларуси. Хлоя — мой любимый человек здесь. Я должна вести себя соответственно, потому что она не заслуживает моего дурного настроения.

— Бывало и лучше. — Я пожимаю плечами. — Но я в порядке. У меня есть немного времени на отдых, чтобы подготовиться к Открытому чемпионату Австралии.

Физически? Я готова. Ментально? Даже не близко. Тревога, поселившаяся в глубине моего желудка после того, как я застала Эдди с его любовницей, до сих пор не утихла. Как и чувство стыда. Даже с помощью моего терапевта, доктора Ллойд, мне предстоит долгий путь.

На нашей последней сессии она сделала очень хорошее замечание. Она сказала: «Я знаю, тебе стыдно, но я хочу, чтобы ты на мгновение остановилась и спросила себя: что ты сделала не так? Ты доверилась человеку. Ты впустила его в свою жизнь и свой дом. Это не слабость и не глупость. Стыд принадлежит не тебе, а только тому, кто разбил твоё сердце».

И всё же я не могу отделаться от стыда, который приходит с осознанием того, что я не заметила признаков. И я не могу перестать задавать себе вопросы вроде: «А что, если бы я была другой?» или «Что, если бы у меня было больше свободного времени?»

— Яна? — Тихий голос Хлои возвращает меня в реальность.

Я снова сосредотачиваюсь на ней и делаю глубокий вдох.

— Извини. Я не хочу испортить тебе вечер. В последнее время кажется, что это всё, что я умею.

— Перестань. — Она дёргает меня за рукав. — Я люблю тебя, подруга.