Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

с документами и швырнула их на часть стола, за которой сидело одиннадцать министров. По «чистой случайности» она упала в нескольких сантиметрах от массивных ладоней князя Оболенского.

Министр внутренних дел не растерялся и сразу сграбастал компромат в свои ручища, чтобы начать с ним ознакомляться. С каждой секундой чтения его лицо багровело. В это же время остальные министры с непониманием глядели то на графа Ермакова, то на Ирэн, то на императора.

В отличие от остальных, венценосный беспристрастно взирал на происходящее в большом зале совещаний. Мерно барабаня пальцами по дубовой поверхности стола, Михаил даже не бросил краткого взгляда на папку с документами, которую схлопнул, повторив жест заместителя Канцлера, князь Оболенский.

— Сами того не заметили, как двух змей на груди пригрели, — резко бросил министр внутренних дел.

— Скажете что-нибудь, Александр Владимирович, в свою защиту? — наконец заговорил император голосом, полным льда.

— Я не мог пойти против слова Канцлера, — сглотнув горькую слюну, тяжело произнес министр экономики.

— Ложь! — громко стукнув по столу, рявкнул император. — Достоверно известно, что вы продолжаете сотрудничать с Родом Шереметьевых! Даже после того, как Евгений Афанасьевич отошел от дел, вы продвигаете производства, которыми он владеет, для инвестиции имперских средств! — венценосный явно показал, что ознакомился с содержимым папки Ирэн еще до того момента, как совет собрался. — И что-то я не замечаю полезного выхлопа для нашего государства!

— Вместо того, чтобы обратиться ко мне, вы решили потакать требованиям преступника, — зло прорычал князь Оболенский. — Думаю, я бы смог придумать, как прижать Шереметьева за такую наглость.

— В вашем ведомстве тоже не все гладко, Дмитрий Степанович, — покачал головой император. — Но об этом позже, — резко взмахнул рукой Михаил и в помещение вошли два гвардейца его Рода. — Александр Владимирович, вы сняты с должности министра экономики. Охрана проводит вас в ваши новые покои.

Когда руки романовцев коснулись плеч притихшего графа Ермакова, тот взъерепенился. Резко вскочив, он активировал Дар и атаковал гвардейцев. Не сумев причинить им маломальского вреда, тем не менее, ему удалось растолкать их в стороны. Граф с гневом зыркнул на место, которое занимала Ирэн. Вот только девушки там уже не было, а в следующую секунду на его шее замкнулся ошейник, а Дар тут же погас.

— Что это⁈ — взревел он, пытаясь разорвать свой новый аксессуар. — Чтобы меня, как жалкого раба!

— Увести, — повелительно взмахнул рукой император, и романовцы схватили разбушевавшегося графа под руки и вывели его из зала совещаний.

Стоило гвардейцами сдвинуть тело уже бывшего министра экономики, всем остальным стало видно, что все это время за его спиной стояла Ирэн, глаза которой, словно сама ночь, поглощали любой свет. Разведя руки в стороны, она вымолвила:

— Ну что, господа, вы позволите мне указать вам на недостатки вашей работы?

Министры все как один вздрогнули, пытаясь вспомнить, где они могли превысить свою власть, а в глазах смотрящего на это Михаила Романова скользнула искорка безумия. Довольного безумия…

Глава 15

— Саня, со всем уважением, но чей мальчишник мы сегодня правим? — уже изрядно осоловевший подошел ко мне, стоящему у мангала и следящему за приготовлением мяса, Игнат. — Не сгорит твой шашлык, если ты от него оторвешься и пропустишь с нами рюмочку, ну!

— За рюмкой обычно следует стаканчик, — философски хмыкнул я и, перевернув мясо на мангалах, бросил: — Пошли.

Ничего экстраординарного придумывать я не стал, так что собрались мы всей мужской гурьбой на территории моего имения, когда дамы отправились в театр. Обе невесты в самом деле посчитали, что это будет лучшим времяпрепровождением, чтобы не отвлекать нас, мужчин. Что ж, это их выбор. В любом случае вместе с ними отправились практически все «Дети Тени», так что в экстраординарной ситуации они смогут постоять за себя или, как минимум, дождаться подмоги, которой буду являться я.

«Но все равно, неспокойно как-то», — чувствуя тяжесть в груди, подумал я.

— Чего такой серьезный, босс? — вырвал меня из мыслей веселый голос Ивана, который был сегодня «на разливе».

— Оставь его, Ваня, — махнул рукой на водителя Зубинин. — Господин теперь является Канцлером, вот и занята его голова вопросами государственной важности.

Впервые за долгое время командир гвардии позволил себе расслабиться. Из-за выглянувшего солнца лысая голова мужчины блестела, а стакан пива в его руках покрылся проступившим на стекле конденсатом.

— Полагаю, Ирэн прекрасно справится в отсутствие Сашки, — протягивая мне бокал с темным пивом, проговорил Скворцов. — Прости, рюмочку было решено пропустить сразу. Да и пивом напиться труднее. Вдруг что, а мы не в кондициях…

Благодарно кивнув своему другу, принял бокал и сделал из него три больших глотка. В нос сразу ударило шипами, а по животу пробежался приятный холодок от напитка.

— За девочек наших он волнуется, — легко считал мои мысли князь Донской, подошедший на разливной столик, стоявший слегка отдельно от того, на котором были размещены закуски. — Пусть сегодня и мальчишник, но я тоже вряд ли буду полностью спокойным, зная, что Анна и Света, решившие составить будущим женам Александра компанию, на променаде.

Услышав схожие с моими мысли новоиспечённого министра здравоохранения и лекарского дела, кивком головы отозвал его на разговор тет-а-тет. Князь понял меня мгновенно и, взяв бокал, направился к небольшому пруду, окружённому живой изгородью. Я, вернувшись к мангалу и перевернув мясо, направился вслед за ним. Остановившись возле лавочки, расположенной неподалеку от водной глади, Игорь Владимирович приземлился в нее и приглашающе мне кивнул.

— Вижу, вас гложет то же чувство, что и меня, Игорь Владимирович, — сходу начал я, уместившись на лавку рядом с Донским.

— Давно я не испытывал такого острого чувства угрозы близким, — резко и чересчур рвано кивнул мужчина. — Видишь ли, не каждому Одаренному дан такой навык. Чувствовать угрозу себе самому — да, а вот другим — иной случай. Мало, кто способен растянуть свое восприятие на другого человека. Особенно, если он находится в другом городе, — князь не мог уместиться на лавке. Одним словом, ему не сиделось, поэтому он вскочил на ноги и начал мерить землю шагами. — Признаться, сначала полагал, что мне вовсе кажется, и списывал это дело на простое волнение за родных мне людей. Все же в Рифте я провалялся весьма продолжительное время. Считал, что навык, позволяющий чувствовать