Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

«Кажется, мы выбрали себе противника не из своей весовой категории!» — мелькнула тревожная мысль.

— Отходим! — приказал я, пятясь с дезориентированным мгновенным перемещением Крысобоем, придерживая его за плечо.

Сиинира медленно двинулась за нами, но едва я шевельнул стволом автомата, мгновенно сместилась в сторону. Мой юнит, видя такую скорость реакции, даже не пытался попасть в неё дротиком.

Естественно, пятился я не абы куда, а в сторону, где я приметил большое пятно травы. Что значило: там имелся слой дёрна, а мягкая земля не даст Сиинире надёжного сцепления и не позволит совершать мгновенных рывков.

К моему удивлению, тварь это тоже поняла, как и опасность моего оружия на расстоянии, так как, едва увидев, куда мы отходим, просто спряталась за камнем.

Мысленно обматерив слишком сообразительного монстра, продолжил отходить, сменив направление к выходу из Осколка.

Чудовище нас не преследовало: всё-таки мы тоже показали себя опасными противниками.

Едва вывалившись из портала, я тут же занялся ранами Крысобоя, понемногу истекающего кровью. Благодаря своей предусмотрительности у меня хватило ниток, бинтов и пластыря, чтобы остановить кровотечение, зашить и забинтовать его раны. Конечно, во время процедур я не забыл бросить взгляд и на своё «цифровое» состояние. Было бы очень глупо умереть от дебаффа, только из-за того, что вовремя не просмотрел системные сообщения.

Как я и думал, дебафф имелся, правда, всего лишь первой стадии и, как обычно, на полчаса. Прикинув оставшиеся единицы здоровья, понял, что не умру, — успокоился.

Кроме отравления ядом с кислотным эффектом я получил урон от резаных ран живота, но кровотечение уняло «тело игрока», в режиме которого у меня не было крови.

Кроме потерь были и кое-какие приобретения. Я получил по одной единице в «Ловкость», «Наблюдение» и «Ману». Также на несколько процентов выросло «Сопротивление ядам».

Крысобой тоже не остался без наград, получив по единице к «Ловкости» и «Силе».

— Несмотря на то что мы опиздюлились, мы остались живы, стали чуточку сильнее и приобрели немного бесценного опыта, — утешил я себя и мрачного гоблина, тяжело переживающего наше поражение.

Чтобы не мучить болью от ран Крысобоя, отменил призыв. К следующему призыву он должен был восстановиться, хотя вряд ли избавится от шрамов.

Некоторое время я размышлял о монстре и в итоге признал, что Сиинира всё же обладала магическими способностями. Возможно, к ним относилась невероятная сила для такого небольшого животного и точно — когти, вскрывшие стальной лист словно бумажный.

— Рановато мне пока с такими тварями без подготовки и нужного снаряжения тягаться, — пробормотал я, перебирая своё пострадавшее снаряжение.

Кстати, в итоге был вынужден избавиться от бронежилета, превратившегося буквально в мусор. Конечно, наспинную бронепластину я забрал, но всё остальное просто выбросил.

Несколько часов медитации восстановили моё здоровье и ману, но не зарастили раны на самолюбии.

— Однако я стал излишне гордым, а это опасно и глупо, — пробормотал я, удивлённый собственной уязвлённостью.

В обратный путь отправился этим же днём, активно помогая себе телепортом в преодолении препятствий и одновременно его развивая.

Интерлюдия

В Окаянку ротмистр Полыхаев прибыл с караваном корпорации «Смирнофф и сыновья», кстати, дочернего предприятия Горчаковых, которые имели ряд баз в Омском Пятне.

Вот на одну из таких баз, доступную для посещения вольных ходоков, Полыхаев с двумя помощниками из простецов и прибыл.

Угрюмый глава каравана, высадивший ротмистра на площадке, вымощенной выщербленным бетоном, на вопрос, где здесь приличная гостиница, безразлично отвернулся, махнув рукой в сторону обшарпанного двухэтажного здания из красного кирпича, что примечательно — с решётками на окнах. Кстати, окна на первом этаже были заложены кирпичами.

Подавив раздражение, ротмистр, прихватив свой походный рюкзак, пошёл в указанном направлении. Он давно уже понял, что его «волшебные корочки» ротмистра имперской жандармерии в Окаянке не котируются, а иногда даже откровенно мешают.

Это ему наглядно продемонстрировали горчаковские гридни, сопровождавшие караван, которых он, размахивая своими документами, пытался сделать проводниками и телохранителями по Окаянке. Не особо выбирая слова, его просто матерно послали, пообещав в следующий раз дать в морду. Конечно, Полыхаев и сам был Витязем, но против опытного боевика, да ещё и явного Воина в немалом ранге, не тянул. Вольные ходоки, работающие на корпорацию, тоже особого пиетета перед ротмистром не испытывали и ни помогать, ни делиться информацией бесплатно не спешили.

Гостиница оказалась не совсем гостиницей, а какой-то смесью из низкопробной забегаловки и хостела для бедных, где обслуживанием номеров даже не пахло.

Скрипя зубами, пришлось тратить командировочные на три койко-места и комплексный обед на троих.

Оставив вещи под охраной одного из оперативников, Полыхаев спустился в бар поискать проводника и, желательно, охрану.

Бармен — высокий и болезненно худой человек с красными от вечного недосыпа глазами — за пару сотен рублей подсказал Артемиду Архиповичу, к кому обратиться:

— Вон там ходоки сидят, ребята опытные и снарягу имеют приличную, вчера спрашивали за работу.

Бармен грязной тряпкой смахнул с исцарапанной стойки крошки, кивнув на дальний стол, где в мрачном молчании сидели два угрюмых мужика в компании литровой бутылки водки.

Приготовившись к яростной торговле, ротмистр был удивлён покладистостью ходоков. Всего за семьдесят пять тысяч рублей они были согласны провести его до заданных координат. Правда, было у них и несколько условий, которые ротмистр поначалу счёл несущественными. Первое: весь добытый в пути хабар они забирали себе. И второе: они — только проводники и в указанное место не пойдут, только доведут его с оперативниками до определённой точки.

После недолгих размышлений Полыхаев понял, что его беспокоило в последнем условии.

— В чём подвох?

Ходок равнодушно пожал плечами и ответил:

— Там вся местность какой-то летучей заразой отравлена — ближе чем на километр к тому заводу не подойти.

— И когда ты собирался об этом мне сказать⁈ — вскипел Артемид Аристархович.

— А я должен тебе что-то говорить? Кажется, мы договаривались только на услуги проводника а не няньки.

Подавив желание хорошенько врезать ходоку, Полыхаев стиснув злость в тисках воли, продолжил выспрашивать подробности о том заводе.

Кстати, по мнению Полыхаева, в обязанности проводника входило и предупреждение об опасных местах, но, похоже, местные ходоки имели какое-то своё мнение по этому вопросу.

Как оказалось, обычные противогазы не помогали против тамошней заразы, и нужны были системы замкнутого дыхания.

Немного поразмыслив, ротмистр пришёл к выводу, что такие дорогие и достаточно редкие девайсы ему не понадобятся.

— Скорее всего, этот каторжник обитает где-то поблизости. Сомнительно, что у него имеется такая система. А в конце концов, не может же он круглые сутки в ней находиться!

Убедив