"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 - Иван Басловяк

и, шагнув ему навстречу, обратным ходом своего клинка чиркнул его по лбу. Появился сразу закровянивший порез. Длинный и глубокий. Хороший шрам получится! Отлично видимое напоминание думать прежде, чем делать. Мальчишка вскрикнул и отскочил, увеличивая дистанцию. И выставил шпагу перед собой. Видимо, все же сработал какой-то рефлекс, и он наконец-то принял подобающую началу поединка позицию. Корпус выпрямил, встал вполоборота. Приготовился отважно встретить мою атаку. Была б классическая стойка, если бы еще и левую руку заложил за спину. Но рука занята платком, прижатым ко лбу. Кровь-то глазки заливает, видеть мешает. Да и больно это, острым лезвием по нежной кожице! Вот и постой так, храбрый дурачок, подумай. Нападать я не буду, свое ты уже получил.

Я быстро огляделся. Зачинщик и двое его спутников, что кинулись ему помощь оказывать, исчезли. Маркел, достав из сумки кусок чистой холстины, перевязывал ногу своему оппоненту. Я глянул на своего поединщика. Тот стоял, опустив шпагу и закрыв глаза. Гримаса боли исказила довольно симпатичное лицо.

– Ну что, кабальеро! – крикнул я ему. – Продолжим?

– Нет, граф. Я сдаюсь! Вот моя шпага, – ответил мальчишка тихим голосом.

– Вот и хорошо. Как твое имя?

– Созимо Фаусто Кампос Эстебан, идальго.

– А того труса, что вас «пошалить» подговорил? Двое других меня не интересуют.

– Аурелио Бернардо Браво Кабрера, младший сын графа Джакобо Освальдо Браво Мартинеса, коррехидора.

Произнеся это имя, мальчишка повалился в дорожную пыль. Сознание потерял. Вот незадача! Теперь его еще на руках тащить до ближайшего доктора придется. А где он живет, я не знаю. Но не это меня обеспокоило, а имя, произнесенное глупым храбрецом. Тем более что имя это я уже знаю. Именно он должен был сменить дона Адолфо на посту губернатора, если бы галеон жадных испанцев добрался до Буэнос-Айреса. Коррехидор – административная и судебная должность в городах и провинциях феодальной Испании, а также в ее колониях. Была учреждена еще в 1393 году королем Кастилии Энрике III. Коррехидор назначался испанским монархом и осуществлял, в основном, функции надзора над местной администрацией и судьями. В XVI веке, после завоевания Испанией Центральной и Южной Америки, в районах с преобладанием индейского населения стали создаваться особые округа (коррехимьенто), во главе которых стоял коррехидор, ведавший организацией принудительного труда индейцев, сбором налогов и прочим. Теперь я знал, кто именно «стучит» вице-королю на гранда Адолфо! Ссора с человеком, под надзором которого находится практически все и всё, включая и деятельность генерал-губернатора, чревата неприятностями. И что же он предпримет, увидев залитого кровью сыночка, и выслушает его скулежь? А! Чего гадать! Скоро узнаю.

Перевязав голову идальго Созимо (опять «говорящее» имя – «Оставшийся в живых»), спросил очнувшегося кабальеро, где здесь можно хирурга найти. Оказывается, сей специалист жил через два дома. Удачное место для раненых дуэлянтов. Созимо пошел сам, а второго, не представившегося, мы с Маркелом повели, положив его руки себе на плечи. Оставив обоих пострадавших у медикуса, вернулись в дом гранда Адолфо, где я, ничего не утаивая рассказал о происшедшем старшим товарищам.

Утро, как и ожидалось, началось с визита коррехидора. Явился он в сопровождении десяти солдат, в кирасе, при шпаге и с весьма крутыми намерениями, легко прочитанными мной в его сознании. Настоящий «Уничтожитель», как гласило его имя «Джакобо». Как и предполагалось, напел ему сынуля изрядно о коварстве и необузданности диких русов. Потому приехал он на разборки со мной весьма решительно настроенный. Подъехал к ступеням дворца гранда Адолфо и встал, уперев правую руку в бок, а ладонь левой положив на оголовье эфеса длинной шпаги. Как раз в это время я с князем и доном Адолфо вышли на крыльцо.

– Ты! – рявкнул коррехидор, ткнув в мою сторону пальцем. – Ты, грязный иностранец, подло напал на моего сына и ранил его! Ты оскорбил его и весь мой род! Я вызываю тебя на поединок!

Хорошо сынок папашу настропалил! Вон, аж слюнями брызжет, а взглядом мог бы в секунду копну сена сжечь, если б она тут присутствовала. Но испепеляют его бешеные глаза меня, бедного! Во семейка-то! Старший – псих, младший – провокатор и лжец. Ох, как же не вовремя этому «золотому» Аурелио, щенку мокрогубому, вздумалось меня на вшивость проверять! Еще хотя бы пару лет нам в тени от власти испанской просидеть, ни с кем из бонз местных не конфликтуя! Я бы на Русь раз несколько сходил, людей да оружия привез. Флот увеличил. Тогда можно было бы и дудками померяться.

Я знал, что происходило сейчас в Европе. Испания завязла в войне с Нидерландами и поддерживающей их Англией. Ее казна, несмотря на регулярно поступающее из колоний золото, практически постоянно пуста. Огромные средства уходят, как вода в песок. Еще при Карле V Испания сделала большие займы у иностранных банкиров Фуггеров. Только проценты по этим займам составляют половину всех расходов казны. Карл V умер, а долги остались. Филипп II оказался еще большим транжирой и должником уже и генуэзских, и немецких банкиров. Несколько раз объявляя государственное банкротство, он разорял своих кредиторов. Но потом вновь брал кредиты, ввергая страну во все большую долговую кабалу. Нет у него денег на наведения порядка в колонии, которая не приносит дохода. Ему бы умудриться свои «золотые галеоны» от пиратов защитить, а не устраивать войнушку на краю географии за степь голую, лишь только травой и богатую. Тот старый галеон, разобранный нами на дрова, был, скорее всего, первым и последним боевым кораблем, сюда доплывшим по велению короля. Но, даже зная нынешние политические и военные расклады, нельзя нам, недостаточно окрепшим, влезать в конфронтацию с местной властью. Черт его побери, этого «шалунишку»!

– Что молчишь, приблудный граф?! Или мне приказать своим солдатам избить тебя палками, как низкорожденного?

– Я слышу оскорбления. Это, как там тебя, такого громогласного, звать? Дон Адолфо, это кто? Сей господин не соизволил представиться!

– Это, – начал гранд, но был бесцеремонно прерван.

– За себя я сам могу ответить! Я – граф Джакобо Освальдо Браво Мартинес, коррехидор! И я повторяю свой вызов!

– Так, давайте уточним. Ты, граф, назвал меня приблудным и посулил битье палками как низкорожденного. Если ты считаешь меня не равным себе, то вызывать на поединок не имеешь права. Драться на дуэли могут только равные. Если считаешь равным, то тогда твои слова для меня, графа и потомственного дворянина, являются тяжким оскорблением и я принимаю твой вызов. Решай: для тебя я граф или не граф?

– Хватит болтать! Я знаю, что ты любитель почесать языком! Бери шпагу и выходи!

– Значит, мы с