Апелляция кибер аутсайдера 1-5 - Семён Афанасьев

class="p1">— Дискриминация по имущественному признаку, раз. В вашем исполнении хлебнул здесь и лично. Там, где я учился раньше, это считалось недопустимым, поскольку формировало в неокрепшей личности заниженную самооценку плюс синдром выученной беспомощности.

Никогда не предполагал, что бред по теории педагогики на третьем курсе когда-нибудь реально пригодится в жизни. А вот поди ж ты.

— Дальше? — ему как будто интересно.

— Откровенная постановка под вопрос непосредственно моей дальнейшей жизни, здоровья и безопасности — по причине вашего противоправного бездействия на занимаемой должности. Есть мнение, что после некоторых травм тут, — хлопаю ладонью по сиденью стула, — с моей усечённой версией медицинской страховки всё могло закончиться гораздо менее весело. То, что мы с вами сейчас разговариваем, может быть исключительно моей заслугой, не вашей. Ну и плюс результатом личного везения. Хотите, расскажу в подробностях, как чувствует себя подросток с разбитыми очками, выбитыми зубами и сломанными пальцами? Причём он просто тупо топал в школу, элитную — с точки зрения его неместных родителей.

— Всё, тормози, — он оборачивается назад и, восседая массивным задом на подоконнике, для разнообразия выпускает дым на улицу, а не в кабинет. — Налей себе сам, — Трофимов кивает на пустую чашку в моих руках. — Там литровый заварник, я обычно выпиваю треть. Остальное твоё.

Делаю, как говорят. А чё, дают — бери; не спорить же. По такому поводу.

— Ты сейчас закрутишь эту вашу обычную шарманку об отсутствии справедливости, о моих двойных стандартах, — лениво продолжает светило педагогики. — О том, что так нельзя: детские травмы-де подрывают доверие к обществу, да? И тому подобная хрень?

— Конечно. А в чём именно я буду неправ?

— Любая медаль имеет минимум две стороны. Из моего кресла конкретно твой случай смотрится иначе.

Он замолкает.

Какое-то время курит, отхлёбывает мелкими глотками свой чай и таращится через плечо на наш школьный парк.

Я тоже ничего не говорю. Доедаю печенье и повторно прикладываюсь к заварнику.

— У меня испокон веков учится крайне непростой контингент. Дети из социальных верхушек своих этносов, часто малоуправляемые — взять хоть и твою подругу Мартинес. Знаешь в тонкостях её подноготную?

— Да.

— А Эрнандес?

— Дядя-полицейский?

— Начальник участка, — сигара описывает небольшой круг. — Который на своей должности пережил не одного начальника департамента. Некоторым из них делал подношения больше, чем те получают по контракту от правительства.

— Не моё дело и не мой уровень. Но да, в курсе. А в чём проблема? Если этого дядю терпят третий десяток лет, а сельскохозяйственный бизнес родни Мартинес по матери получает в управление планеты от правительства федерации, то каким образом это влияет на ваши педагогические сложности?

— Такие "дети" в массе ВСЕГДА агрессивны по определению. Настроены на доминирование, все с отличными медицинскими возможностями — травматизм любого рода не считается компрометирующим обстоятельством в нашей школе.

— Так и тянет вам посочувствовать, сэнсэй. Рассказать вам для разнообразия о своих сложностях?

— И тут появляешься ты, — завуч не обращает внимания на мои слова. — Сын дворняги, если иметь ввиду твою родословную. Лентяй и туповатый уродец, если говорить о твоих успехах в учёбе. Размазня и слюнтяй, если речь о тебе, как о личности: только что ноги остальным не лизал поначалу, лишь бы появился хоть малейший шанс избежать конфликтных ситуаций.

Охота встать со стула, подойти к подоконнику и толкнуть того, кто на нём сидит: глядишь, падение с десятка метров головой на бетон местной медициной может и не скомпенсироваться.

— Не проконало: вылизывание чужих пяток от проблем тебя ни разу не спасло, а на последнем месте в иерархии ты закрепился железобетонно. Было не выкорчевать оттуда даже башенным краном. — Продолжает Трофимов. — Что чувствуешь в данный момент? Опиши как можно подробнее.

— Промолчу, с вашего разрешения.

Хотя это даётся и непросто. Кое-что так я и вовсе сказал бы ему не словами, а вручную.

— У тебя сейчас агрессия в мой адрес на десять из десяти, — походя замечает великий педагог, даже не поворачиваясь в мою сторону. — Типичная реакция на раскрытие слепого пятна, кстати. Патологическая психозащита, которая...

— Я знаю, что это такое.

Интересно, у него что, стоят расширения, не требующие визуального контакта?!

Удачно вспоминаю о достижениях местной цивилизации и отправляю этот вопрос в наш чат латиноамериканкам.

Я-то думал, тебя не видят глазами — можно и не париться. А тут даже и не подумаешь вволю всего, что хочешь — сразу видно.

"Он же учитель, на очень высоком посту" — приходит от Мартинес. — "Ещё такой уровень разрешения сканера, как у него, бывает в армии, полиции, много где. Учти на будущее".

— Виктор, о чём задумался? — Свин весело машет ногой в воздухе, сидя на подоконнике.

— Пытаюсь прогнать ваш текст через своё сознание без эмоций.

— Не нужно. Лучше вот что прогони через это своё сознание. Ко мне попал откровенно бракованный человеческий материал: и физически, и интеллектуально, и психологически, и даже семья твоя...! — он осекается. — Куда ни плюнь — везде жопа. Шахтёрская планета была твоей вероятностью на девяносто девять и девяносто девять процента, согласен?

— Да. Оно и сейчас не так уж далеко оттуда, если говорить о вероятности в цифрах.

— Не-а. Сейчас вероятность шахтёрской планеты лично для тебя — ноль. — Он благостно щурится. — Ты не ориентируешься в вопросах рейтинга титульных и в обществе, в котором оказался. Но так даже и лучше... — Завуч обрывает себя на полуслове. — В общем, чтобы не тянуть резину. С жалких двух сотен рейтинга в шестнадцать лет в МОЕЙ школе некий outlaw... м-м-м, изгой уверенно уходит в верх. Начинает трахать самых классных тёлок в параллели. По учёбе как минимум в точных науках удивляет, ни много ни мало, профа Бойла — а здесь надо постараться, да и мало будет одного старания. Согласен пока?

— С точки зрения результатов — не поспоришь. А вот причины...

— ПОМОЛЧИ! Я ещё не закончил. Этот же изгой за считанные дни практически меняет верхушку школьного самоуправления...

— Оно так сложилось естественным путём: пирамида иерархии в школе — не константа, в отличие от вашего взрослого мира. Не тот возра...

— ПОМОЛЧИ! Также, означенный изгой попадает не на последние места в не последний клан, но тут я даже говорить ничего не буду. Сам разберёшься. Виктор, ты что, реально не понимаешь, какой скачок сделал?

— Как бы вам поделикатнее.

— Ты со скоростью звука оторвался от своей социальной среды, раз. Уровень дохода — у меня мониторится и это — за неделю точно выше, чем имела твоя мамаша до больни...

— Вы сейчас стоите на очень тонком льду завуалированных оскорблений, — кажется, мы сейчас будем перебивать друг