"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

существует множество диалектов, — чуть подумав, заметила княгиня. — К примеру, название города Торино произносится его жителями как Тюрин. А Монойк соседним лигурским народом произносится как Мунегу. Так что несколько изменённое название княжества в вашем языке вообще не является проблемой. Кстати, а что именно хотите предложить?

— Монако.

— Хм… Монако, — покатала на языке тётя. — Монако… Звучит вполне неплохо. Пусть в совместных указах будет использоваться и это русское название.

Княгиня уже было собралась уходить, но внезапно негромко вскрикнула:

— Ой!.. Мы забыли одну важную деталь. Вам положено скреплять указы личной печатью. Ладно, если я приложу свою нынешнюю, и это даже хорошо, поскольку отпадут вопросы о фальсификации, а вот как быть с вашей?

— Печать? А что на ней должно быть?

— Учитывая, что после завтрашнего события вы вряд ли будете её как-то использовать, то она будет как бы временной. А раз так, то и оттиск может быть не очень сложным. Главное, чтобы было ваше имя и какое-то изображение.

— Тогда не вижу проблем, тётя, — ответил я, вспомнив механизмы Власа. — Простую печать к завтрашнему событию успею сделать.

Только княгиня ушла, как появилась Ханна.

— Хазарский посол подтвердил, что представление меня императрице состоится завтра после прощального приёма ваших военных союзников. Ты знаешь, Юлий, я вдруг сильно занервничала, — начала жаловаться девушка. — Вдруг, я что-то скажу не так или, что ещё хуже, споткнусь и упаду?

— Всё пройдёт хорошо, — как можно твёрдо начал успокаивать я. — Ты только не дёргайся и не думай плохое. Ты сколько раз танцевала на балах… Так почему должна споткнуться на ровном месте?

— Ты же будешь рядом в случае чего? — Ханна посмотрела мне прямо в глаза.

— Конечно, — слегка погладил её по волосам. — Буду почти рядом и сразу приду на помощь. Но ничего не случится.

— Ага, тебе легко говорить, поскольку будешь стоять в отдалении, а все станут глядеть только на меня.

— Вот увидишь, что на завтрашнего приёма эти все будут говорить больше обо мне.

— С чего вдруг? — взглянула с подозрением девушка.

«Ещё не хватало ей обидеться», — вдруг подумал я.

— Увидишь… Это секрет, — предпринял попытку объяснить, но лучше бы этого не делал.

— Ты не хочешь мне рассказать?! — широко расскрыла глаза хазарочка, и её голос даже задрожал.

— Ты переживала, что все будут говорить о тебе, а теперь чуть ли не обижаешься обратному. Где логика?

— Логика? — ладошки Ханны стали сжиматься в кулачки. — Логика?! — чуть не закричала она, и я приготовился защищаться.

— Одумайся! — только и успел воскликнуть в ответ.

— Ой! — слабо вскрикнула девушка, поднеся ладонь ко рту. — Прости…

— Ладно, — махнул я рукой. — Я тоже хорош, раз попытался воззвать к логике девушку…

Удар мои рёбра всё-таки получили. А потом, как обычно, пошли обнимашки-целовашки. Да, интересная у нас будет супружеская жизнь. Не заскучаем!

Большой зал дворца был залит светом. Присутствующих было немало. Рядом с троном стоял я. Чуть поодаль: дядья Тит и Дмитрий, их жёны и дети. За ними видна причёска Божены, племянницы поляндского короля. Девушку уже представили императрице, и она теперь могла постоянно находиться рядом с моим кузеном. Карельскую принцессу тоже допустили под светлые очи, не став придираться к некоторым нарушениям дипломатического этикета. Ну, и правильно.

Рядом с дядьями находилась и тётя Эйлиш, смотря на всё происходившее перед ней с нескрываемым интересом. Да, в её княжестве подобного не увидеть. Впрочем, зная теперь о взглядах родственницы на такие действа, можно с уверенностью сказать, что она не завидовала своей младшей сестре.

Нельзя не признать, что ляхи, бывшие главными действующими персонажами, и в этот раз производили незабываемое впечатление. Они постоянно подкручивали усы, звенели медалями, саблями и шпорами. Из-за этого шум в зале стоял довольно приличный, и порой трудно было расслышать даже поблизости находившегося собеседника.

Императрица появилась самой последней. Она величаво проследовала по образовавшему пространству и милостиво кланялась направо, и налево. Затем подошла к трону, широко улыбнулась и кивнула церемониймейстеру, а тот стал вещать, поясняя зачем мы тут все собрались. А то никто и не знает… Шучу.

Затем, как и в прошлый раз, выступил военный министр и произнёс речь на четверть часа, восхваляя каждого, о ком что-то помнил. Наконец, настала очередь говорить императрице. Она, не вдаваясь в подробности, упомянула несколько значительных баталий, сдержанно хваля поляндского короля и нашего командующего. Затем указала на конверт и, смотря на посланника Августа Девятого, заверила, что союзу наших государств обеспечено блистательное будущее.

Я же, устав слушать этот водопад цветастых фраз, смотрел на Ханну. Девушка тоже часто глядела в мою сторону и старалась выглядеть немного отстранённой от происходящего, но по сжимающимся кулачкам становились явными её переживания. Хазарский же посол больше походил на статую.

Всё когда-то заканчивается. Вот и приём иностранной делегации тоже подошёл к концу. Ляхи немного сдвинулись в сторону, но явно продолжали ощущать себя главной причиной торжества.

Выступил вперёд хазарский посол и обратился с речью, в которой известил императрицу и остальных присутствующих о безвременной кончине великого кахана Ябгу.

— Выражаем официальные соболезнования по сему весьма печальному событию, — произнесла Елена Седьмая.

— Да, весь наш народ скорбит от горя, но в то же время радуется, поскольку Великое Небо назначило нового великого кахана. Им стал Фетх, родной брат предыдущего. Династия не прервалась, хвала Небу! — степенно ответил посол. — Стоящая рядом со мной девушка по имени Ханна является племянницей предыдущего и нынешнего каханов. Именно её выбрал наследный принц, Ваше Высочие, в качестве своей будущей супруги. Подарки вам и вашему сыну в честь преставления принцессы Ханны, будут присланы чуть позднее.

— Благодарим великого кахана, — императрица на всякий случай решила не уточнять о ком именно она говорит, — за меры по укреплению дружественных отношений между нашими державами. Мы надеемся, что после заключения брачного союза наши южные рубежи будут в большей безопасности, чем ранее.

Хазарский посол начал плести словесные формулировки, в которых уверял российского монарха в процветании межгосударственных отношений. В это время многие присутствующие дворяне с открытым любопытством взирали на Ханну, которая всё-таки смогла обуять свою нервозность. Ещё несколько формальных высказываний с обеих сторон, и очередное официальное действо закончилось.

Настал мой черёд.

— Её Королевское Высочие, суверен княжества Монойк Эйлиш Вержи! —