Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

пользу. Ибо устал от ответственности за Империю и хочет хоть немного пожить для себя. С вероятностью процентов за девяносто процесс передачи власти пройдет без особых эксцессов в том числе и потому, что война только-только закончилась, и ни у одного государственного образования, включая наше, нет экономических возможностей начать новую. Тем не менее, легко не будет: как только о грядущей смене правящего Императора узнают члены Ближнего Круга моего батюшки и нынешние главы министерств, ведомств и всякого рода служб, так начнут войну на уничтожение со своими же подчиненными, гипотетически способными занять нагретые ими места. Да, я не собираюсь обезглавливать нормально работающие структуры ради того, чтобы потешить свое эго или приблизить к себе верных людей, но некоторую часть управленцев уберу. Что, конечно же, вызовет серьезное недовольство. Причем не только у них и их родни, но и у оппозиции, пользующейся любой возможностью, способной ослабить правящий род…

Я кивнул в третий раз, так как понимал, что Ромодановский нисколько не преувеличивает масштаб наклевывающихся проблем. И, видимо, ответил на какой-то неозвученный вопрос наследника престола, так как он как-то резко начал озвучивать выводы:

— Воевать этими личностями от защиты не в моем стиле, поэтому часть личностей, которых я подбирал под себя последние несколько лет, образуют надежный тыл, а вас и вашу команду вижу… самой жуткой страшилкой, при необходимости превращающейся в ударный кулак!

Тут меня накрыло прозрением:

— Как я понимаю, «Сварог», «Пересвет», «Черномор» и вся остальная линейка «моих» кораблей дарились под этот проект?

Игорь Олегович весело ухмыльнулся:

— Да. Но эти «подарки» — лишь верхушка айсберга: вы, «названый брат» моей племяшки, уже фактически подружились с самым умным и порядочным внуком Сумэраги Рю. С тем самым, шансы которого сесть на трон сразу после Сумэраги Рюноскэ стремятся к ста процентам. Мало того, ориентировочно в середине февраля на Белогорье прилетит не менее толковый внук нынешнего главы Тройственного Союза. Наводить мосты с самой влиятельной частью нашей молодежи, то есть, с Машей, вашей командой и вами. А в конце лета моя жена вложится в статус Марии Александровны Костиной — убедит ее стать крестной матерью нашего ребенка. Само собой, поможем стать фигурами на политическом небосклоне и Марине Вадимовне с Дарьей Алексеевной, но как именно, пока не решили…

— Сильно… — ошарашенно пробормотал я, представив последствия всех этих телодвижений.

— А я надеялся, что вам станет интересно… — «расстроено» вздохнул наследник престола и посерьезнел: — Тор Ульфович, я знаю, что вы — патриот. В том самом смысле этого понятия, который считаю единственно верным и я. И давно убедился в том, что на вас можно положиться в любой ситуации. Тем не менее, хочу превратить вас и в вашу команду не в ударный кулак, пугающий до слабости в коленях, а в страшилку, превращающуюся в него только тогда, когда физически нет другого выхода. В общем, живите в свое удовольствие, развлекайтесь так, как заблагорассудится, дружите с теми, кто интересен, и… просто-напросто не теряйте хватку…

Лина ТИМОФЕЕВА

ОЖЕРЕЛЬЕ ОНЭЛИ

ГЛАВА 1

День выдался ясный, и снег под лучами солнца сверкая так ярко, что глазам делалось больно. По укатанной широкой дороге, блестевшей так, словно ее мостили мелкими острыми бриллиантами, между высоких черных деревьев, кроны которых были старательно укутаны в снежные шали, ехали трое всадников.

Впереди на серой лошадке покачивался паренек в короткой крытой шубе и широкой желтой шапке из опуша. Он вертел головой, а то и вовсе подпрыгивал на своей лошади, поглядывая время от времени на своих спутников. По его разрумянившемуся лицу и серо-голубым глазам, сверкавшим не тусклее льдистого снега, было понятно, что поездка вызывает у него живейшее удовольствие, которое он, однако, старательно пытается скрыть. Мальчик морщил лоб, закусывал губы, будто пытаясь сосредоточиться на чем-то очень серьезном, но через несколько минут его взгляд снова улетал в сторону леса, останавливался на горящих, словно бенгальские огни, вершинах елей и утопал в синих, серых, серебряных и золотых сугробах.

Следом за ним, на высоком черном жеребце, ехал другой всадник. Внешне он был очень похож на владельца серой кобылы, однако его уверенная осанка, спокойный и немного холодный взгляд, направленный исключительно вперед, и небольшой меч на правом бедре говорили о том, что к достоинствам этого господина относятся не только юность, но и трезвое, ясное представление о некоторых, пусть пока что самых простых житейских истинах. Он был серьезен без всяких усилий, да и мысли, одолевавшие его, были, по-видимому, невеселы.

Замыкал группу высокий крепкий старик на стройной рыжей лошади. Несмотря на то, что годы оставили глубокие морщины на его лице и высеребрили густые волосы, он был удивительно красив. Зеленые глаза, длинные серебряные локоны, прямой тонкий нос, тонкие же, но не сухие губы, руки, изящные даже в кожаных рукавицах — все в нем было красиво, благородно и достойно. И судя по тому, с каким почтением и любовью обращались к нему двое спутников, становилось ясно, что именно он был душой и предводителем их небольшой группы.

— Учитель, — паренек в опушной шапке снова подпрыгнул на лошади, словно пытаясь усесться на ней боком, — а правда, что в этом лесу живут сильвестры?

— Так было написано в древних летописях, Оме, — улыбаясь, отвечал старик. У него был негромкий приятный голос, — но с тех пор многое изменилось. Не думаю, что сильвестры остались жить рядом с людьми. Да и Королевский лес — достаточно проезжее место, постоянный шум и гам, а сильвестры ценят тишину и покой. Лично я никогда не видел в этом лесу маленького народца.

— Жаль, — немного разочарованно отвечал Оме, — я хотел бы увидеть живого сильвестра. Почему бы им тут не жить? Под лапами елей так темно и уютно.

— А почему бы им не жить у тебя под матрасом? Там тоже темно, — пошутил второй спутник.

— А ты, Хельви, не веришь в Сильвестров? — Старик быстро взглянул на своего скептически настроенного воспитанника, причем его зеленые глаза сощурились очень лукаво.

— Нет, Учитель, но… — Хельви дотронулся до своих чеканных ножен. — Я думаю, если Младшие народы вообще существуют, то не в этом скучном старом лесу среди скучных старых елок, а где-нибудь… где-то в другом месте.

— В другом?

— Да. Я не думаю, что они ушли потому, что хотели поселиться рядом с нами в каких-то истоптанных убогих лесах. Я согласен с мнением Трех Мудрых — Младшие ушли куда-то на север, в неосвоенные земли.