"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

Хозяин долго присматривался к компании, и гном, наступив на горло собственной натуре, сподобился:

— Утром если соберешь нас в путь, получишь еще один.

— Один? — уточнил хозяин.

— Один, — твердо ответил Хольфстенн. Ему это золото тоже не с небес в руки свалилось.

— По рукам, — согласился хозяин. — Обождите тут, скажу своему парнишке, чтоб перетащил продукты из второй кладовой. Там влезут трое. И за перегородкой — там даже не дверь, увидишь потом — стоит кой-какой инструмент, покучнее составите, и еще столько же места наберется. Матрацы перетащим с коек наверху. Обождите, господа.

Хозяин таверны и впрямь напряг домашних, пособничавших ему в деле, и вскоре Редгар с компанией оказались в каком-никаком укрытии. Он лично скинул с пальца большой серебряник, сказав:

— На лошадей.

Хозяин кивнул: сначала просто, потом взглядом указав на чародейку.

— Девка… она…

— Не похищали, — заверил Ред. — Из-за этого проблем не будет.

— Хорошо. Врач нужен?

Редгар качнул головой:

— Просто спит.

Их обогрели и накормили, оставив в покое. Даже в этой ситуации путники договорились нести охранение. Но, в целом, это была остро необходимая передышка. Кое-как стянув с себя сапоги и хотя бы часть доспехов, они развалились на принесенных матрацах. И даже Дей, которому выпало дежурить первым, вырубился, едва затылком — сидя — прислонился к стене.

Когда Ред открыл глаза, была глубокая ночь, Данан все еще спала. Это всерьез его напрягло: ей всегда будет нужно столько отдыха на восстановление? Остальные были на ногах, они расселись за перегородкой кругом и снова что-то ели. Редгар подсел, схватил первое, что увидел — кусок сыра, потом увидел, плошку с какой-то кашей, засунул ложку с горкой в рот, прикрыв глаза.

— Это ты хорошо придумал, — сказал командор гному, когда кое-как прожевал, — с общим помещением.

Хольфстенн глянул на Реда с досадным любопытством и не удержался:

— Сразу видно, что ремесло наймита ты оставил далеко позади, командор, и в последние лет двадцать всегда путешествовал как член, а то и глава почетного ордена. Не всем так везет, знаешь ли. Сколько тебе лет?

— Пятьдесят два, — ответил Ред. Гном вытянулся в лице.

— По людским меркам едва тридцать пять накрутишь.

— В тридцать два года я выпил свою долю Пустоты. И почти как все из нас, не постарел.

На этом Редгар замолчал, снова увлекшись едой. Он ел и ел до отвала — благо, хозяин таверны позаботился, чтобы её хватало на оголодалых путешественников. Потом, наконец, глянул на Диармайда и сказал одновременно серьезно и зло:

— Ну, давай. Объясни мне. Ты или ты. — Он перевел взгляд на гнома. — Что я там должен был сделать? Чего я от неё хочу, а? Что бы ты, многомудрый Диармайд Барские Штаны, сделал на моем месте?! Скажи мне!

— Ты б потише, командор, она проснется, — вставил Хольфстенн.

— Помолчи!

Ладно, этот ничего не знал, кое-как заставил себя одуматься командор, и снова уставился на лейтенанта;

— Ты хоть понимаешь, в какой ситуации я её вытащил. ИЗ, — подчеркнул Редгар, — какой ситуации я её вытащил?! Я помню, как этот выродок, её муж, заявил, что девка ему, видите ли, попалась слабая, потому что его капитан лишь четвертый — тот, которого мы встретили давеча, — а она уже отключается! Там был еще один, которому они без конца твердили ткнуть её ножом, чтобы пришла в себя и не портила им удовольствие!

Борво сглотнул. Хольфстенн отвел взгляд. А Дей побелел:

— Ред я ведь…

— НЕ ЗНАЛ?! — Редгар глядел, как бешенный. — И представить не мог?! Такое тугое воображение, да?

Дей молчал и разве что не скулил, как провинившийся щенок перед кучей.

— Когда Марелл понял, что я застал их, он дал мне выбор: либо стать следующим, либо помереть заколотым кучей выродков!

— И ТЫ?.. — сразу три пары одинаково огромных глаз уставили на него.

— Нет, конечно! Но сейчас я выслушиваю советы от каждого из вас, как трахнуть девчонку, которая первый месяц после этого задыхалась в панике и падала в обморок, стоило любому мужику подойти к ней ближе, чем на пять шагов! Или я, по-твоему, вру?! — уставился на Дея.

Тот отлично помнил.

— Н… нет. — Он не представлял, какие может подобрать слова. — Ред, я знаю, чт…

— Ну, давай, что ты затих?! Ты знаешь, что мне следует делать, чтобы она мне дала, да?

— Заткнись.

Редгару показалось, что он не видел, как двигались губы лейтенанта.

— Повтори-ка.

— ЗАТКНИСЬ!

Проклятье. И впрямь губы лейтенанта не двигались.

— ЗАМОЛЧИ! ЗАКРОЙ РОТ!

Данан вопила дурниной. Раздались какие-то звуки, словно её кто-то бил о пол. Редгар до треска кожи сжал кулаки и накрепко зажмурился, так что морщины густо собрались вокруг глаз и на переносице. Остальные, кажется, забыли, как дышать — не знали, что делать, и вообще боялись сделать хоть что-то, чтобы не навлечь на себя женскую боль или ненависть. Ред вскинул голову к потолку и, кажется, впервые набрался должной храбрости.

Он встал и едва сделал шаг, как услышал визг:

— НЕ ПОДХОДИ! НЕ ПРИБЛИЖАЙСЯ!

Он снова вздохнул и, пересилив сомнение, все-таки приблизился.

Данан трясло, она покраснела от крика. Когда Редгар садился напротив, она начала отбиваться, стараясь прогнать. Он ловко перехватил предплечья, сел сверху на ноги, чтобы не получить еще и коленом. Данан начала вырываться так, что грозила повыдергивать собственные руки из суставов и попросту охрипнуть. Пока не подняла на уши всю таверну, Редгар за затылок прижал её к груди, подавляя крик, скрадывая одеждой.

Поняв, что вырываться бессмысленно, она затараторила — зло, заикаясь, сбиваясь то на шепот, то на хрип.

— Как тебе вообще тогда хватило ума спрашивать, не шепчет ли мне об этом Темный архонт?! — она попыталась замахнуться, и на этот раз Редгар отпустил её руку. Смолчав, получил удар по грудине. Лишь снова зажмурился на мгновение из опасения, что и по лицу может схватить тоже. — И зачем ты всегда и всем рассказываешь об этом, ублюдок! Больной ублюдок! Я ненавижу тебя! — она заколотила его, и Редгар подумал, что не зря стал вдобавок отклонять голову, когда разок отхватил кулаком и по челюсти. — Все они теперь будут смотреть на меня, как ты… как ты смотришь… как на…

Редгар молчал, легко придерживая и позволяя себя колотить. Он чувствовал, как она дрожала — плечи ходили ходуном с такой силой, словно