Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

ноги – на безобразное, обросшее шерстью тело и пытался понять, о ком говорил его отец устами полковника. Он чувствовал, что все взаимосвязано – и мистические события этого дня, и дневник археолога, и этот неуклюжий монстр, лежащий в собственной крови. Натекшая лужа в полутьме казалась совершенно черной. Что-то подсказывало: Антон благодаря отцу вплотную приблизился к такой же таинственной черноте. Кошмарной и непостижимой умом.

…Они действительно контролируют все и везде. Мир уже подготовлен к Возвращению, остались считаные месяцы… Они как вампиры, Антоха. Пьют нашу жизнь, сжигают наши умы. Но есть и те, кто противостоит Им. Павел много лет сражался, чтобы не допустить Их торжества. Своими, жестокими методами, часто бесчеловечными. И я согласен с ним: лучше жить хоть как-то, чем не жить совсем…

– Что все это значит? – в который раз спросил Аркудов, не слишком надеясь на ответ.

Расчерченное морщинами лицо полковника заметно напряглось в отблесках фонаря. В прищуренных глазах, показалось Антону, промелькнула злость. Павел Геннадиевич неспешно перезарядил пистолет, покатал на ладони несколько патронов, причем его губы шевелились, подсчитывая. Наконец, он опустил руку с оружием и прицелился лежащей твари в горло.

Вспышка выстрела ослепила Антона. Когда он открыл глаза, вновь привыкая к полутьме туннеля, Павел Геннадиевич стоял рядом.

– Я ведь говорил тебе, что мировое правительство образуют не совсем обычные люди. Вернее, совсем необычные, Антон.

– И?

Полковник молча пожевывал усы. В темноте это выглядело, будто старик безуспешно пытается проглотить серебристую рыбешку.

– Если бы я с ходу начал рассказывать тебе о том, что, возможно, сражаюсь с представителями внеземного разума?

– Я бы вас молниеносно послал на громоотвод, – не дал закончить полковнику Антон. Поморщился, поскольку глупая шутка в данной обстановке была совершенно неуместной. – Послал бы невзирая на любые корочки и происшествия.

– Теперь-то этого сделать не можешь.

Улыбка далась Павлу Геннадиевичу с видимым трудом. Аркудов заметил, что сражение с песиголовцем забрало у силовика намного больше сил, чем тот хотел показать.

– Не могу, – согласился Антон. – И даже не из-за ваших рассказов, а деваться некуда. У вас такой свирепый вид, что, если я развернусь и попытаюсь уйти, спина у меня превратится в такое же решето, как у этого… этой стражницы.

Полковник реплику проигнорировал. Жестом пригласил Антона вернуться к обнаруженному обелиску.

– Никуда не пойду, пока не объясните, что здесь творится, – встал в позу профессор, для большей уверенности ударяя себя кулаком по бедру. – Пускай это будет рассказ о летающих тарелочках, но главное, чтобы правдоподобно. Убедите меня, что я не сплю, выжрав паленой ужгородской водки на отцовской могиле. Тогда черт с вами – найдем этот дневник…

Он слегка запнулся, когда рука непроизвольно хлопнула не по штанам, а по поясу, за которым, под рубашкой, прятался злополучный блокнот.

Полковник очень медленно – то ли размышляя, то ли с угрозой – повернулся. В лицо Антону ударил свет фонаря.

– Что конкретно ты хочешь знать? – спросил Павел Геннадиевич. – Тебе было сказано: есть двадцать… существ, так называемых Правителей, которые пытаются управлять нашей цивилизацией. Помимо экономических, идеологических, политических и других известных науке инструментов управления, они обладают некоей сверхсовременной Системой технологий, позволяющих через средства массовой информации влиять на сознание людей. Причем влиять до такой степени, чтобы организовать локальный конфликт вроде восстаний в Египте и Белоруссии, начать третью мировую войну или больше – заставить человечество самоуничтожиться. Это даже не гипноз или другие известные методы подавления человеческой воли, все намного сложнее. Они нашептывают мнение, создают мысли, формируют мировоззрение. Тотально – для всех. И люди идут за ними, как овцы, довольствуясь навязанными ценностями, не понимая, что никогда не знали настоящей свободы и знать не будут.

В этот день уже происходил подобный разговор. В кабинете покойного отца Антона полковник предъявил неоспоримые доказательства, основанные на внимательно проанализированной истории развития человечества. Действительно, могло существовать сообщество с возможностями и ресурсами мелкого божка: целые континенты склонялись перед его волей, история развивалась по указанному руслу.

– Вы упоминали, что, если эту загадочную двадцатку не остановить, до конца года наша цивилизация погибнет, – осторожно начал ученый. – Даже учитывая все фантастические события, через которые мне пришлось пройти за каких-то несколько часов, ваши слова кажутся мне абсурдом.

Полковник в нетерпении поигрывал фонарем. Явно ему хотелось вернуться к обелиску и заняться поисками дневника. Однако Павел Геннадиевич понимал, что Антон может заартачиться и отказаться сотрудничать.

– Представь себе, – начал он, неотрывно глядя на ученого, – что есть какие-то существа, возможно инопланетного происхождения, живущие бок о бок с нами на этой Земле. Намного более развитые, чем человечество. Более высокая ступень развития жизни.

– Представить нетрудно, – согласился Антон, с жадностью впитывая услышанное. Пока Павел Геннадиевич говорил, ученый складывал воедино факты – слова полковника, весточку от умершего родителя и переведенный текст с обелиска.

– Они не воспринимают нас равными по разуму с ними, – продолжил полковник. Голос его был наполнен с трудом утаенной обидой. – Мы для них что-то вроде племенного скота. Нас содержат в относительном комфорте и позволяют наслаждаться условной свободой. Для чего? Для того, чтобы мы размножались. А дальше что? – Он испытующе уставился на Антона.

– Это вы мне скажите, – предложил ученый. – Меня в эту тему втянули практически без моего согласия. Не успел я еще освоиться.

– Есть предположение, что Правители нами питаются. – Полковник сделал паузу, ожидая реакции.

Антон хотел промолчать – ему было одновременно и жутко, и интересно, – но ляпнул, по своему обычаю насмешливо приподнимая брови:

– Кровушку нашу сосут? Или мозги серебряной ложечкой из черепов выколупывают?

– Может, и так, – серьезно ответил Павел Геннадиевич. – Мне не приходилось видеть никого из них.

– Откуда тогда уверенность? – поинтересовался Аркудов.

– Это предположение. Но оно подкрепляется оперативными данными.

– Какими же, позвольте спросить?

– Не позволю. Воспринимайте как истину.

– Ладно, – согласился Антон. – Допустим, вы правы. Где-нибудь под Лондоном или эмиратами прячется засекреченный бункер, где живут правящие нашим миром людоеды. Я вас правильно понял?

– Да. Но прячутся они не в одном месте, а живут рядом с людьми по всему миру. Ты мне для того и нужен – найди и расшифруй дневник Игоря Васильевича. Укажешь на места, в которых предположительно могут находиться Правители, – свободен.

Ученый поскреб подбородок.

– По-моему, глупость получается. Во-первых, если ваши суперлюдоеды в самом деле управляют человечеством с седых времен, то каждому из них должно быть по меньшей мере лет эдак восемь тысяч. Во-вторых, не думаете же вы, что представители более развитой цивилизации так глупы, чтобы обитать в конкретных местах. Скорее всего они постоянно перемещаются – меньше вероятность того, что подобные вам борцы за