Ксенолог с пересадочной станции - Аксюта Янсен

— Если вы о той программе обучения-развития, что в своё время не осилил я, то об этом не может быть и речи.

— Почему?

— Не хочу.

Они перебрасывались репликами, словно бейсбольным мячиком от одного — к другому — к третьему и уже дошло до завуалированных оскорблений и цитирования статей уголовного кодекса. Я меланхолично жевала пирожки один за другим, уже почти не ощущая их вкуса. Тема в разговоре была поднята преинтереснейшая: всё равно ведь понятно, что в воспитание внука/внучки будущие бабушка и дедушки, все три, будут вмешиваться. Разве что увезти дитятко на другой конец вселенной. И как бы это так устроить, чтобы наш с Миком малыш не стал яблоком раздора и тем самым канатом, в перетягивании которого будут соревноваться все наличествующие родственники? Задача. И как бы это так исхитриться выяснить, что же конкретно хотят от нас эти убеждённые милитаристы? И как эти два интригана решились предложить нам что-то эдакое, зная, какие впечатления у Мика остались о собственном детстве и отрочестве?

— М-м-м? — этим неопределённым звуком постаралась я привлечь внимание. Получилось. Все трое замолчали на полуслове, как будто только того и ждали. — А можно спросить, что конкретно вы хотите нам предложить?

Действительно ждали. В руках Джентано как по волшебству появился стандартный бланк договора, и перекочевал в мои руки. Мика, что характерно, даже не попробовал его перехватить. Мои уши сами собой встали торчком, а хвост мотнулся туда-сюда, подметая пол. Очень интересно. Очень-очень.

— Вы не будете возражать, если мы сначала это обсудим друг с другом наедине? — я постаралась улыбнуться как можно лучезарнее, скрывая недоумение и, сложив лист вчетверо, сунула его в сумочку.

— Признаться, именно на это мы и рассчитывали, — максимально любезно ответил Джентано.

— Потому как на трезвомыслие нашего собственного отпрыска рассчитывать не приходится, — припечатал Куан.

И это был апофеоз их взаимоотношений. Лучше всего эти трое ладят между собой, когда находятся на приличном расстоянии друг от друга или когда используют меня в качестве некого буфера. Я это знаю, Мика это знает, а оба его отца этим ещё и пользоваться умеют преотлично и потому остаток обеда мы провели за обсуждением политики, спорта и прочих проблем мирового масштаба, о которых можно поспорить, поругаться, а потом плюнуть, забыть и разойтись со спокойной совестью.

К животрепещущей теме предложения потенциальных дедушек мы вернулись только когда очутились дома, в моём жилом модуле. Тесновато, конечно, вдвоём на восьми метрах, но Микина жилплощадь так и осталась вделанной в самосборный космокатер. А докупать ещё один смысла не имело, потому как мы тут всё равно не живём, так, проводим по паре отпускных недель раз в полгода, да и возвращаемся только на ночлег и чтобы обсудить важные вопросы в приватной обстановке. Как, например, сейчас.

— М-м, — протянул Мика, после того как по второму разу просмотрел весь текст от первого до последнего слова. — Узнаю своих родителей. Намекнули, напугали, заставили понервничать, для того чтобы конкретные предложения показались нестрашными и вполне приемлемыми.

— Вот этого я и не поняла. Для чего было весь этот огород городить, если требование у них только одно: чтобы это обязательно был мальчик? Может там в списке клиник и специалистов есть подвох?

— Нет, тут как раз всё чисто. Да и не рискнёт ни одно из медицинских учреждений запрограммировать такую геноформу, которую родители не заказывали. Подсудное дело, высылка во внеземелье как минимум. Можно их ещё по сети проверить, отзывы почитать, если тебе от этого спокойней станет.

— Тогда что?

Ну не может такого быть, чтобы такое шикарное предложение как неограниченный кредит на оплату всех медицинских услуг связанных с появлением нашего наследника да за такую мелочь как выбор пола. Если учесть, что нам, в общем-то, всё равно, мы и дочери и сыну будем одинаково рады. А предоставленный нам карт-бланш — это такой простор для деятельности! Широчайший! Ведь если для программирования развития ребёнка с любой стандартной геноформой достаточно одного специалиста средней руки, то для разработки индивидуального проекта требуется команда из трёх-четырёх специалистов высокого класса. И стоит это… Да я даже не знаю сколько, в жизни таких денег не имела.

— О, о! Вижу, уже глазки заблестели. Вот примерно на это мои предки и рассчитывали. На то, что мы не удержимся и, попользовавшись этим кредитом по полной, закажем самое лучшее, на что только фантазии хватит. То, что нас попросили ограничиться мужским полом — это некая гарантия, что мы не сочиним нечто сложно-декоративное, но абсолютно непрактичное. А так, потом можно будет будущего внука осторожно склонить к воинской карьере.

— И чего они тогда сами второго сына себе не родили? — Мои уши разошлись в стороны и чуть обвисли. Знаю, так вид у меня получается комично-недоумённый, но удержаться не смогла. — Имеют законное право на второго потомка на двоих.

— Попробовали один раз, признали результат своей педагогической деятельности неудовлетворительным и решили в следующий раз воспользоваться плодами чужого воспитания. Что я, собственных родителей не знаю, что ли? Наверняка ведь присмотрелись к твоей семье, отметили, что при не самых шикарных начальных данных, и ты, и твоя сестра немалого достигли и записали это в заслугу твоих родителей. А ты их дочь и можно рассчитывать, что и у тебя с воспитанием неплохо получится.

— А ты?

— А я — величина неопределённая и скорее даже отрицательная. Но что поделать, если я и есть их сын? Меня из уравнения никак не исключишь.

Я прочесала пятернёй шевелюру, разрушая тщательно наведённый в парикмахерской творческий беспорядок. Как-то непривычно мне было вот так, по косточкам, разбирать мотивы поступков родителей. По крайней мере, своих.

— А может, оно и к лучшему — как знать, их ресурсы и наше воспитание — вдруг действительно получиться что-то толковое. А до выбора профессии ещё немало лет пройти успеет.

— «Что-то толковое» это ты так о нашем сыне? — Мика комично-вопросительно приподнял левую бровь и легонько толкнул меня плечом, желая разрядить обстановку.

— Ну, пока это ещё не сын, а скорее проект на стадии планирования, могу выражаться, как вздумается, — передёрнула я плечами. Со всеми этими обсуждениями, рассуждениями и прочим планированием уже даже как-то померкло желание заиметь себе такую же лапочку как младшая сестрёнка Зая. — Да и