По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– Вы не понимаете, когда «яд» не подействовал, они, уже морально дозрев, что-то другое натворили бы. Вы же им не только промывание желудков сделали, но и содержимое голов прилично прояснили. Я могу, конечно, отправить к ним Крамеша или попросить Крылану, но, сдаётся мне, что пока это не нужно.

– Похоже, у вас ещё двое воронов прибавляется, из тех, которых вы терпеть не можете, – слабо улыбнулась Таня.

– Да оно вообще-то понятно, – вздохнул Сокол, закинув руки за голову и сцепив пальцы на затылке. – Вороны очень привязываются друг к другу, к семье, к роду, и если по какой-то причине остаются одиночками, то или погибают, или подсознательно ищут, к кому бы… приворониться.

– А тут вы…

– А тут я, – согласился Соколовский. – И вы, кстати!

Тут Филипп призадумался, лицо его прояснилось, и он продолжил:

– Это ж из-за вас у меня и Вран появился, и Крамеш, да и Крылана! И, если честно, то без вас и Карины здесь не было бы. И эти двое вранобаранов тут бы не появились.

– Хм… это ещё «какая вы молодец» или уже «а кто тут во всём виноват»? – уточнила Таня.

– И то, и то! – рассмеялся Соколовский. – Надо же мне хотя бы самому себе объяснить, каким это образом я оказался по колено в воронах, а?

– Ну поняяятно, – тоном человека, который так и знал, потянула Татьяна. – Всё будет зависеть от вашего настроения – если оно хорошее, то: «ладно уж, вороны – это не так и плохо», а если не очень, то: «А где эта Татьяна, из-за которой у меня тут воронья слободка?»

– Точно! – весело кивнуло ей начальство. – Именно так!

– Ага, но раз у вас пока хорошее настроение, то можно этой несчастной парочке хоть какое-то послабление будет? Тяжко им, – тут же воспользовалась Таня настроем Сокола.

– Верёвки вы из меня вьёте! – картинно покачал головой Соколовский. – Хорошо. Как только будут заканчивать работу, они могут поступать в ваше распоряжение – что хотите, то и послабляйте, только из гостиницы чтобы ни лапой, ни крылом! И посторонним не показывать и никого к ним не подпускать – сами понимаете, им могут и через кого-то из постояльцев передать отравы…

– Поняла, – кивнула Татьяна, которая только что пала жертвой многоходовки Сокола, с самого начала надеющегося на то, что Таня ими и займётся – очень уж хорошие результаты получаются. – Правда, пока не знаю, что с ними делать…

– А вы поговорите с ними, авось что-то в голову и придёт, опять же и с Иваном можете посоветоваться! Сшайра я предупрежу, – настроение у Филиппа Ивановича ещё больше улучшилось.

– Хорошо, поговорю! – пообещала Таня, – покосившись на стол с письмами. – Страшно представить, что было бы, если б вы не догадались!

– Карину я бы всё равно не отдал, – пожал плечами Соколовский. – Но вот теперь мне очень интересно, и кто же там у Вещекрылых такой хитроумный? Да, кстати, вы обратили внимание, что родители у них приёмные?

– Да, обратила…

– Вот и хорошо – тоже интересная история. Может, они вам об этом и расскажут, – почему-то Сокол был железно уверен в том, что очень скоро вороны-уборщики наперебой с Таней этим секретом поделятся.

Татьяна вышла из кабинета руководства в глубокой задумчивости и в коридоре практически налетела на Ивана.

– Таня! – обрадовался он. – А я тебя хожу и ищу!

Он сразу обратил внимание на озадаченный вид Татьяны, покосился на кабинет Соколовского и уточнил:

– Что-то случилось?

– Да как бы тебе сказать… наверное, да. У нас тут проблема образовалась – не знаю, что делать с воронами.

– Это с которыми? – удивился Иван.

– С уборочными… Пойдём, я тебе расскажу, что тут у нас было, а ты мне что-нибудь умное посоветуешь!

Они поужинали и сидели на чердаке, который стараниями норушей всё больше напоминал замечательный зимний сад, каким-то удивительным образом переходящий в добротный огородик, весьма бодрый, несмотря на осень.

– Задачка… – вздохнул Иван. – Тань, а ты уверена, что тебе это нужно?

– Вот в том-то и дело, что уверена, – кивнула Татьяна. – Иногда такое чувство бывает… странное! Да, можно мимо пройти, вроде дело