"Фантастика 2026-8". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Северский

действиям. Я не хочу ни капли сомневаться в том, что если я все сделаю правильно, все вернется к исходному времени. Я надеюсь, вы не юрист, который прописал в договоре мелкими буковками то, что я не прочитала. Иначе все, что я собираюсь делать будет иметь совсем другой смысл.

– Настя, в той структуре, в которой я работаю нет понятия юриспруденции. Мы настолько открыты друг перед другом, что никому и в голову, ну или в ее аналог, не придет быть нечестным или умолчать о чем либо. Всегда помни, что вы не должны делать то ради чего вас сюда отправили, стопроцентно. Как только ты добьешься этого результата мы сочтем что проект сорван, то есть такой способ заселения планеты для вселенной не угоден, и все вернется в тот миг, в который все и началось.

– Спасибо, я чувствую, что вам можно доверять.

– Мне кажется, что после того, как вы добьетесь успеха наше общение не прекратится.

– Что вы имеете ввиду? – Такой ответ озадачил Настю.

Но вместо ответа она проснулась в темном помещении. Глаза немного попривыкли к темноте, и вместо серых стен она уже видела их красноватый оттенок. Сколько проспала девушка не представляла даже приблизительно. Чувствовала она себя отдохнувшей и готовой к дальнейшим действиям.

Последняя фраза никак не выветривалась из головы. Что имел ввиду голос, под понятием продолжить общение. Сейчас Насте хотелось добиться результата и забыть обо всем. Зачем ей напоминать об этом после того как все закончится? Звучало как-то не обнадеживающе. Хотя, может она и не понимает о чем идет речь.

Настя прошлась по комнате согнувшись в три погибели. Заглянула в отверстие, ведущее на улицу. Начиналась ночь. Сумеречный свет почти не давал света в помещение. Девушка вспомнила о полосах света на стенах пирамид. Ей стало интересно, дают ли они освещение внутрь пирамид? Она потрогала то место, где открывалась дверь. Почти неосязаемая щель имелась между стеной т дверью. Не зная где ее искать можно было не найти вовек. Настя придавила дверь, пробуя открыть ее. Дверь слегка поддалась, но снаружи послышался предостерегающий рык. Все желание открывать дверь дальше сразу пропало.

– Опасаются.

Настя снова села на пол и достала из горшка сочный плод. Будучи дома она не раз задумывалась над тем, как можно научиться изъясняться с существами не понимающими не только твой язык, но и вообще, не имеющими понятия о твоем образе жизни. Взвесив разные варианты она пришла к выводу, что самое лучшее это показывать на иллюстрациях, а при их отсутствии рисовать самой. Необходимо было вовлечь и самих туземцев в такой способ обучения.

В боковом кармане ее штанов «афганки» лежали несколько тетрадных листочков и карандаш. «Еноты» не стали проверять карманы, в отличии от рюкзака, который бесследно пропал. К сожалению карандаш переломился пополам. Настя осмотрела его размочаленные края и попробовала сточить их об шершавый пол. Ей удалось. Мягкий материал легко поддавался обработке. Через пятнадцать минут напряженного труда у девушки были две замечательно подточенные половинки карандаша. Ей хотелось начать рисовать, но сумрак не позволял это сделать. Насте не хотелось терять времени. Ей казалось, что существа принимающие решение об их участи могут сделать скоропалительные выводы и прекратить эксперимент.

На улице становилось темнее и комната наполнялась мраком. Двое земных суток в темноте казались девушке тяжелым испытанием. Но не успела она подумать об этом, как в комнату словно ручей затек свет. Он прошел полосой шириной сантиметров пять через отверстие в стене и закруглился на потолке в небольшую спираль. Комнату заполнило красноватое интимное освещение.

– Уютненько. Не удивлюсь если вам уже подбрасывали до нас знаменитую улицу Амстердама. Сперва вас хотели победить пряником, а теперь кнутом. Можно перефразировать пословицу: не гонореей, так танками.

Света было достаточно, чтобы рисовать. Настя знала, что нарисует первым. Мужчину и женщину в естественном виде, со всеми морфологическими отличиями, а рядом детей, тоже разных полов. Художник из нее был никакой. Природа наделила ее неплохим интеллектом, усидчивостью, но совсем не дала таланта в руки. Рисунки ее больше напоминали карикатуры. Но девушка верила, что это не столь важно.

Долго никого не было и Настя решила позвать их при помощи свистящего горшка. Почти сразу со свистом отворилась дверь и вошли три фигуры. Двое остались в дверях, а третий взял горшок. Настя подняла рисунок и направилась в сторону выхода. «Еноты» громко зачирикали. Настя почувствовала в их голосе предупреждение.

– Ну вы чего, дураки? Я хочу с вами установить контакт. Нам нужно понимать друг друга, иначе мы так и будем воевать. – Девушка говорила громко, произнося слова с интервалами, словно это могло помочь им понять ее. – Пригласите кого-нибудь из руководства, поумнее вас. – Девушка потрясла рисунком перед туземцами. – Контачить будем.

«Еноты» ретировались спинами. Поведение девушки немного напугало их. Но как могла убедиться Настя с сообразительностью у них все было в порядке. Через некоторое время дверь снова отворилась и вошли двое туземцев. Они встали посреди комнаты. Их маленькие острые глазки смотрели на девушку, словно ждали ответа.

– Вы, кто, эти… контактеры? Ладно, проходите садитесь. – Настя сама опустилась на пол и по восточному сложила ноги положив на них листок с рисунком.

«Еноты» синхронно колыхнулись и подошли ближе.

– Не бойтесь хомячки, солдат ребенка не обидит. Если вы будете так напряжены, то нам будет трудно установить контакт. Расслабьтесь и будьте естественны. – Мягкий голос девушки подействовал. Туземцы подошли ближе и согнув колени наполовину расположились рядом с девушкой.

– Если вам так удобно, то можно начинать. – Настя подняла свой рисунок и показала его туземцам. – Женщина! – Показала девушка на рисунке карандашом, а потом на себе. – А это мужчина! – Она показала в сторону стены, надеясь, что ее поймут. – У женщин есть грудь. – Она показала выпуклость под формой. – А у мужчин плоско. – Настя изобразила рукой плоский предмет перед грудью. – А это дети. Плоды любви мужчины и женщины. – Она обвела кругом мужчину и женщину и провела от них стрелку к детям. – Понятно?

Еноты посвистели и поцокали. Настя взяла следующий чистый листок и нарисовала человеческую семью перед домом, а затем изобразила семью «енотов» перед пирамидой.

– Дом! – Настя провела карандашом от человеческой семьи к дому. – А как у вас? – Она ткнула в пирамиду.

Туземцы издали короткий свист. Оба одинаковых. Настя попробовала повторить, чем