Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

— Отлично! Тогда, как вы сами говорили, не будем терять времени.

Гюнтер решительно обошел стоявшего в неподвижности капитана и направил свет фонаря в глубь лаборатории. Взгляду неожиданно предстала целая стена из составленных друг на друга больших картонных коробок. Ими оказалась полностью забита вся оставшаяся часть помещения, отчего сразу же появилось ощущение того, будто находишься на каком-нибудь складе, а не в том месте, где когда-то велись научные исследования.

Гюнтер подошел к штабелям вплотную и похлопал рукой по одной из коробок.

— Знаете, что это такое, капитан? — спросил он, не скрывая радостного возбуждения.

— Догадываюсь, — мрачно ответил Каттнер.

— Скорее всего, вряд ли. Эти коробки, капитан, — тоже наши с вами деньги, и их просто необходимо погрузить на «Ириду». Господи… да здесь же целое состояние!

— Нет, — сказал Каттнер, подходя ближе. — Ничего мы грузить не будем. Договор предусматривает лишь поиск и доставку контейнеров и ничего кроме этого. Ни о каком дополнительном грузе в нем нет ни слова. Поэтому, забудь… и давай, наконец, найдем этот проклятый холодильник!

— Послушайте, Каттнер, — Гюнтер развернулся и теперь глядел на капитана прямо в упор. — Вы все-таки не понимаете… или понимаете не до конца. — Он, словно невзначай, положил руку на кобуру, что, конечно же, не могло укрыться от внимательных глаз бывшего десантника. — Так вот, считайте, что свою миссию вы уже фактически выполнили. Доставили нас на Лорелею, нашли эту лабораторию… Но на этом все, понимаете? Все. Теперь только я определяю, что должно быть загружено на борт корабля, а что нет. Контейнеры — безусловно, да, это главное. Но и эти коробки тоже. Вот так-то, капитан…

Обращение «капитан» прозвучало с явной издевкой.

Каттнер долго молчал, а потом, видимо, приняв решение все-таки не связываться со значительно более сильным и, главное, молодым противником, произнес:

— Я понимаю так, что должность капитана теперь твоя. Ладно, не возражаю. Тогда объясните мне, капитан, как вы намерены доставить к кораблю такое ненормально огромное количество довольно-таки габаритного груза? Напоминаю, что ни погрузчиков, ни грузовых платформ в нашем распоряжении нет.

— Бросьте, Каттнер, какой из меня капитан. Ни на что подобное я вовсе не претендую. Так что давайте обойдемся без обид. Поймите, наконец, что я всего лишь попытался в очередной раз напомнить вам о своих полномочиях. У вас свои инструкции, а у меня свои. И если я говорю, что груз должен быть взят на борт, значит, он должен быть взят. А каким именно образом, давайте подумаем вместе.

Каттнер еще немного помолчал.

— Ну, хорошо, — наконец, сказал он. — Думаю, для начала коробки следует поднять наверх, на улицу. И сделать это придется вручную. Ты как, готов? Перетаскать на себе всю эту груду?

— Вот так-то лучше, капитан, — произнес Гюнтер, убирая руку с кобуры. — Я рад, что мы друг друга все-таки поняли. А насчет перетаскать… да, готов. С вашей помощью, разумеется. Коробки легкие, и если связывать их по нескольку штук зараз… думаю, справимся. А главное при этом не забывать, что на самом-то деле каждая из них стоит денег, и немаленьких. Кстати, обещаю приложить максимум усилий к тому, чтобы этот груз вам оплатили отдельно…

— Готов, говоришь… — невесело усмехнулся Каттнер. — Н-да… наглядный пример того, что с людьми делает жажда наживы. Помани звонкой монетой, и они уже готовы целые горы свернуть… Ладно, черт с тобой. Попробуем, но лишь после того, как найдем контейнеры.

— Договорились, — ответил Гюнтер.

Долго искать не пришлось. Холодильная камера обнаружилась здесь же, совсем рядом с картонной стеной. С трудом открыв совершенно примерзшую дверь, Каттнер увидел на одной из полок внутри камеры три плотно закрытых металлических ящика размером с хороший чемодан. Контейнеры выглядели весьма солидно и производили впечатление совершенно неподъемных. На лицевых панелях каждого из них мигала маленькая красная лампочка, свидетельствующая о том, что контейнеры оборудованы встроенными источниками питания, которые, несмотря на истекшие годы, все еще не сдохли.

— Вот наши деньги, — сказал Каттнер, поворачиваясь к напарнику. — Ну что, взяли?

— Взяли, — ответил Гюнтер.

Глава 6

Рон осторожно высунул голову из прятавшегося в глубокой тени сугроба и повел глазами вдоль пустынной улицы. Отсюда, из облюбованного им убежища, открывался прекрасный вид как на высокое полуразрушенное здание, бесследно поглотившее так называемых «подопечных», так и на застывший в полной неподвижности антиграв на вершине снежного холма.

Сугроб по соседству вдруг зашевелился, и оттуда показалась голова Катерины.

«Что-то долго они там возятся,» — сказала она, окидывая взглядом пустынный пейзаж.

«Вот и я о том же,» — тут же воодушевился Рон. — «Нужно сходить на разведку. Мало ли что, вдруг их там завалило чем-нибудь…»

«Я тебе схожу,» — сердито сверкнула глазами Катерина. — «Хватит, сходил уже.»

«Ну, так кто же знал, что этот сумасшедший Гюнтер вдруг возьмет и развернет машину… А вообще-то, ты, конечно, права. Нельзя было вот так, с разбега, выскакивать прямо на середину улицы. Виноват, больше не повторится…»

«Вот-вот, именно что виноват. Зато благодаря тебе они теперь знают, что планета вовсе не так пустынна, как им представлялось.»

«Хм… Мне почему-то кажется, что не стоит так уж драматизировать ситуацию. Если ты помнишь, они сошлись на том, что Гюнтеру с перепугу просто померещилось. Так сказать, галлюцинация, мираж… сон разума…»

«Какой еще сон разума? Ты о чем, очнись! Гюнтер абсолютно убежден в реальности твоего существования. Видел, как он оглядывается на каждом шагу? Да и Каттнер, похоже, не очень-то верит во всякие миражи, просто ему сейчас не до нас с тобой. А вот когда они завершат здесь свои дела, может и вспомнить, причем не только видения Гюнтера, но и слуховые галлюцинации Жаклин. И если он тот самый Каттнер, которого имел в виду Джошуа, то, думаю, вполне способен сложить два и два.»

«Н-да… ты, вероятно, права. Черт, как-то нескладно все получилось… столько времени скрывались, а спалились, что называется, в одночасье.»

Они помолчали, думая каждый о своем. Потом Катерина сказала:

«Не будем расстраиваться раньше времени. Один обнадеживающий момент в этой истории все-таки есть. Судя по всему, у нашей троицы явные нелады с законом. Они сами вынуждены скрываться, а значит, болтать направо-налево о своих предположениях совершенно точно не станут. И вряд ли найдут благодарных слушателей в той среде, в которой им приходится вращаться. Это дает нам определенный шанс, хотя, надо прямо признать, весьма призрачный. Шанс на то, что им просто никто не поверит.»

«А ты бы поверила?»

«Я?.. Хм… Если ты имеешь в виду ту выпускницу художественного училища, с которой когда-то познакомился на Земле, то нет, скорее всего не поверила бы. Сочла бы за