Античный Чароплёт. Том 4 - Аллесий

входы в темные тоннели, уходящие неизвестно куда. Так или иначе, Мыслительный Центральный Кристалл — это вместилище духа-хранителя комплекса. Он связан огромным количеством ограничений и клятв, но все равно может попробовать что-то косвенно учудить. В конце концов, умирать никому не хочется.

Недалеко от центра высокой кристаллической структуры, закрытой светящейся мелкоячеистой сетчатой стенкой, в воздухе начала прорисовываться фигура. Человекоподобное создание с утонченными чертами лица, но без волос и явно выраженных половых признаков.

— Спокойно. Это просто оптическая иллюзия, — Кларна приподняла руку. Я и так видел, что ауры там особо никакой нет. Световая проекция, не более.

— Я тебя слушаю, — Ортинум подошел ближе. Что за проекция… Духа-хранителя комплекса? Ну, вероятнее всего. Он тут много чем должен управлять, хотя клятвами связан по самое не хочу. Фактически очень удобный магический слуга, чьи руки, глаза и уши есть тут везде и всюду. А служит он управляющему комплексом.

— Ваши полномочия подтверждены центральным кристаллом.

— Да. Мы отряд ЭКЧ. Группа зачистки согласно желтому протоколу.

— Вы не можете эвакуировать все хранилище информации из объекта.

— Это второстепенная задача, — несмотря на то, что управляющий тут всем разум связан по рукам и ногам, командир все равно вел себя с ним с осторожностью.

— Вы можете эвакуировать меня. Нужно другое вместилище. Я содержу полную информацию о происходящих событиях и достаточно данных о проводимых экспериментах и их результатах.

Ортинум замер. Предложение более чем заманчивое. Это гарантированное выполнение задания в полном объеме. Это существо, скорее всего, не имеет полного доступа вообще ко всему. Записи ученых, детали экспериментов, внутренности лабораторий ему в лучшем случае доступны только частично. Но отчитаться о чем-то вроде “такого-то числа проходили испытания в рамках такого-то проекта, завершились успехом, участники испытаний те-то и те-то” — это он точно может. Да и о том, что происходило в комплексе и что его погубило, точно осведомлен. По таким данным можно очень много чего выстроить и восстановить.

Раз предлагает эвакуировать себя на другом носителе… Такие существа могут быть чем угодно. Очень качественным умным заклинанием, например. Или порабощенной душой разумного. Или одушевленным големом, которому разум просто дали. Маги на Парифате способны на многое. Более редкие варианты — порабощенные или пошедшие на сделку с людьми демоны, иные специфические создания. Если от магического слуги, а это специфичная и крайне мощная форма именно таких чар, требуется что-то особенное, то могут при создании закладывать совершенно невообразимые вещи. Все зависит от мастерства, воображения, возможностей… Тут у нас кто? Одушевленный дух?.. Думаю, командир согласится…

…

— Это еще что такое?.. — Иртан замер в удивлении.

— Головы? — голос Кларны звучал скептически. Очередной странный экспонат местного разлива, который мы проходили, не казался чем-то значимым. Просто выставленные на подставках головы. Даже в этом зале, а их на нижнем уровне было много, были вещи и поинтереснее. Например, антрацитово-чёрные доспехи, которые казались двумерными из-за того, что от них не отражался свет. Или многоцветный колеблющийся туман… Все “эскпонаты” этого странного музея закрывались множеством чар, которые позволяли лишь видеть объект визуально, но не читать ауру и ни в коем случае не касаться его. Где-то и вовсе была заперта “пустота”. Точнее, непонятно было, что там вообще закрыто. Где-то стоял уродливый сморщенный серый карлик, который явно не мог двигаться… Дюжины голов на подставках — это не что-то сверхординарное в этом месте.

— Это наши головы.

— Что?..

Заявление было настолько неожиданным, что многие стали смотреть в ту сторону. И действительно — на подставках стояли наши головы. Всего отряда. Правда, происходило странное. Две из них все время были безликими, но “экспонаты” словно никак не могли выбрать, какие именно. Некоторые постоянно начинали “течь”, становясь человекоподобными масками без всяких черт лица, а другие, наоборот, приобретали формы членов отряда.

— Быть начеку. Эти барьеры не должны позволять им с нами контактировать никак. Они не должны получать о нас информацию.

— А визуально? Командир? Они же нас видят…

— Мы их видим. К ним свет от нас не проникает, — покачала головой Джемма. Она разбирается в артефакторике. Поверю на слово.

…В этот момент я практически потерял нить происходящего. На последних усилиях, цепляясь разумом за призрачное веретено реальности, я еще успел “дернуть” события немного дальше…