Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова

в сторону деревни, по уже заросшей травой, рыжей тропинке. Остановившись напротив второго от края дома, он осторожно вбросил туда свое поле – дом был полон возбужденных биополей, будто это был какой-то муравейник. Негромко хмыкнув, Дакк вошел своим полем в следующий дом – там находилось всего одно биополе, пребывающее в спокойном состоянии, громко хмыкнув, Дакк вошел своим полем в следующий дом – там л туда свое поле – дом вой, рыжей тропинке. ширины и толщины. тья показывающее, что его обладатель спит. Он прошелся своим полем по другим домам: все они были заняты. Развернувшись, он направился к дому Зетт. Девушка встретила его перед домом.

– Я тебя не увидела и мне стало страшно. Я подумала, что тебя унес воалиан. – Возбужденно выпалила она.

Улыбнувшись, Дакк дотронулся до её волос.

– Уверяю тебя, этого, никогда не произойдет.

– Тебя никогда не унесет воалиан?

– И тебя тоже. Мы ему не по когтям.

– Ты так думаешь?

– Я уверен. Ты нашла освежитель.

– Я всё убрала и вышла пригласить тебя в дом. Тебя нет…

– Здесь я, здесь. Пойдём. Скоро ночь. Здесь быстро темнеет.

Ничего больше не сказав, Зетт повернулась и направилась ко входу. Дакк последовал за ней.

Войдя в дом он замер на пороге – внутри было чисто. Почти по всему диаметру дома на полу лежала большая серая потертая шкура какого-то животного, на котором выделялось тёмное пятно малыша наездника воалиана; на стене, напротив входа, неярко блестел голубоватым светом светильник, около стены на большом коричневом камне, видимо служившим столом, лежали пакеты с едой, рядом с ним стояли два камня поменьше, скорее всего, они служили аборигенам стульями.

– Проходи. – Зетт указала на один из стульев. – Будем ужинать.

Дакк прошел к указанному камню и сел.

– Ты здесь жила? – Не зная зачем поинтересовался он.

– Здесь. – Девушка дернула плечами, подвигая к нему один из пакетов.

– Я хотел спросить, как ты здесь жила?

– Как все. – Зетт вновь дернула плечами.

Дакк достал из пакета баночку с тоником и упаковку с едой и раскрыв, начал неторопливо есть. Зетт достала из своего пакета какую-то небольшую упаковку и раскрыв её, положила перед малышом наездника. Издав какой-то высокотональный писк, малыш схватил упаковку и уткнулся в неё своим мохнатым лицом. Донеслось его негромкое урчание.

– А спали вы где? – Дакк повернул голову в сторону усевшейся на второй камень девушки.

– Здесь. – Она кивнула головой в сторону шкуры на полу.

– Но ведь по ночам холодно.

– Отец не боялся холода. Мать прижимала меня к себе и прикрывала краем шкуры.

– А когда ты выросла?

– Когда я выросла, пришел ты.

– Сейчас я был в деревне, там в одном доме, словно муравейник.

– Это наша жизнь. Уверена, когда-то и твои предки так же жили.

– Мои…

Дакк умолк, вспомнив, как живут зенны на его родной планете и как, когда-то жил и он. Ничем особым, если не считать жизнь семьями, его жизнь не отличалась от здешней жизни. Может лишь климат его планеты не такой контрастный.

– А ты знаешь, что такое дождь? – Поинтересовался он.

– Вода льется с неба.

– Ты видела?

– Нет.

– А откуда же знаешь?

– Ты рассказывал.

– Странно. – Дакк состроил гримасу. – Не помню.

– Я тебе уже надоела. – В голосе Зетт послышалась грусть. – Ты уже стал забывать меня.

– Совсем наоборот. – Дакк улыбнулся. – Я все больше и больше думаю о тебе.

– Не похоже.

– Твоя логика подводит тебя.

– А что это?

– Способность анализировать узнанное.

– Как раз это и заставляет думать так.

Дакк закончил есть и поставив пустые упаковки на стол, подпер голову руками.

– Лучше расскажи о своей деревне. Как здесь живут. Когда ты впервые увидела инопланетян?

– Каких инопланетян?

– Тех, кто родился не на этой планете.

– На рынке.

– И не испугалась.

– Нет. – Девушка широко улыбнулась. – Даже очень хотела, чтобы он купил у меня туру. Но он прошел мимо.

– Он был один?

– Не знаю. – Зетт дернула плечами. – Я кроме него, больше никого не видела.

– А откуда ты узнала, что это инопланетянин.

– Соседи сказали. Да и все вытаращились на него. Многие даже убежали.

– Почему?

– Вы не слишком вежливы с нами.

– Нельзя все расы нивелировать. Мы – хораллы, вас, совершенно, не трогаем. Живите, как хотите. А что касается стронгов, то они и нас достали, ещё больше чем вас.

– И вы терпите?

– Терпим. Уже ночь. Давай спать.

Дакк поднялся и пройдя на край шкуры, лег. Поднялась и Зетт. Взяв малыша, она отнесла его к ещё одному камню, в котором было углубление, опустила туда, выключила светильник и через мгновение Дакк почувствовал её горячее дыхание около своего лица…

* * *

Дакк открыл глаза. В доме было темно и холодно. Вверху серели несколько ни о чем не говорящих квадратиков. Зетт лежала рядом, набросив на себя край шкуры. Подождав, пока глаза привыкнут к темноте и проявятся контуры обстановки, стараясь не потревожить девушку, Дакк поднялся и вышел на улицу.

Было раннее утро, но самые яркие звезды ещё были видны. Это было совсем не то небо, которое он видел в горах в носителе шур Шина, так как там таких ярких звезд не было, хотя и эти яркими-то назвать можно было с большой натяжкой. Пытаясь согреться, Дакк, энергично махая руками, пошёл вокруг дома. Зайдя за обратную сторону дома, он остановился, уставившись в серый контур стелта.

Постояв некоторое время безо всяких мыслей, он направился к летательному аппарату. Подойдя и увидев, что трап поднят, он уже хотел уйти, но у него, вдруг, всплыла мысль, что если трап поднят, то Зетт это сделал снаружи, а значит его можно снаружи и опустить.

Войдя в информационное поле Беллиара Гаанна, Дакк принялся искать информацию о взаимоотношении своего носителя с летательным аппаратом и она вскоре нашлась. Оказалось, что Симур Беллиар Гаанн был прекрасным пилотом и Дакк тут же вспомнил вчерашние удивленные глаза Зетт, когда он неумело вел машину.

Мысленно обругав себя, он дотронулся до нужного места на опоре стелта и нижняя часть корпуса поползла вниз, превращаясь в трап. Поднявшись внутрь, он занял кресло пилота и включив экран осмотрелся, никаких тревожащих симптомов снаружи не наблюдалось. Внутри стелта было гораздо теплее, чем в доме Зетт. Дакк поерзал, устраиваясь поудобнее и прикрыв глаза, принялся изучать методику пилотирования Беллиара Гаанна.

Она несколько отличалась от того, как пилотировал летательные аппараты он и напоминала, как это делал Ромм, его последний дуэте по «Тритону» – летательный аппарат водился размашисто, по широким дугам, что Дакку не совсем нравилось. Он всегда выбирал самые короткие и быстрые