Фантастика 2026-158 - Максим Арх

всего. Сюэ Сюэ отбросил остатки приличий и обращался со мной хуже, чем с дворовой служанкой. Наложниц он привел в дом сразу после казни моего отца. Когда одна из них родила сына, возомнила себя главной на женской половине…

Надо записать их имена. Их имена, имена их родителей, где они жили… Всё!

Но перед тем что-то случилось. Император подписал отречение от престола и передал свои полномочия одному из сыновей. Четвертому принцу.

Всё это, несомненно, связано. Надо лишь вспомнить!

Глава 8

Листы быстро покрывались иероглифами. Я не пыталась выстроить из воспоминаний хронологическую структуру. Это потом. Сначала просто запишу всё, что смогу отыскать в памяти. К тому же я опасалась, что небеса спохватятся, исправят свою ошибку и я забуду прошлое. Недаром же госпожа Мэн поит души чаем забвения перед перерождением.

Два-три раза в день я отправлялась на прогулку по поместью, иногда быстро обходила его по кругу, а иногда останавливалась в особо красивых двориках. Больше всего мне нравился двор с огромным вишневым деревом, которое захватило всё вокруг. Его тень закрывала небо, часть ветвей удобно разлеглись на крышах домов, корни вздыбили каменные плиты, а листья раскинулись буро-зеленым ковром. Ми-Ми запрыгивала на вишню и исчезала в густой кроне, а я ей завидовала.

А еще мне каждый день приносили подарки. После «Рассуждений о духовной гармонии» Сюэ Сюэ прислал популярный среди женщин роман «Похождения тысячелетней лисицы». Затем последовали статуэтка монаха из черного нефрита, свиток с работой знаменитого художника, расписной шелковый веер… Только один подарок заставил меня засомневаться — изящная шпилька из горного хрусталя с нежно-голубыми сапфирами. Она словно была вырезана из чистейшего льда. Но я и ее вернула. После шпильки Сюэ Сюэ ненадолго угомонился. А спустя еще три дня Мэймэй принесла очередную шкатулку, открыв которую, я долго стояла в безмолвии.

Пион. Всего лишь один бутон живого пиона. Вот только цвет его лепестков… Я едва не потребовала принести наряд, в котором была на приеме Су. Тот же глубокий теплый оттенок гречишного меда. Разве бывают такие пионы? Где он раздобыл этот цветок? Как отыскал?

И ведь уже не отговориться дороговизной подарка. Всего лишь цветок! Но я была уверена — один этот бутон стоил не меньше хрустальной шпильки.

Я холодно посмотрела на Мэймэй:

— Ты докладываешь молодому господину Сюэ обо мне? Рассказываешь, как я смотрю на его дары?

Служанка перепугалась и упала на колени:

— Нет, юная госпожа, я бы никогда…

— Слишком быстро он отказался от книг, а потом от скульптуры и живописи. Почему было всего одно украшение? Кто-то явно донес ему обо мне.

— Это не я. Я же служу здесь почти десять лет. Как я могла…

— Подарки всегда приносила ты. Почему не Лили? Неужели всякий раз ты случайно оказывалась возле ворот, когда появлялся его посланник?

Девушка тихо заплакала.

— Передай госпоже, что я больше не желаю видеть тебя среди моих служанок, но не настаиваю на твоем уходе из поместья. Будешь помогать на кухне или смотреть за скотом — мне безразлично. Обязательно расскажи, почему я так решила. Если вздумаешь скрыть свой проступок, я выгоню тебя из поместья.

— Да, юная госпожа.

— И цветок забери.

Хотя пион отдавать было всё-таки жаль. И жаль, что столь дивное творение навсегда останется оскверненным прикосновением Сюэ Сюэ.

Тем же вечером ко мне заглянула мама, увидела исписанные листы, прочла незнакомые имена, названия, числа.

— Лань-Лань, что это?

— Всего лишь сон, — коротко ответила я и поспешила убрать записи.

Мама удивилась, но переспрашивать не стала, медленно прошлась по комнате, потом села на стул у окна.

— Лань-Лань, что с тобой происходит? Почему ты прогнала бедняжку Мэймэй? Почему отсылаешь подарки господина Сюэ?

Я села напротив мамы, выпрямила спину, привычно сложила руки, словно взрослая замужняя женщина.

— Я не хочу выходить замуж за молодого господина Сюэ. Мне он противен. Если бы я приняла его дары, то согласилась бы на его ухаживания, а это не так. А еще я не хочу держать возле себя служанку, которая рассказывает обо мне посторонним, и неважно, что тому послужило причиной: глупость, болтливость или жадность.

— Но это же Мэймэй! Может, она раз или два проговорилась, но это же та самая Мэймэй, что была подле тебя с детства! Она выросла вместе с тобой.

— Первая вина слуги — на совести слуги, вторая вина — на совести хозяина. Не хочу нести ответственность за ее проступки, не хочу ее наказывать еще строже, поэтому остановлю это прямо сейчас.

— А если Мэймэй… — мама запнулась, покачала головой и заговорила о другом: — Тебе всё равно нужна вторая служанка. Возьмешь кого-то из наших слуг?

И тут у меня появилась мысль, как я могла бы выбраться из поместья.

— Нет, хочу нанять служанку сама.

— Отец не позволит тебе выйти в город.

Тогда я надула губы и всплеснула руками:

— Разве это честно? Вы обещали, что я сама смогу выбрать мужа! А стоило отказаться от первого представленного юноши, как меня заперли дома! Так теперь мне и служанку нельзя самой нанять?

— Я поговорю с отцом, — посомневавшись, сказала мама. — Но, Лань-Лань, твое поведение сильно изменилось. Раньше ты бы не обидела Мэймэй.

— Раньше меня не принуждали к браку с тем, кто мне ненавистен.

Родители прислушаются ко мне. Рано или поздно они поймут, что мой отказ — не прихоть избалованной девчонки. Только бы отец не пообещал мою руку прежде, чем осознает это.

* * *

Мэймэй отправили работать на кухню, и это было нелегко для той, кто привык обслуживать лишь свою госпожу. К тому же люди жестоки и всегда рады посмеяться над чьим-то падением. Лили и Мэймэй привыкли считать себя лучше других, ведь юная госпожа им так доверяет, так заботится о них. Им многое было позволено, и они часто этим пользовались, а теперь Мэймэй расплачивается за свою гордыню.

И Лили попритихла, я слышала от нее лишь «да, юная госпожа» и «слушаюсь, юная госпожа», что меня вполне устраивало.

А я продолжала работать над записями. Иногда кое-что еще всплывало в памяти, но в основном я выстраивала хронологию событий и делила их на государственные, торговые, личные, связанные с Сюэ Сюэ и прочие. Сложность была в том, что о темных делах Сюэ я начала узнавать лишь после смерти