Три планетёра - Эдмонд Мур Гамильтон

край одного из потоков. Остальные корабли Лиги замедлили ход, вероятно пытаясь разглядеть безопасный путь вперед. Но «Молния» летела на максимальной скорости, резко меняя курс и обходя скопления астероидов. И вскоре они потеряли крейсеры из виду.

– Снимите скафандры, теперь мы в безопасности,. – послышался в шлемофонах голос Ланы.

Торн и его друзья с облегчением сняли с себя надоевшие костюмы. Девушка сделала то же самое.

Лана повернулась к планетёрам. Её бронзово-золотистые волосы были в беспорядке, лицо покраснело, синие глаза сверкали от возбуждения.

– Вы, планетёры, спасли меня там. Если бы вы не протаранили тросы захватов...

Джон Торн почувствовал странное чувство стыда, когда она пожала его руку, своей маленькой тёплой ладонью. Если бы она знала, почему он на самом деле так отчаянно пытался её спасти.

– Я никогда не забуду этого, Джон Торн, – сказала Лана искренне.

– Я тоже никогда не забуду этого, – ворчал Ганнер Уэлк, потирая ушибленное плечо. – Когда мы вклинились между двумя кораблями, меня так треснуло о переборку!

Сол Ав невесело усмехнулся:

– Если такое происходит у вас часто, то я уже не уверен, что хочу быть пиратом.

– Флот Лиги устроил очень хорошую ловушку для нас, Компаньонов, – заявила Лана. – Они даже загрузили эти грузовые корабли настоящими и ценными грузами, зная, что мы пользуемся шпионами, которые собирают информацию о стартующих кораблях и сообщают нам. И они весьма удачно замаскировали те крейсеры под танкеры.

Её глаза сверкнули:

– Но мы вырвались из этого капкана! Мы потеряли только четыре корабля и успели забрать часть груза – груза, который по их задумке должен был стать лишь приманкой для нас, а не добычей.

– Если Стилико Кин видел старт этих кораблей с Юпитера, почему они не вызвали у него подозрения? – спросил её Торн. – Внимательный взгляд на танкеры подсказал бы ему, что это замаскированные крейсеры.

Лана выглядела обеспокоенной.

– Я не могу понять, почему Стилико не разглядел этого, – сказала она, но тут же добавила убежденно: – Но я уверена, что он не виноват. Так или иначе, но мы ускользнули от них.

– Если бы крейсер Лиги, захватившей вас, стал стрелять по вашему кораблю, то с вами было бы уже кончено, – сказал ей Джон Торн, – и я не понимаю, почему они этого не сделали.

– Я тоже не понимаю, – призналась Лана. – Но я думаю, они просто хотели схватить меня, публично судить и казнить – в назидание всей Системе. Но если это так – они перехитрили сами себя.

Она повернулась к пилоту-юпитерианцу и приказала:

– Курс на Таркун. Опасности преследования больше нет.

«Молния», как и остальные рассеянные по Зоне пиратские корабли, возвращалась домой.

Джон Торн незаметно дал знак своим товарищам и тихо вывел их в пустой узкий коридор ниже рубки.

– Было что-то странное этой ловушке, – заявил им Торн. – Такое ощущение, что целью всей операции был захват одного корабля – корабля Ланы. Они явно заботились, чтобы не уничтожить её корабль.

Сол Ав выглядел озадаченным.

– Но почему Лига прилагает такие усилия, чтобы именно поймать её?

– А зачем мы искали её? – многозначительно спросил Торн. – Потому что у неё есть тайна, которую мы хотим узнать.

Ганнер Уэлк нахмурился:

– То есть, ты имеешь в виду, что Лига тоже хочет узнать тайну Эребуса? И что Лига хочет...

– Тоже хочет получить радит, как и мы? – закончил за него Торн. – Да, это вполне возможно. Помните, мы слышали, что Лига планирует создать новое вещество, обладающие огромной разрушительной силой, чтобы при помощи него привести к подчинению миры Союза, после того как они разобьют наш флот. Возможно, радит имеет к этому отношение.

Зелёные глаза Сола Ава расширились:

– Тогда вероятно, что тот, кто подложил вчера тебе «Ухо», и был агентом Лиги, засланным к пиратам, как и мы. Но кто это? Бран Або, Дженк Чирлей или, может быть, старый Стилико?

– Кто бы это ни был, мы должны помешать ему завладеть тайной девчонки, – пробасил Ганнер Уэлк. – Но как это сделать?

– Она никогда не откроет мне тайну, я в этом уверен. Даже теперь, когда чувствует ко мне благодарность. – сказал мрачно Торн. – Но возможно, она где-то записала то, что рассказал ей отец об Эребусе. Она может хранить тайну в своих бумагах.

Физиономия Сола Ава выглядела напряженной.

– Ты хочешь покопаться в её бумагах? Джон, это слишком опасно! Если пираты поймают тебя...

– Я должен рискнуть, – перебил его Торн. – Теперь, когда мы знаем, что Лига работает против нас, мы не имеем права терять время!

Глава VIII. Из прошлого

От Меркурия к Плутону,

Путь в деньгах, крови, огне,

От Сатурна и от Марса

Он ведет к другой звезде

Мы набьем наши трюмы добычей

С каждого мира, с каждой луны.

И к Таркуну мы вернемся,

И засядем за пиры...

Эта песня, которую сейчас горланили сотни крепких глоток, была традиционной песней космических пиратов на протяжении веков. В каждом уголке Солнечной системы знали эту песню, и повсюду она вызывала страх. И теперь она разливалась по ночным улицам Таркун-тауна.

Пираты и их женщины пировали за грубыми столами вокруг огромного костра из сухих ветвей папоротника, который пылал в центре улицы. Столы ломились от изобилия блюд – окороков юпитерианских болотных быков, розовых фруктов, выращенных на берегах каналов Марса, липких нептунианских сладостей. Тут же стояли ряды бутылок и пузатых бочек с винами каждого мира Системы. Компаньоны праздновали своё возвращение из рейда, частично успешное.

Над пиршественным костром протянулось ночное небо Зоны, самое великолепное в Системе – черный занавес с тысячами сверкающих звезд, с жёлтым топазом Сатурна и далекими зелёными изумрудами Урана и Нептуна.

На фоне звездных скоплений неспешно двигались кометы, словно таинственные белые призраки, и то и дело вспыхивали метеоры.

За одним из столов восседала Лана Кейн, её тёмно-золотые волосы тускло блестели в свете костра, а её рука рассеяно поглаживала шею большого животного, сидевшего рядом с ней – космической собаки Оол.

Джон Торн сидел рядом. Его смуглое лицо выглядело непроницаемым, но черные глаза внимательно осматривались вокруг. Сол Ав, беспечно шутя и смеясь, пировал с пиратскими капитанами за другим концом стола, Ганнер Уэлк ел молча.

– Они словно дети, – услышал Торн