Между добром и злом. 8 том - Кирико Кири

не знаем точное время смерти, — парировал Кондрат. — То есть, если это яд, то отравить Его величество могли разве что ужином. После этого он вошёл в свои покои, его проверил врач, и уже тогда, со слов алхимика, Его Величество должен был чувствовать недомогание. Врач списывает это на возраст, уходит, и Его Величество умирает между его уходом и приходом служанки, которая застаёт уже бездыханное тело.

— Ладно, хорошо, возвращаемся к доктору, — фыркнул он.

Кондрат и Вайрин переглянулись. Директор будто все душой хотел доказать, что императора именно что отравили. Да, ситуация выглядело подозрительно, однако в такой ситуации любая смерть всегда подозрительна, тем более чего говорить об императоре.

Доктора привели почти сразу. На этот раз он выглядел куда более встревоженным, что можно было объяснить повышенным интересом к его скромной персоне, хотя выглядело это всё равно подозрительно.

— Вы нервничаете, — заметил директор, прищурившись.

— Естественно, — неуверенно улыбнулся тот.

— Значит есть причина?

— Да — вы. Я боюсь вас, — не стал тот скрывать.

— Мы отвлекаемся, — пощёлкал Вайрин пальцами, привлекая внимание к себе. — Мистер Пайтеборг, мы хотели узнать, вы когда проверяли Его Величество тем роковым вечером перед его кончиной, заметили какое-то ухудшение состояния?

— Ну… нет, не заметил.

— Резкого ухудшения здоровья, — уточнил директор. — Словно Его Величеству стало резко хуже, как если бы он очень долго чем-то болел. Отдышка, слабость, сонливость, разбитое состояние?

— Говорю, не заметил, иначе бы сразу поднял тревогу.

Понятно, что директор пытался выудить доказательства того, что тот мог быть отравлен, однако на всё доктор отвечал отрицательно. А значит эстафета перешла Вайрину.

— Вы говорили, что Его Величество чувствовал слабость в последнее время.

— Жаловался после обеда на слабость, — кивнул доктор. — Да, но после обеда это нормально. Я тоже после обеда чувствую слабость. Он часто её испытывал.

— Правильно ли я понимаю, что за последний месяц он становился слабее? Будто стал уставать больше? Чахнуть, выразимся так?

— М-м-м… нет, он явно не чахнул. Уставал, да, но это нормально в его возрасте. Разве что я бы отметил, за последние дни Его Величество совсем вымотался. Со всеми этими заботами и волнениями, а ещё нервным напряжением был совсем бес сил. И это в его-то возрасте. Спросите меня, и я скажу, что именно это его сгубило.

— Последние дни — это как давно? — уточнил директор.

— Ну… два дня последних точно выдались для него самыми сложными. По нему было прямо-таки видно, как всё это отбирает у него все силы.

— Два последних дня… — пробормотал директор задумчиво.

Кондрат тоже нахмурился. Каждый думал о своём, но именно Вайрина осенило первее всех, да так, что его лицо вытянулось с приоткрытым ртом. И судя по взгляду, осенило очень нехорошими мыслями.

Глава 7

— Я могу уточнить, — напряжённо произнёс Вайрин. — Вы говорите, что он был уставшим всё последнее время, верно?

— Да, но с работой Его Величества это неудивительно, я же говорю.

— Но очень заметно это стало только в последние дни. Последние два дня.

— Да, — кивнул доктор. — Что неудивительно с тем, сколько стресса он испытал.

— Ясно. Вы можете быть свободны, мистер Пайтеборг, — произнёс он механическим голосом, мыслями пребывая в совершенно другом месте.

Кондрат сразу почувствовал, что его товарищ до чего-то догадался. Он пристально смотрел на Вайрина, не спеша его торопить, чтобы не сбыть с мысли. К сожалению, директор, чьё имя и фамилия оставались тайной, такой чуткостью не обладал или просто проигнорировал.

— И что мы имеем. Его Величество в последнее время был уставшим, но резкого ухудшения доктор не замечал. Если не считать, что со всей нервотрёпкой за последнее время ему явно было стало хуже.

— Да… — медленно протянул Вайрин, — возможно, и так. Кондрат, пойдём, проведаем патологоанатома, может он что-то нам скажет…

Кондрат возражать не стал и позволил себя увести. Лишь когда они ушли туда, где их вряд ли бы услышала, что стража, что люди из секретной службы или слуги, Кондрат наконец спросил:

— Вайрин? Что-то не так?

— Да всё так, но… Неприятно это говорить, но Кондрат, но, кажется, я знаю яд, который мог подействовать не сразу и не оставить после себя следов.

Кондрату долго вспоминать не пришлось.

— Поцелуй мести, — тихо произнёс он.

— Да, ­— кивнул Вайрин. — Помнишь, у вас в секретной службе его исследовали, и нам ещё один из этих даунов рассказывал? Я не стал поднимать тему рядом с этим куском говна, но Кондрат, если так подумать, то… он ведь подходит под описание. Действует далеко не сразу, а эффект стопроцентный и такой, что человека уже не спасёшь.

И этот яд действительно подходил по описанию, если всё собрать воедино.

Резкое ухудшение здоровья у императора наступило пару дней назад плюс-минус. Тот яд тоже должен действовать с некоторым замедлением. А тогда можно было отравить еду и не обязательно сразу.

— Единственное, что меня смущает, что нам говорили, что он около суток действует, насколько я помню… ­— начал было Вайрин, но Кондрат сразу перебил.

— С человеком может быть иначе. Они испытывали на животных, но какая-нибудь собака не сравнится с человеком, он банальнее крупнее, а значит и яд может действовать дольше.

­— Я тоже подумал об этом. И мы знаем, что из-за границы был заказан год назад как раз один из таких ядов. Помнишь, дело с госизменой директоров специальной службы расследований и разведки? Тогда у нас были сомнения, что директора такие сами решили устранить императора. И я подумал, а что, если заказчик жив? Что, если он сделал вторую попытку, заказав тот яд снова?

Вайрин выдержал паузу.

— Или решил забрать старый?

— Нам надо в центр специальной службы, — произнёс Кондрат. — В комнату с уликами. Там лежит та коробка из дела о госизмене. И там же были результаты исследований яда.

— Вдвоём?

— Обговори всё с главами стражи и императорской гвардии, как ты хотел. Убеди их, что все грехи, не взирая на тяжесть, будут прощены и забыты, а секретная служба наверняка оставит компроматы, чтобы держать их за поводок дальше, а после пусть они останутся, а мы поедем.

— Окей, давай, — согласился Вайрин.

Яд.

Яд, который Кондрат и Дайлин