Медсестра. Мои мужчины – первобытность! - Наташа Фаолини

напряжение, вся сдержанность сломались в одну секунду. Его пальцы скользят к моим вискам, зарываются в волосы, а поцелуй становится глубже. Я чувствую, как его язык вторгается внутрь, изучает, требует, наказывает и прощает одновременно.

Он отрывается от меня только на секунду — чтобы вдохнуть, чтобы посмотреть в глаза. В его взгляде огонь, пепел, голод и… что-то пугающе нежное. И я знаю: в этом мужчине — буря, которую я сама впустила.

Тогда Рив хватает меня за плечи и разворачивает себе спиной. Я вжимаюсь щекой в кору дерева и ощущаю, как его сильные руки с нежностью и страстью скользят по моим ягодицам. Ощущаю, как он прикасается губами к моим плечам, стягивает с груди дикарскую одежду и накрывает полушария ладонями, сжимает двумя пальцами затвердевшие соски.

Я вижу, как сбоку от меня соскальзывает прядь его темных волос. Ощущаю на себе взгляд его светлых глаз и ощущаю… мускулы, огромная гора мускулов везде вокруг меня.

Он сводит меня с ума.

Одним толчком Рив загоняется в меня, выбивая из легких весь воздух, подчиняя одним движением всю меня и весь поток моих мыслей.

Его пальцы стискивают мой живот и скользят к бедрам, сжимают их сильнее, чтобы погружаться дальше и жестче, вознося нас обоих в потоке острой страсти, которую едва можно вытерпеть, не рассыпавшись на миллион осколков.

Вокруг нас разносятся порочные звуки трения кожи об кожу в безумном темпе.

Рив стонет и хрипит, каждый раз сильнее втискивая меня в ствол дерева своим громадным телом. С каждым толчком я выгибаюсь все сильнее.

Когда оргазм волной накатывает на меня, я чувствую губы Вара на своих губах, он принимается целовать меня с щемящим вожделением, в то время как Рив продолжает двигаться во мне короткими толчками и сам вскрикивает, до синяков стискивая мои ягодицы.

Вар позволяет меня громко стонать ему в губы, пожирая каждый звук моего восхождения на вершину в борьбе с конвульсиями, что катятся по всему телу.

Я чувствую, как Рив пульсирует внутри меня и его тело, вжимающее меня в кору, дрожит.

Мы все втроем дышим, как загнанные звери, и я не знаю ничего лучше этого.

Глава 19

После дикой ночи, сплетения тел и душ под сенью деревьев, наступает забытье.

Утро приходит не с нежным рассветом, а с первым лучом солнца, скользнувшим по лицу.

Я просыпаюсь, чувствуя тепло по обеим сторонам. Вар и Рив спят рядом, их дыхания ровные и глубокое. На их телах, сильных и умиротворенных в этот редкий миг покоя, играют отблески света.

Лес принимает нас, укрывая от мира, который мы только что всколыхнули.

Но покой короток. С первыми звуками пробуждающегося дня возвращается и осознание того, что произошло. Вызов брошен. Жребий брошен. И я становлюсь главной ставкой.

Мы возвращаемся к окраине поселения к середине дня.

Атмосфера меняется.

Воздух все еще наэлектризован, но теперь к страху и напряжению примешивается ожидание. Вождь Жагур не ждет. Пока мы восстанавливаем силы, он рассылает своих самых быстрых подхвостов, как метко назвал их Вар, в соседние племена.

Новости распространяются быстро, как лесной пожар.

Жагур не просто принимает вызов, он переворачивает игру. Он объявляет о великой битве не только с Варом и Ривом, а со всеми, кто осмелится прийти. Место битвы — это поселение. Время — скоро.

А награда... Награда особенная. Молодая женщина с волосами цвета снега, обладающая силой, что может исцелять. Приз, достойный настоящего вождя. Приз — это я.

На следующий день начинают прибывать первые гости.

Это не просто посланники, а вожди или их сильнейшие воины, сопровождаемые немногочисленной свитой. Они приходят с разных сторон, их лица суровы, движения полны скрытой силы.

Поселение превращается в пороховую бочку, где каждый мужчина — потенциальный противник.

Вар и Рив держатся поблизости, их взгляды остры, как лезвия, высматривая угрозу в каждом прибывшем.

Я стараюсь не попадаться на глаза, оставаясь в тени нашего укрытия. Но тревога грызет изнутри. Эта битва — она из-за меня, но без меня. Или... я все еще могу быть ее частью? Я чувствую себя пешкой, пусть и ценной, на доске, которую расставляет Жагур. Эта мысль невыносима.

Я на такое не подписывалась.

Мне нужно подумать. Подальше от их напряженных взглядов, от шепота чужаков, от давящей атмосферы поселения.

Я знаю этот лес достаточно хорошо... или так мне кажется. Я отхожу в сторону, углубляясь между деревьями, подальше от протоптанных троп, просто чтобы подышать и собраться с мыслями.

Мысли путаются. Битва. Трофей. Сила. Магия, о которой проболтался Жагур. Теперь они все знают. Все хотят проверить, хотя моя сила — даже не магия, а просто умения бывшей медсестры.

Я иду, не разбирая дороги, погруженная в свои размышления, в звуки леса, в шелест листвы под ногами.

И вдруг... тишина.

Не обычная лесная тишина, а полная, звенящая. Птицы смолкают. Насекомые затихают. Остается только звук моего собственного сбивчивого дыхания.

Останавливаюсь. Сердце колотится быстрее. В воздухе пахнет хищником. Резкий, звериный дух, холодный и пугающий. Где-то поблизости. Очень близко.

Медленно, стараясь не шуметь, поворачиваю голову. В нескольких шагах, за кустом, что-то движется. Низко к земле, с крадущейся грацией. Большой кот. Лесной зверь с приземистым телом, острыми ушами и глазами, горящими голодным огнем.

Он не рычит, просто прижимается к земле, готовясь к прыжку. Все его тело — напряженная пружина, нацеленная на меня.

Адреналин ударяет в кровь. Я готовлюсь бежать. Разворачиваюсь, чтобы рвануть в сторону...

...и врезаюсь.

Не в дерево. В стену. Твердую, теплую, живую. В грудь.

Вскрикиваю от неожиданности и боли, отшатываюсь, но сильные руки мгновенно ловят меня за плечи, не давая упасть. Секунду я просто стою, прижатая к кому-то незнакомому, мое сердце колотится так, будто хочет вырваться из груди.

Зверь за кустом издает низкий, предупреждающий рык, но не прыгает. Его инстинкты говорят ему, что теперь добыча не одна, а может, и не стоит даже лезть в сражение.

Я поднимаю взгляд, замирая.

Передо мной стоит мужчина. Высокий, невероятно высокий, так что приходится сильно запрокинуть голову. Широкоплечий, его тело не громоздкое, как у Вара, а скорее выточено из камня, с каждой мышцей на своем месте.

Одежда проста, из грубой шкуры, но сидит на нем так, будто часть его самого. От него исходит волна силы, спокойной и уверенной, как сама земля.

Он не отпускает моих плеч, его хватка крепкая, но не причиняет боли.

Я смотрю на него, и... ноги начинают дрожать. Не от страха перед зверем,