Повелитель гоблинов. Том 6 - Андрей Мельник

Союзники в радиусе 15 метров получают аналогичный эффект в течение 5 минут с момента попытки наложения заклинания контроля. Перезарядка «Несокрушимой воли» у союзников занимает 1 час

Требования: Интеллект 20+

Амулет отвергнувшего жизнь Командора

Качество: легендарное

Прочность: 677/1000

+10 к Мудрости

Особое свойство:

«Аура Командора» — создаёт вокруг владельца магический барьер радиусом 5 метров, поглощающий до 200 единиц магического урона. Барьер восстанавливается со скоростью 1 единица в секунду. При полном разрушении барьера перезарядка составляет 10 минут

Требования: Интеллект 18+, Мудрость 15+

Эх, только магического… Я бы защиту от физического урона тоже с радостью забрал бы. Но и так уже неплохо. И как же хорошо, что я по характеристикам прохожу… Сразу столько бонусов, столько усилений. Люблю легендарки!

Почти вся остальная экипировка лича превратилась хлам и отправилась в сундук ждать своего мастера. В крайнем случае Дионису отдам, если ему такое барахло будет нужно. Но кое-что осталось, и я с удовольствием начал внезапный стриптиз, от которого гоблинши томно вздыхали, пока их Карамелька отобранным у Пасты черпаком не огрела.

Всё ради того, чтобы надеть жуткую внешне и не очень удобную, но очень полезную штуку на тело вместо кафтана…

Нарёберник Экзарха Мертвецов

Качество: эпическое

Прочность: 144/500

Броня: 15

+5 к Выносливости

Особое свойство:

«Невесомый доспех» — снижает вес владельца на 50 %, включая носимое снаряжение. Уменьшает получаемый по прикрытому артефактом корпусу физический и магический урон на 20 %

Требования: Выносливость 8+

Как и говорил Дионис, чем дальше, тем больше имеет смысл пересобраться в мага… Мне бы ещё магический арсенал расширить, тогда вообще без сомнений сделал бы ход конём. Но пока не буду торопить события. Лучше три очка в Интеллект заброшу: прогресс не должен останавливаться.

Гоблины — сила! С учётом плюс пятнадцати Интеллекта от новой экипировки, которую я сразу же надел, не считая потенциального жезла в моих руках… Так, открою-ка я статус…

Интеллект: 38+2

Сорок Интеллекта… Плюс десять всем гоблинам. Эх, айда по камням головушкой работать, братцы! Покажем всему миру силу и величие гоблинской расы! Даёшь космическую эпоху за четыре года!

Я посмотрел на небо. Безоблачное, чистое и ясное… Надеюсь, Зевс, ты смотрела за финалом этой битвы. Спасибо тебе за испытание и награды, полученные от Системы взамен. Иногда говорят, что «с такими друзьями и врагов не надо». Здесь же, похоже, обратный случай. С таким врагом неважно, кто твой друг. Главное, что он есть.

— Вождь, а что теперь? — спросила Карамелька, как только я вернул на место кирасу.

— Теперь? Что ты имеешь в виду?

— Ну, подземелье кончилось… Мы победили. Врагов больше нет? Не пора ли нам отдохнуть как следует?

Ах, вот она о чём… Куда более элегантный подход, хочу заметить.

— Обязательно! Но подземелье ещё не закрыто, не все враги побеждены. Впрочем, отпраздновать победу нужно обязательно! Готовься танцевать, посвящая эту победу Дионису… И Гере.

Девушка улыбнулась и, покачивая бёдрами, отправилась в сторону храма. Я же не поверил своим глазам и покачал головой, смотря ей вслед… Почему у неё из-под юбки торчит лисий хвост? Как она его там закрепила и зачем? Неужели думает, что мне это нравится?

— Эх, Карамелька… — покачал я головой, едва сдерживая смех

* * *

Вечером, когда солнце повисло над горизонтом, окрашивая небо в оранжевый, я собрал всё поселение у центральной площади. Пришли все, кто мог стоять на ногах. Раненые опирались на копья, Атари и её помощницы поддерживали тяжелораненых. Шкриняпы-невольники стояли в стороне, наблюдая с опаской и любопытством.

Сперва погребение. Семьдесят три тела лежали в ряд у подножия холма, рядом с местом финальной битвы, завёрнутые в ткань, украшенные ветвями и полевыми цветами, которые гоблины собрали на окрестных лугах.

Карамелька начала обряд: читала молитвы Дионису и Гере, прося богов принять души павших и упокоить их с миром, направить в блаженную и священную Матрассию.

Я стоял перед строем и молчал, пока длился обряд. Когда Карамелька закончила, я выступил вперёд.

— Они погибли, защищая свой дом, — начал я негромко, но в глубокой тишине всё выглядело так, будто я кричу. — Многие из них пришли в Матрассийск слабыми, испуганными, голодными. Кто-то родился здесь и только начал познавать жизнь, но столкнулся с первым вызовом. Это гоблины, которые сами не верили в то, что из них выйдут такие прекрасные и смелые воины. Это орки, нашедшие величайшую честь, пав на поле битвы, причём во имя жизни других, а это дело праведное. Такие подвиги не забываются.

Пролитая в таких войнах кровь обретает святость, как и те, кто её пролил.

Все они пришли сюда, стали частью чего-то большего, чем они сами, и когда пришло время, встали и приняли бой против врага, который превосходил нас во всём. Кроме, пожалуй, самого главного — смелости, разумности и желания победить. И мы победили. Не потому, что мы сильнее. А потому, что мы умнее и упрямее; потому, что друг за друга мы стоим крепче, чем любая нежить за своего хозяина.

Я обвёл взглядом лица.

— Сегодня мы хороним героев. Запомните их имена, потому что это герои Матрассийска. Они отдал свои жизни за то, чтобы мы с вами стояли здесь, на своей земле, под своим небом и ни перед кем не кланялись.

Повисла тишина, и в этой тишине Спартак ударил кулаком в нагрудник, глухо, звонко, и за ним повторили все, кто был в строю. Звон бронзы и стук дерева разнёсся над площадью. Суровый и короткий.

Тела закопали в братскую могилу, и поверх неё до самого заката мы набрасывали землю и камни. Новый курган славы. Новый курган героев.

В конце на самой вершине мы зажгли погребальный костёр, чтобы он, подобно маяку, помог душам героев, летящим в Матрассию, оглянуться, найти взглядом своих братьев и сестёр и попрощаться. Не навсегда, нет… Все мы однажды окажемся в Матрассии. Если будем стараться, вести правильную жизнь и защищать родной дом.

Я стоял и смотрел, как пламя поднимается вверх, и думал о том, что каждый из этих семидесяти трёх когда-то появился на свет в этом мире взрослым, без воспоминаний, без прошлого, и за считаные недели прожил жизнь, которая стоила того, чтобы за неё умереть. Странный мир. Странные законы. Но они весьма органично вписались в картину мира моих гоблинов, кем бы они ни были: шкриняпами, орками или кетра.

Когда костёр стал мельче, я вновь встал перед строем. И на