Землянка в школе навигаторов - Яна Усова

— А зачем?

Тупица! Что за идиотский вопрос!

— Это стало для него отдушиной, ментальной терапией. Там, где ты приобрела свои способности, погибли две девушки — они были его возлюбленными.

Дура! Идиотка! Кретинка!

Как я могла хоть на секунду подумать, что могу ему понравиться⁈ Он просто глушит своё горе…

Я сглотнула ком в горле и постаралась придать голосу ровный тон:

— Что нужно для того, чтобы поступить в школу навигаторов? У меня нет ваших кредитов. И нет родственников, которые могут оплатить обучение.

— Об этом не беспокойся. — Госпожа нье' Товен натянуто улыбнулась. — Обучение полностью бесплатное. Главное — поступить, и вот тут мы тебе помочь не сможем. Тебе придётся сдать все вступительные экзамены самостоятельно. Конкуренция жёсткая — восемь-двенадцать человек на место. Каждый год из-за этого случаются скандалы — родственники не прошедших кадетов сомневаются в выборе искина, который оценивает поступающих. Очень часто мы официально публикуем результаты испытаний. Представь, Лани, какое разочарование испытывает знатный и могущественный род, когда отпрыску не хватает сотой части балла, чтобы стать кадетом. Прохождение экзаменов контролирует императорская семья.

Я сглотнула.

— А когда экзамены?

— В августе следующего года. У тебя есть время подготовиться, Лани.

— У меня есть проблема…

И я рассказала о том, что плохо читаю и пишу на общекосмике и навигаторском, что некоторые законы физики, хоть я и вызубрила их наизусть, для меня непонятны — я не понимаю, как их применять; то же самое с математикой. Рассказала я и о возможных причинах таких сложностей.

— Хороший потенциал в аналитике! Лани — моя! — заявила госпожа Льета.

— Это мы ещё посмотрим, — хмыкнул господин Лунморт.

Они посмотрели на удивлённую меня и засмеялись.

— Не обращай внимания, Мелания Васькина, мы иногда делим перспективных кадетов. С твоими проблемами мы разберёмся, но натаскивать тебя специально никто не будет. Борись, Лани, за своё будущее! Смотрители маяков — борцы.

Я задала волновавший меня вопрос:

— Мне можно обсуждать с Лигом поступление в школу навигаторов?

Господин Лунморт покачал головой.

— Он — элефин. Они, хоть и наши союзники, всё же другая раса, которая не прочь узнать некоторые наши секреты. На Элее есть свои службы безопасности и разведки. Неужели ты хочешь, чтобы на ком-то провели такие же опыты, как на тебе?

Я замотала головой.

Нет! Никому такого не пожелаю!

— Я поняла, я больше не буду общаться с ним.

— Это совсем не обязательно Лани. Лиг из хорошей элейской семьи, общение с представителем Элеи в будущем может помочь тебе в изучении элейского — этот язык входит в программу обучения в школе навигаторов, — пояснил господин Лунморт. — В школе ты лучше узнаешь элейскую культуру, и тогда тебе будет проще найти общий язык со своим собственным медиком. Согласно договору между Элеей и Франгаг, все выпускники школы навигаторов обязаны принять на службу медика-элефина. Мы просто советуем тебе обходить некоторые моменты в ваших беседах.

— Если я проболтаюсь, его… того? Ну… в смысле… уберут?

У двери снова хмыкнули. Ой какие круглые глаза стали у обоих ректоров!

— Нет, конечно же нет, — поспешила успокоить меня госпожа нье' Товен. — Лиг служит на маяке, и у него в контракте указано, что навигаторы могут стереть ему память, если дело будет касаться безопасности империи вигов. Если он узнает, что тот эксперимент удался, ему сотрут память о тебе. Он никогда тебя не вспомнит.

Я буду смотрителем на маяке!

Я буду управлять космической станцией!

Я буду смотрителем на маяке! Я буду управлять космической станцией!

Я никогда не скажу ему о своих способностях!

Глава 3

Резкий, дико раздражающий звук будильника раздался внезапно. Я специально выставила максимально неприятный сигнал, похожий на визг пожарного извещателя, который раздавался во время пожарных тренировок в детском доме на Земле. Такие тренировки проводились каждые три месяца, несмотря на дождь, снег, жару или холод. Только этот звук всё ещё мог разбудить меня утром, на всё остальное я перестала реагировать ещё полгода назад.

— Как же я ненавижу этот звон! — Я выдернула подушку из-под головы, положила её на лицо и заорала: — Как же я устала! Устала-а-а!

Мне казалось, что я легла спать всего пять минут назад. В подмышку ткнулся холодный нос Северины. Она всегда приходила, когда я рыдала от усталости после изнурительных физических занятий, мозговыворачивающих тестов по непривычным математике и физике; меня злили сочинения по чуждой для меня литературе и истории. А ведь всё это мне предстояло сдавать на экзаменах, чтобы поступить в школу навигаторов. Возможно.

Холодность носа Северюшки отрезвила и заставила меня вскочить с постели. Меня ждало много дел сегодня, как и в любой день за последние восемь месяцев! Через два месяца начинались вступительные испытания в школе навигаторов.

Я буду смотрителем на маяке! Я буду управлять космической станцией!

Я буду смотрителем на маяке! Я буду управлять космической станцией!

А это значило, что пора подниматься, надевать наушники и, слушая лекцию по физике, математике или литературе, отправляться на разминку и пробежку в десять кругов вокруг озера.

Господин Лунморт, как и обещал, решил мою проблему с медленным чтением — в течение месяца после его прибытия я каждый день индивидуально занималась с преподавателями, приезжавшими в дом ребёнка. Когда я научилась бегло читать и писать на общекосмике и вигском, индивидуальные занятия закончились.

Иногда я злилась на ректоров. Господин нье' Тарку прислал на мой коммуникатор информацию о школе — красивый голоролик, в котором мальчишки и девчонки с пятнадцати до двадцати лет занимались различными школьными делами. Они выполняли задания в теплицах, играли в мяч (суть игры я уловила сразу — нужно открыть малюсенькую червоточину, поймать в неё мяч и